Кьянти для жертвы - Джоанна Флюк

— Славненько! — простонала Ханна, принимая неизбежное. Если она хочет попасть домой, остается только один способ. Она открыла окно, высунула голову и медленно поехала по краю дороги, прислушиваясь к шуму встречного движения и вглядываясь в дождевую пелену, чтобы не пропустить свой поворот.

Дело продвигалось медленно. Она поминутно останавливалась, чтобы вытереть лицо и волосы. Из всех мыслимых вариантов проведения вечера этот был наименее приятным. Если бы она знала, то согласилась бы, чтобы Норман и Майк вдвоем сопровождали ее до дома!

Когда Ханна доехала до поворота, она была мокрой как мышь. Волосы висели спутанными прядями, а щеки горели от жалящих капель дождя. Она взглянула на часы и издала стон. Прошел почти час с тех пор, как она покинула коттедж у озера. Ей представилось, как Майк и Норман ждут ее у ее квартиры, и она понимала, что лучше позвонить им и сказать, что с ней все хорошо.

Первым на пути был дом, в котором жила Ронда. Она въехала в гараж, припарковала грузовик на месте для гостей и пошла прямиком к квартире Беатрис и Теда Кёстеров, владельцев здания. От них она сможет позвонить.

— Ханна! — ошеломленно воскликнула Беатрис, открывшая дверь на стук. — Твой грузовик сломался?

— Да и нет. Он все еще работает, но дворники накрылись. Мне пришлось ехать с высунутой головой, поэтому я вся вымокла.

— Ну не стой там, входи и обсушись, — Беатрис распахнула дверь. — Я принесу большое полотенце.

Ханна благодарно улыбнулась и, оставив хлюпающие сандалии в коридоре, зашла в сухую квартиру Беатрис.

— Можно от вас позвонить? Мама ждет моего звонка, и я хочу ей сказать, что все в порядке. Я нигде постараюсь не накапать.

— Не переживай насчет этого, — Беатрис жестом показала на настенный телефон в кухне. — Я все равно сегодня вечером собиралась мыть пол. Тед любит, когда в доме чисто. Ведь у него на работе повсюду грязь и масло. Зато он хорошо зарабатывает. Особенно после того, как открыл пункт автозапчастей. Не стесняйся, Ханна. Я принесу полотенце и чашку кофе. Ты, похоже, продрогла до костей.

Ханна взяла полотенце, принесенное Беатрис, и постаралась вытереться насухо. Затем она позвонила в коттедж. Трубку взяла Мишель.

— Привет, Ханна. Я так рада, что ты дома. Майк и Норман уже начали беспокоиться. Подожди секунду, я им скажу.

Ханна собралась сказать, что она не дома, но Мишель уже ушла от телефона. До нее донеслись приглушенные слова младшей сестры о том, что Ханна уже дома и все хорошо.

— Я им сообщила, — вернулся голос Мишель в трубке. — Здесь такая крутая буря была! Ты попала под дождь?

— О, да, — ответила Ханна. И это мягко сказано, подумала она. Дождь все еще барабанил по окнам квартиры Беатрис.

— Майк и Норман сказали, что перезвонят тебе. В мамину машину ударила молния, и ребята идут осмотреть ее.

Ханна быстро соображала. Если Майк или Норман перезвонят ей домой, они услышат автоответчик.

— Скажи, пусть звонят минут через сорок пять. Я продрогла и приму горячий душ.

— Хорошо, Ханна, скажу. Я очень рада, что ты в порядке. Мы все волновались.

— Вот, Ханна, — Беатрис принесла чашку кофе сразу же, как Ханна положила трубку.

— Спасибо, Беатрис, — Ханна отпила глоток горячего напитка и с благодарностью вздохнула. — Это как раз то, что нужно.

— Тебе еще нужна сухая одежда. Я бы дала тебе что-то из своей, но не знаю, подойдет ли размер.

— Конечно нет, — засмеялась Ханна. Беатрис была миниатюрной, примерно как Мишель.

— Не знаю даже… — Беатрис склонила голову набок и смерила Ханну взглядом. — Ты очень похудела. Одна из моих юбок могла бы подойти, но ты ведь настолько выше.

— Не волнуйся об этом, Беатрис. Я вытерлась полотенцем, теперь обсохну в момент.

Но Беатрис засомневалась.

— Тебе нельзя ехать дальше в сырой одежде. Ты простудишься до смерти. Может, одежда Ронды подойдет? Ее вещи все еще в шкафу, а размер у нее был примерно как у тебя.

— Ты не сдала ее квартиру? — удивилась Ханна. Беатрис и Тед управляли отлично домом, и на квартиры в нем всегда была очередь желающих.

— Я пока не могу ее сдавать. Ронда заплатила мне по июль. Я могу взять аванс сейчас, но никто не может въехать до августа.

— Но ведь квартира простаивает.

— Я знаю, но таков закон. По крайней мере, будет нетрудно привести там все в порядок. Мы положили новый ковер и перекрасили стены в июне, а Ронда доделала ремонт. Квартира просто замечательная. Обидно, что родственники не хотят забрать ее вещи.

— Не хотят? — поразилась Ханна. — И что ты с ними будешь делать?

— Они сказали продать ее машину и выслать им деньги в Колорадо, а с остальным мы вольны делать что угодно. Я собираюсь сдать квартиру вместе с мебелью и предоставить жильцам право первого выбора любых вещей. Вот я и говорю, что тебе стоит пойти и найти что-то для себя из одежды… если ты, конечно, не против надеть ее вещи.

— А почему мне быть против?

— Потому что она мертва. Знаешь, многие люди чувствительны к такому.

— Меня это не волнует, — заверила ее Ханна. Она надеялась осмотреть квартиру Ронды, и эта возможность казалась подарком свыше.

— Только вот я не смогу подняться вместе с тобой туда. У Теда встреча, и он сказал, что позвонит сразу, как только выедет домой, узнать, не нужно ли мне чего-нибудь. А мне как раз нужно. Я хочу, чтобы он купил стирального порошка.

Даже лучше. Ханна пыталась не выдать радостное волнение.

— Ничего, Беатрис. Я сама сбегаю в квартиру Ронды.

— Ты уверена? В смысле, она же умерла и вообще?

— Да, уверена, — сказала Ханна, принимая от Беатрис ключ. — И потом, она же не там умерла. Я что-нибудь найду, переоденусь и спущусь сюда с ключом.

— Не торопись. Посмотри там внимательно, вдруг тебе что пригодится. Я ведь все раздаю.

Ханна сделала глубокий вдох, открыла дверь и зашла в квартиру. Ронда никогда не приглашала ее к себе, и было немного странно входить сюда сейчас. Это было как вторжение, но Ханна напомнила себе, что у нее есть весомая причина рыться в чужих вещах — ведь она расследует убийство.

Ханна нащупала у двери выключатель и зажгла свет. Квартира была прелестна, словно картинка из журнала. Диванные подушки идеально подобраны по цвету. На кофейном столике ваза с шелковыми цветами в тон. На кухне было безупречно чисто, но это и неудивительно, ведь Ронда собиралась пуск.

Решив взяться за первостепенную задачу, Ханна прошла прямо к гардеробу. Она схватила первое, что попалось под руку: черные брюки на резинке и светло-синий пуловер. Она ведь пришла сюда не копаться в одежде Ронды, если только это не имеет отношения к делу, поэтому сгодятся любые сухие вещи.