Сovert Netherworld. Бесконечность II. Медальон погибшей принцессы - Андрей Волков

– А откуда они могли узнать? – не понял Флориан.

Кристина насупилась.

– Полагаю Раудан сам и рассказал – предположила девушка – его допрашивали, наверное, перед тем как убить. Он и сказал, что успел узнать.

– Кстати о юнге – сказала Анна – помните, я говорила, что Верховский должен был ехать в Петерштадт…

– Ну и…

– Я вспомнила, что он ещё говорил – продолжила девушка – он говорил, что должен обязательно поговорить с неким старцем Игнатием. Он живет при Михайловском государевом соборе.

Кристина пожевала губу.

– Ну это дела духовные – сказала девушка – хотя, возможно и нет. Может быть этот старец, что-то знает о Николае Извекове. Верховский наверняка тоже слышал о юнге и должен был отправится на его поиски. Только почему он не сказал об этом?

Флориан многозначительно хмыкнул.

– Тебя не напрягает, что Верховский слишком о многом не сказал? – саркастически поинтересовался он – а мы просто играем по тем правилам, которые он предложил.

Кристина задумчиво накрутила на палец локон и уставилась в темную точку на стене. Наш мир состоит из множества тонких нитей. Мы можем только чуть-чуть прикасаться к ним в процессе познания. Если бы человек мог бы дергать за эти нити, то будущее было бы столь же четко и регламентировано как математика и поэтому перестало бы быть будущим, было бы лишь настоящим. Будущее всегда в движении.

– Может и так – пожала плечами девушка – но Верховский, возможно, и сам многого не знает, только догадывается. На самом деле никто из нас не знает, что зачем здесь следует. Организация всегда была на шаг впереди нас, но теперь у нас появился шанс их обставить.

Штильхарт изумленно посмотрел на подругу, которая была переполнена азартом. Ответил он не сразу.

– Мне кажется одного ольвийского порта вполне достаточно – неуверенно заметил он – ты так же воодушевленно бросилась туда. И что из этого вышло?

– Вот именно – сказала Кристина – поэтому в Петерштадт полетишь ты один.

– Я!? – опешил Флориан.

– Ты лицо официальное. К тебе вопросов не возникнет!

– Да хоть трижды официальное – насупился Флориан – каким же образом я сумею из Директории добраться до Великоруссии? Телепортируюсь что ли?

Кристина бросила в его сторону уничтожающий взгляд.

– Ну уж примени свое неотразимое очарование на общественное благо – огрызнулась девушка.

– Пожалуй надо запомнить, не обещать делать добрые дела в четверг – вздохнул Флориан.

– Завтра пятница.

Флориан развел руками.

– Тем более.

* * *

Разошлись поздно. Практически до двух часов ночи обсуждали и выстраивали план действий исходя из полученной информации. Ироничное, но меткое замечание Флориана о том, что они похожи на группу революционеров звучало достаточно зловеще, учитывая ту эпоху, которую им пришлось изучать. В результате порешили на том, что Кристина вместе с Анной отправятся в департамент Аристова, чтобы попробовать собрать дополнительную информацию. Кристина весьма интересовалась не сколько проектом, про который вскользь сказал ей Аристов, сколько почему он ей это сказал. Приглашение на подобное мероприятие явно выходило за рамки обычного светского разговора, что же касается Штильхарта, то он первым же доступным транспортом должен был добираться до Петерштадта, последнее представлялось весьма сложным в условиях того, что Директория фактически порвала почти все транспортные артерии с Великоруссией, а ехать через соседние страны, требовало дополнительного времени, которого, как раз и не было. Кроме того, это бы привлекло ненужное внимание чужих глаз. В результате условились, что Флориан полетит грузовым самолетом с нелегальными трудовыми мигрантами, это по крайней мере позволяло затеряться в толпе. На этом мини совещание закончили и отправились спать, вернее спать отправилась одна Анна, Кристина же деловито сообщив, что хочет ещё раз всё проверить уселась перед камином и стала изучать судовой журнал «Штандарта», Штильхарт терпеливо выждал минут пятнадцать-двадцать и присоединился к девушке. заняв место в кресле рядом с ней.

– Ты за весь вечер и слова не сказал о фотографии – заметила Левонова – что ещё у нас случилось?

– Случилось – тихо вздохнул Флориан, активно роясь в кармане. Внезапно он прекратил это занятие и медленно встав с кресла подошел к каминной полке и схватив фотографию Анны, мирно улыбающейся на фоне моря, вытащил её из рамки и положил на столик перед Кристиной. Девушка смотрела за его телодвижениями с величайшим вниманием, каким обычно смотрели древние на жрецов.

– Я понимаю, ты пережил сильный шок – сказала Кристина – но не мог бы ты мне пояснить, в чем дело?

– Лучше бы тебе не знать – бросил Флориан достав из кармана небольшой пакет с надписью «Fotoatel’e» – Им пришлось долго объяснять зачем мне это понадобилось, но все же я преуспел, хотя честное слово, лучше бы я этого не делал – Флориан двумя пальцами вытащил из конверта широкий лист, очевидно увеличенный снимок и положил его рядом с фотографией Анны. Кристина пододвинулась ближе, ей было весьма любопытно, что же именно привело Штильхарта в такое неописуемое удивление.

А потом она увидела…

Нижняя челюсть девушки упала на грудь и осталась в таком положении. И надо сказать было от чего: с фотографии, которую принес Флориан, на неё смотрела… Анна! По-другому одетая, в платье, начала прошлого века, в более статичной позе, но то, что это, по крайней мере если судить по внешности, была она, этот факт не вызывал никаких сомнений.

– Матерь Божья!!! – вырвалось у девушки.

– Как там было у Конан Дойла? – весело поинтересовался Штильхарт – начнешь изучать портреты и уверуешь в переселение душ.

Кристина только могла несколько раз похлопать глазами.

– Штильхарт пожалуйста скажи мне, что я не спятила?

– Пожалуй оставлю тебя размышлять об этом – закурил трубку Флориан.

Девушка закусила губу и бросила испуганный взгляд на фотоснимок, словно бы он мог укусить её.

– А это чья фотография? – дрожащим голосом спросила она, сильно надеясь, что Штильхарт сейчас скажет, что это просто снимок в винтажном стиле.

Молодой человек набрал в легкие побольше воздуха, как обычно делают при сообщении важной информации.

– На этой фотографии изображена Великая княжна Анна Станиславовна – сказал Флориан спокойным ровным голосом, словно бы говорил о погоде – дочь последнего царя Великоруссии. Это того, которого с семьей расстреляли.

Кристина не могла понять, что именно её ошарашило больше всего в этой ситуации, но скорее всего всё-таки похожесть девушки с фотографии, на реальную девушку. Господи, что я несу, подумала Левонова.

– Но ведь – начала она – но ведь, но ведь, это не может быть она, правильно?