Мир островов. Рождение. - Иван Киричатый

— Глупыш, — неожиданно мягко и ласково зазвучал голос прямо в голове Владимира, — отпусти. Тебе не совладать с первородной материей, ты только испортишь ритуал, ничего не добившись.

Владимир был бы и рад отпустить, но не мог ни отпустить, ни ответить, что не может с собой совладать.

— Ты не можешь контролировать свою силу, — с пониманием прозвучал голос, — оно и не удивительно. Ты только начал обучение. Попробуй направить искорку на свое оружие, я помогу.

Владимир поверил мастеру и попробовал. Искорка хаотичными рывками двинулась к булаве. На самом подлете нечто сильно и в тоже время нежно скорректировало полет искорки. Первородная материя, как ее назвал мастер, словно пушинка, слилась с булавой. Оружие засветилось бирюзовым цветом и его очертания поплыли. Рукоятка и навершие срослись, в прямом смысле этого слова.

— Что за чудеса! — неожиданно воскликнул Фрол Дао, сухим и немного хрипловатым голосом нарушив тишину, — За такой короткий промежуток второй раз удивить старика.

— Что-то не так? — флегматично уточнил Хасид, — словно подобные ритуалы происходят ежедневно.

— Да вот, думал, малость заколдовать оружие, — ответил Фрол Дао, — но из-за неожиданного вмешательства….

— Так вот, из-за неожиданного вмешательства, — после короткой паузы, продолжил заклинатель, — непредсказуемого и незаурядного молодого человека, все прошло не так.

— Булава испорчена? — расстроился Хасид.

— Да нет, — ответил Фрол Дао, — как раз наоборот. Лучше чем задумывалось. Теперь будет лучше и безопасней, если оружие не будет попадать в опытные в руки, или в поле зрения завистливых глаз. Точно отберут.

Булава перестала светиться, и очертание перестало плыть и прояснилось.

— Хремыков фил, — выругался Хасид, — хасуда, да рума, булава уже точно испорчена!

То, что булава испорчена, понял и Владимир. То, что лежало на столе, уже не было булавой. Навершие нового оружия было снабжено не шипами, как раньше, а несколькими рубящими кромками — перьями — направленными вдоль рукояти. Владимир мысленно посчитал их — ровно шесть. Оружейник взял бывшую булаву в руки, и стал рассматривать.

— Шестопер, — еще немного покрутив оружие в руках, резюмировал Хасид, — отличное оружие, но все же, как же так?! Задумывалось изготовить булаву.

— Внутренняя сущность мальчика, — ответил заклинатель, — решила иначе!

— Но как же так, — не мог успокоиться Хасид, — раньше оружие на глазах не менялось.

— Это и мне не понятно, — скорбно ответил Фрол Дао, — не удивительно, что Элеонор невзлюбил мальчика.

— А может, и лучше, что шестопер! — с улыбкой на устах продолжил Хасид, — легкое, где-то около пяти сентций [27], — на глаз определил мастер, — и в тоже время грозное оружие. Учитывая высокое расположение центра тяжести, в скорости шестопер мало будет в чем уступать даже моему любимому виду оружия — мечу. Такому оружию нипочем доспехи, от ударов дробящего оружия они не дадут удовлетворительной защиты.

Хасид сделал несколько пробных ударов по предполагаемому врагу и удовлетворенно закряхтел.

— Владимир, — продолжил он свой рассказ, — если возникнет небольшая потасовка, то старайся воспользоваться преимуществами такого вида оружия. Это не меч, здесь нужна иная тактика. А именно, обезоружить, ранить или ошеломить противника.

— Да, если этим удачно зарядить по шлему, — как бы подтверждая слова Хасида, вмешался Фрол Дао, — голове жертвы мало не покажется. Жесткие перья эффективно переламывают как кости, так и металлические пластины доспехов.

— Все верно, — важно кивнул заклинателю оружейник, — к тому же, если перья вонзятся в щит, то вонзятся не глубоко и оружие не застрянет.

Оружейник продолжал вертеть шестопер в руках. У Владимира возникло впечатление, что Хасид попросту не хочет его отдавать. Но с этим мальчик ничего не мог поделать, терпеливо ожидая, когда ему, наконец, отдадут его оружие. В душе зашевелился червячок нетерпения.

— Хватить баловаться, — прервал занятие Хасида Фрол Дао, — нам еще меч надо делать. Если ты, конечно, не забыл.

— Да, да, — ответил оружейник, — конечно не забыл.

Хасид отложил в сторону шестопер и взял удлиненные клещи. Подошел к плавильной печи и вытащил из нее ранее заложенный мешок.

— Что за материал такой, — удивился Владимир, — мешковина выдержала жар печи, как ни в чем не бывало.

Оружейник достал клещами из мешка сплавившуюся заготовку. Металл еще не остыл, и светился белым цветом. Из него они все втроем выковали меч. Фрол Дао в сторонке ожидал, конца процедуры, изредка поглядывая на продвижение. Когда мечу была придана окончательная форма, Хасид выдал им по маленькому молоточку и приказным тоном попросил стучать по раскаленному металлу, пока он не остынет.

— Это необходимо, чтобы меч был крепким, — прояснил Хасид, прочитав недоумение и недовольство в глазах мальчиков, — это необходимое и обязательное условие, так называемое — «медленное охлаждение сплавки».

Наконец, меч остыл до нужной температуры и Хасид забрал его. Владимиру уже надоело работать в кузнице, а от постоянного звона по металлу звенело в ушах. Все это с непривычки, — подумал мальчик, — не то, что он сильно устал или ему было не интересно помогать создавать оружие. Как раз наоборот. Но желание испытать свое оружие, да еще такое, не покидало его, ни на секунду. Желание испытать оружие было и у Валена, он так же как и Владимир, с нетерпением ожидал окончания ковки. Но юнге сегодня, как и Владимиру не предстояло подержать свои изделия в руках. Спустя некоторое время мастера попросту выгнали мальчиков из кузницы. Сами закрылись внутри и велели прийти им утром.

— Наверное, боятся чтобы не повторился казус, — подумал Владимир, — как со мной.

Когда Владимир прилег в своей келье, он думал, что не уснет, ожидая наступления утра. Но он ошибся. Только мальчик закрыл глаза, как сразу забылся глубоким сном. Физическая усталость оказалась сильнее. Спал Владимир без сновидений, а может и снилось что, только снов он точно не помнил. Когда лучи солнца коснулись глаз, Владимир, понял, что он проспал наступление утра. Вскочив на ноги, он стремглав помчался к кузнице. Юнга уже ожидал его там.

— Привет, — поприветствовал Вален.

— Привет, — ответил Владимир, — давно сидишь?

— Нет, — ответил Вален.

Внезапно открылись двери кузницы и оттуда вышли все пять мастеров.

— Все, — промелькнула мысль у Валена.

Шестопер Владимира в руках на красном платке держал Жан Дао. А меч Валена на подобном платке и тоже в руках Хасид. Юнга засмотрелся на свое оружие. Отполированный и полностью готовый он выглядел изумительно. Таких мечей Вален нигде еще не видел. Длинная рукоятка с круглым навершием, за которую можно браться и одной и двумя руками. Как с таким большим мечом управляться Вален не представлял. Длина клинка была около пятидесяти дюймов, ширина клинка чуть меньше двух дюймов. Гарда в виде подковы, с клинком, сужающимся к острию. Само лезвие было пятигранным. Режущая кромка клинка была выполнена с периодическим профилем в виде хаотических выступов, с малым шагом.