Там, где кончается путь (СИ) - "Тёмный Доктор"

— Мужики, как считаете, — нарочито громким голосом обратился Змей к Меченому и Воробью, — это они так ругаются или вызывают Сатану?

Сказано это было весьма язвительным тоном.

Воробей фыркнул, Меченый сдержанно улыбнулся, скосив глаза на продолжавших обсуждать что-то заумное Алекса и Семенова. Разговор как-то случайно зашел о мутировавших формах жизни, и тут же в Мерсере, по-видимому, проснулся бывший ученый. В результате ученый действующий и ученый бывший увлеклись разговором о возможностях регенерации у некоторых мутантов, перебрасываясь сугубо специфическими терминами. Должно быть, Змею первому надоела эта заумная ересь.

— Я бы посоветовал прерваться, — Меченый был полностью солидарен со свободовцем. — В полусотне метров от нас я видел кадавра. Поговорить можно в лаборатории.

— Он прав, — кивнул Змей. — Здесь вам не городской парк культуры и отдыха, так что прекратили бы вы светскую беседу, пока на очередного зомбака не напоролись.

— Конечно, — после секундного раздумья покладисто кивнул Семенов. — Вы правы. Прошу прощения, мы увлеклись. Нечасто среди сталкеров можно встретить бывших ученых.

Алекс промолчал, но, судя по всему, держать обиду на друзей не собирался — вместо этого он вернулся к наблюдению за местностью, от которого отвлекся, заговорившись с ученым.

— Едаа-а-а… — послышалось в стороне невыразительное мычание, и из высоких кустов почти вывалился кадавр. Оружия при нем Меченый не заметил, зато хорошо разглядел драные треники и сильно изодранную черную кожанку. Бывший бандит.

Зомби заковылял к находившемуся к нему ближе всех Воробью, протягивая к молодому сталкеру руку. Кисть сильно распухла и посинела, два пальца были то ли оторваны, то ли откушены.

— Пшел вон, — Воробей брезгливо оттолкнул кадавра от себя. Тот не удержался на ногах и неуклюже завалился на землю, но поднялся на четвереньки и вновь потянулся к людям. — Вон, кому сказал!

Молодой сталкер от души пнул зомби, придав движимому непонятно чем телу иное направление.

— Бо-ольно… — сообщил кадавр, не оставляя попыток подняться на ноги.

— Хорош издеваться, — Змей, достав нож, подошел к бывшему человеку и прикончил его ударом в глазницу. После чего, обтерев клинок об куртку кадавра, махнул остальным рукой: — Извольте шевелить конечностями быстрее, господа, но и с округи глаз не спускать. Идем поверху или через трубу? Лично я советовал бы поверху.

— Наверху после последних выбросов появилось много аномалий и «горячих пятен», — возразил ученый. — К тому же, там много кадавров.

— Плохо, — свободовец скрипнул зубами.

Меченый прекрасно понял, что товарищ имеет в виду. Труба, о которой он говорил, должно быть, была обозначенной на карте в ПДА дренажной трубой, некогда отводившей из низины по ту сторону холма скапливающуюся там воду прямо в озеро. Нынче воды там, естественно, не было, и труба, будучи весьма немалого размера, использовалась, как туннель. Если группе в этом туннеле встретятся кадавры, у охраняющих ученого сталкеров не будет места для маневра.

— Ладно, — решился, наконец, Змей. — Труба — так труба. Я и Воробей впереди, затем вы, — он кивнул Семенову. — Игорь, Алекс, на вас двоих тыл. Не хватало еще, чтобы нас зомби расстреляли в спину, позорище какое…

Группа ускорила шаг. Вскоре показался зев трубы. Она действительно оказалась немаленькой — идти можно было в полный рост, но по одному. Двум людям здесь было не разминуться.

— Мочи-иии… — послышалось впереди. Затем раздался хлопок пистолетного выстрела, за которым последовал визг рикошета.

Меченый тут же развернулся на сто восемьдесят градусов. Алекс, повторивший маневр, чуть сдвинулся к стене, и замыкающие взяли пройденный участок туннеля на мушку. Враги, атаковавшие группу с головы — забота Змея и Воробья, на совести Игоря и мутанта же было обеспечение безопасности группы со спины.

Дважды ударила винтовка свободовца.

— Хрена се, их там полно! — удивленно воскликнул Воробей. — Хорошо, что они тупые, как пробки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Действительно, Меченый не мог не согласиться с этим утверждением — в замкнутом пространстве безмозглые зомби будут лишь мешать друг другу, а может, случайно перестреляют себе подобных.

— Пни ходячие! — выругался за спиной Воробей.

— Вали-ииии… — снова донеслось завывание. Последовавшие за боевым кличем кадавра хлопки пистолетных выстрелов возвестили о том, что «пни ходячие» пошли в атаку. Что-то просвистело над головой Меченого. Теперь трещали на разные лады уже несколько стволов.

Игорю очень хотелось обернуться, чтобы узнать, как обстоят дела у напарников, но это значило бы плюнуть на свои обязанности и свалить прикрытие на одного Мерсера. Да, тот являлся мутантом и легко мог разорвать даже десяток кадавров на части… при условии, что он успел бы добраться до них раньше, чем превратился бы в решето.

И тут с уже пройденного участка трубы донеслось знакомое рычание. Снорки!

— К нам гости, — не спуская глаз с туннеля, бросил Игорь Алексу.

— Я уже понял, — кивнул тот.

А вот и снорк — человекоподобная тварь показалась из-за поворота трубы. Мутант принял угрожающую позу, а затем неожиданно быстро преодолел несколько метров и прыгнул.

Взрыкнул автомат Алекса. Короткая очередь поразила тварь в прыжке, отбросив назад. Игорь прицелился в сползшее по полукруглой стене тело снорка, но тот не шевелился. Готов.

Между тем завывание кадавров стихло, как и звуки перестрелки.

— Что у вас там? — осведомился Змей. Меченый бросил ему в ответ через плечо:

— Снорк. Был.

— Все целы? — пострадавших не оказалось, и с позиции товарищей послышалось одобрительное хмыканье. — Отлично, идем дальше, быстро.

Отряд немедленно двинулся вперед. Идти приходилось чуть ли не по телам кадавров — Игорь насчитал почти десяток трупов. Один из них, судя по всему, бывший когда-то военным, уставился в потолок пустыми глазами, теперь уже окончательно мертвыми. Посреди лба чернело отверстие. Должно быть, затылка у кадавра теперь не было.

— А во лбу звезда горит, — прокомментировал шедший впереди Воробей, на секунду обернувшись. Во главе колонны вновь послышалось хмыканье.

Труба закончилась, и команда вышла в небольшую ложбинку у подножия холма. Неподалеку замер проржавевший автобус. Метрах в тридцати слева высились за бетонной оградой здания завода.

— Подходящее место для замеров, или попробуем подойти ближе? — обернулся к Семенову Змей. Ученый в ответ взялся за лямку своего рюкзака.

— Не стоит, — ответил он, извлекая на свет приборы. — Это место подходит.

— Как знаете, — не стал спорить свободовец. — Эй, орлы! Рассредоточиться, смотреть в оба, сообщать обо всем, что шевелится, не понравится — стреляйте.

Группа заняла круговую оборону вокруг Семенова. Меченому достался сектор с видом на завод, и вот уже несколько минут сталкер не мог отделаться от ставшего знакомым за время его путешествия в поисках себя и ответов на вопросы чувства дежавю. Он бывал здесь прежде — в этом Игорь был уверен.

Как ни странно, в этот раз все шло вполне нормально — ученый работал с приборами, а прикрывавшие его сталкеры успели пристрелить нескольких кадавров и одного снорка, но ничего из ряда вон выходящего не случалось. Зомби появлялись по одному — по двое, позволяя снимать их без вреда для себя.

— Все готово! — послышался довольный голос Семенова. — Мы можем ухо…

Он не договорил — возможно, потому что у него, как и у Меченого, внезапно появился гул в ушах, а затем словно нахлынула какая-то вязкая волна. Мир завертелся перед глазами, а затем резко настала темнота.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Сперва она казалась вязкой, непроницаемой.

Потом пришла боль — нет, не боль, скорее, воспоминание о боли. Следом послышались и голоса:

— У нас нет выбора, — мрачно говорил один, словно сожалея о том, что ему приходится озвучивать. — Мы должны его бросить. Скоро начнется выброс, с ним мы не пробьемся.

— Нет, Клык, — отвечал второй, и его голос звучал твердо, — я его не брошу.