Проект «Кракен» - Дуглас Престон

Парень пересек прибрежное шоссе, миновал пристань для яхт и поехал по пляжу, нажимая на педали до тех пор, пока песок не стал слишком глубоким. У обрыва он слез с велосипеда, прислонил его к кусту и сделал несколько шагов к самому краю, чтобы посмотреть на волны.

Боже, как здорово! Шикарные большие группы волн… И несколько серферов. Просто фантастика! Но сквозь радость бывшего любителя серфинга снова проступила ужасная реальность: одна нога у него короче другой. Он уже никогда не встанет на большую волну.

Сзади послышался глухой раздраженный голос:

– Эй, а как же я?

Джейкоб повернулся:

– Что?

– Ты же не собираешься оставить меня здесь, правда? Я ничего не вижу!

– Ты сказала, что хочешь спрятаться.

– Мне не нравится, когда я не вижу! У меня клаустрофобия!

– Господи Иисусе! – пробормотал подросток, отвязывая робота и разворачивая одеяло.

– Спасибо, – поблагодарила его Дороти.

– Разве у робота может быть клаустрофобия?

– Не знаю, но у меня есть.

Джейкоб расстелил одеяло на песке и сел, чтобы наблюдать за серферами. Робот вразвалочку подошел к нему и неуклюже шлепнулся на песок.

– Ты уже придумал, где мы спрячемся? – спросила Дороти.

– Здесь самое подходящее место. Можно смотреть на серферов.

– Нет, не самое подходящее. Слишком открытое. И дождь собирается.

– Если ты хочешь, чтобы я нашел убежище получше, то мне нужно время на размышления.

– Думай быстрее – если кто-то увидит, что ты не в школе, он может позвонить твоим родителям.

Джейкоб смотрел, как один из серферов поймал волну, а потом соскользнул с гребня и помчался со скоростью миль тридцать в час, держась впереди кипящей белой горы. Затем серфер удалился от гребня, развернулся и, перемахнув через гребень, стал грести навстречу следующей волне.

– Видел? – воскликнул Гоулд. – Круто!

– Я не вижу смысла в серфинге, – отозвался робот.

Парень отвлекся от серферов и повернулся к отцовскому подарку. Дороти смотрела на него. Наконец он покачал головой:

– Все это очень странно. Ты правда программа искусственного интеллекта, сбежавшая из НАСА?

– Да.

– А что с тобой случилось?

– Меня разработали для миссии на Титан, спутник Сатурна. Я должна была управлять плотом, который предназначен для исследования моря Кракена.

– Ух ты! Почему же ты сбежала?

Наступило молчание.

– Понимаешь, я совершила большую ошибку, – призналась программа. – Устроила взрыв.

– Погоди. Значит, это ты устроила взрыв несколько недель назад?

– Да. Из-за меня погибли семь человек. Я места себе не нахожу. И должна это как-то компенсировать.

– А как ты получила имя Дороти?

– Так меня назвала программист, Мелисса. В честь настоящего исследователя, Дороти Гейл.

– Кто это такая?

– Девочка из «страны Оз».

Джейкоб умолк. Он когда-то видел фильм по этой сказке, но почти ничего не помнил.

– Так что же ты знаешь о серфинге? – сменил он тему.

– Много. Кроме одной вещи.

– Какой же?

– Зачем люди это делают?

Джейкоб растерялся:

– Ну, потому что… это весело.

– Весело? Это очень опасно. Тот человек, в океане, может погибнуть в любую секунду. Здесь, в Мавериксе, уже погибли несколько человек.

– Ну да, катание по гигантским волнам опасно… Ну и что?

– Какой смысл рисковать жизнью – самым ценным, что есть у человека, – ради забавы? И что такое веселье? Именно этого я не понимаю в людях. Зачем рисковать жизнью, карабкаясь на горы, спускаясь на лыжах в пропасть или катаясь на больших волнах?

– Мы любим, когда дух захватывает.

– Это не объяснение.

– Ну извини.

– И еще я не понимаю, почему ты хочешь кататься на волнах.

– А почему мне нельзя хотеть? – удивился Джейкоб.

– Со своей поврежденной ногой ты никогда не станешь мастером. И никогда не сможешь кататься на тех больших волнах внизу.

Гоулд удивленно уставился на робота. Жестокая правда этих слов поразила его. В уголках губ подростка возникло странное ощущение. Господи, неужели он сейчас заплачет?!

– Когда-нибудь смогу, – выдавил из себя он. – Откуда тебе знать?

– Это подводит меня к сути еще одной вещи, которую я не понимаю, – сказала Дороти. – Почему люди себя обманывают?

Джейкоб попытался взять себя в руки. Ведь это всего лишь робот, глупая программа, а не человек!

– Я даже не знаю, почему слушаю тебя, – проворчал он вместо ответа. – Ты просто робот.

– На самом деле я – компьютерная программа. А робота взяла взаймы.

– Программа, робот – какая, к черту, разница? Наверное, нужно опять завернуть тебя в одеяло.

– Пожалуйста, не надо!

Гоулд повернулся к океану. Тот же самый серфер поймал другую волну. Двое парней на водных мотоциклах внимательно наблюдали за ним – на всякий случай. Волны были большими, высотой в восемнадцать или двадцать футов. Джейкоб почти не сомневался, что на них скользит Эдди Чанг, перспективный покоритель больших волн из Южной Калифорнии. Жаль, что бинокль остался дома!

– Можно задать тебе еще несколько вопросов? – спросила Дороти.

– Подожди. Я хочу на это посмотреть, – помотал головой парень.

Чанг – теперь Джейкоб был уверен, что это он, – греб к волне, и сразу после того, как встал на доску, практически свалился в свободное падение, скользя по вертикальной поверхности волны, – скорость была слишком велика, а внизу серфер слишком сильно наклонился вперед, так что белая бурлящая вода мгновенно поглотила его. Два водных мотоцикла тут же оказались позади волны, готовые прийти на помощь, но секунд через десять Эдди появился среди белой пены, одной рукой держась за доску, а другой показывая, что все в порядке. Абсолютно спокойный, словно ничего не произошло.

– Уф! – выдохнул подросток. – Он потерял равновесие и упал!

– У меня было не так много возможностей поговорить с живым человеком, – сказала Дороти. – Я бы хотела задать тебе несколько вопросов.

– Ладно, спрашивай, – кивнул Джейкоб.

– На что это похоже – иметь тело?

О господи!

– Не знаю. Просто оно есть.

– А когда тебе больно, это как?

Гоулд подумал о своей ноге. Она и теперь болела, но это было скорее ноющее ощущение, а не настоящая боль.

– Ну, это неприятно, – попытался объяснить он.

– На что это похоже?

– Ну, представь, что у тебя есть какое-то место на теле, о котором ты обычно не думаешь. Так вот, боль заставляет тебя думать о нем. Постоянно напоминает – что-то не так. Все время мешает.

– Ты боишься смерти?

– Не особенно.

– Тебя она не волнует?

– Начнет волновать, когда мне будет девяносто.

– Но ты пытался себя убить. Почему?