Моя хранимая Химари - Роман Димитров

- Агх… почти каждый раз одно и то же. - Еле слышно прошептал последний.

Судя по тому, как Хисузу потеряла всякий интерес к происходящему и приготовилась к терпеливому длительному ожиданию, а Хитсуги вообще принялась перебирать какие-то свои бумажки на столе, параллельно вбивая со сноровкой, виденной мной только у Ю Шимомуро, данные на клавиатуре неизвестного мне гаджета, вроде ноутбука со съезжающим экраном… это препирательство будет долгим. Ещё раз переглядываюсь с Си-тя… с моим сопровождением для придания солидности, которое я для разнообразия взял по причине учёта наличия рядом с местом переговоров больших объёмов воды (даже не подозревал, насколько рядом, только узнал от Маки, что это будет один остров с определёнными координатами), словно бы выражая ей, в смысле Сидзуке, всю ту глубину своего возмущения ситуацией: собрались из-за меня, а эти две базарные торговки вовсю пользуясь случаем, тратят общее время, как ни в чём не бывало! А как же распорядок собрания? Регламент и стоящие на ещё не озвученной спикером повестке наиболее дня вопросы? Я был готов смириться, что кроме моих проблем будут рассматривать и другие, но это уже явный перебор. Да ещё и неизвестно, когда это закончится.

Раз так, то я просмотрю кое-какие воспоминания с открытыми глазами, симулируя внимание к перепалке двух глав. Фиксируя содержимое их претензий друг к дружке, разумеется, ведь оно тоже может сказать о немалом. У меня, фактически, нет никаких сведений о кланах - обещанное Куэс Джингуджи так и осталось обещанным. Зачем мне вообще просматривать память? Ответ Мерухи меня немного насторожил… возможны всего два варианта: она либо знает, либо не знает где находится её дочь, однако та легенда, которую она озвучила, слишком уж слабая и не подходит ни под один из случаев.

Раздел памяти акцентирован в фоновом режиме, без отвлечения от оперативной обстановки.

- Гинко, ты не представляешь себе, как я рад тебя видеть…

Даже чересчур рад, судя по тому, что с трудом не позволяю инстинктам своего тела, а также непонятным взбрыкам прошлой личности брать верх в такой ситуации - пришлось специально держаться от неё на некотором расстоянии, даже заставив Гинко Оками слегка насторожиться… проклятье, неужели настолько заметно со стороны?

- …Но всё же, что произошло? Кто они, и почему тебя так долго не было? Успеем ещё наобниматься… и не только. Как-нибудь в следующий раз, после завтрашнего собрания кланов, например.

Что за ахинею я несу? Я же только что пообещал ей… тьфу ты. Зато Гинко, наконец, поняла, что я действительно хочу сначала услышать её историю. Уселась рядом со мной, под боком, поудобнее, и стыдливо призналась:

- Прости… радость встречи закрыла собой всё.

Вздох. Чувствуется, даже без чтения эмоций определённая грусть.

- Для начала, вожак, представлю, хе-хе, волчат: Сора… и Удо. - Гинко, поочерёдно показывая раскрытой ладонью на юных вервольфов.

Представление не совсем по местной традиции, но и так сойдёт, чтобы я мог называть их по именам.

- Йо-йорошику онегайи шимасу. - протараторил молодой мальчик со светлыми волосами.

Обмен добрыми намерениями относительно будущего. Сора, видимо, был воспитан людьми, несмотря на только-только прошедшую стадию метаморфозы в человека. Интересно… а фраза дословно значит сокращение от более развёрнутого "Я надеюсь, что наши отношения принесут в будущем только хорошее", и говорится при знакомстве… и ещё некоторых обстоятельствах. Не суть.

- Хммф! - Удо, отвернув голову набок, и инстинктивно изогнув ближнее ко мне ухо так, чтобы держать его подальше от меня.

Крайняя степень личной неприязни. Удивительно сочетается со страхом, который он испытывает по отношению ко мне.

- Юто… я могу попросить у тебя о нескромном одолжении? Эти двое - последнее, что осталось от моей старой стаи. Я знаю, что ты принял в свою стаю… в свою семью только меня, и при любых других обстоятельствах даже не стала бы тебя просить, но… не могли бы они также войти в нашу семью?

- Разумеется. Буду рад приютить их, как и тебя когда-то.

Тут не о чем думать. Вервольфы, даже такие молодые - очень обещающие, живучие и быстрые бойцы после некоторой подготовки. А если они ещё и окажутся талантливыми, вроде своей родственницы… неплохо было бы узнать, вообще кем они ей приходятся. А то "часть стаи" - понятие растяжимое. А вообще, следует отметить, Гинко Оками либо ведёт себя крайне социализировано ввиду моего с ней знакомства… и даже более чем простого знакомства, либо её очень сильно прижала нужда для этой просьбы - волки-оборотни очень гордые существа. Слишком гордые для своего добра.

- Гинко, как так получилось…

Ещё раз вздохнула, и явно переступая через себя, начала говорить, прижимаясь ко мне сильнее:

- История выйдет короткой и не очень интересной для тебя… наверное. После того, как бывший вожак моей старой стаи умер, стая разбежалась кто куда, включая самцов. Никому не хотелось повторить судьбу моего… отца. Я долго выслеживала всех, кого только могла найти, но так получилось, что раз за разом я лишь находила изувеченные, полусъеденные тела. По разным признакам я поняла, что это был тот самый аякаши, про которого, если мне не изменяет память, ты хотел узнать у Зенджу, Ками леса у горного курорта, где мы с тобой расстались. Я разнюхивала - в прямом и переносном смысле этого слова, всё, что с ним связано. Все происшествия с его, точнее её участием, будь они новые или старые.

Феноменально. Это именно то, что мне нужно для завтрашнего собрания кланов. Пушистик, ты просто умни… гхм-гхм!.. То есть: Гинко, твоё появление и принесённая тобой информация более чем достойна похвалы. Даже не придётся играть в игры с Якоин, если твоей информации окажется достаточно.

Гинко тем временем продолжила:

- Я… не хочу расписывать все случаи. Ты ведь понимаешь почему? Ты и Хару всегда понимали и принимали меня лучше всех… в общем, чтобы понять всю глубину того нехорошего положения, через которое пришлось пройти стае, скажу лишь что некоторые родственники даже атаковали меня, когда я наконец их находила… нет, не из-за поставленного запрета моего отца, а потому, что уже считали себя отверженными, а стаю - потерянной. Соре и Удо повезло - их приютил один лесничий, и та аякаши, происшествия с которой я исследовала, их, наверное, попросту не нашла. Кстати, Сора - сын моей двоюродной сестры, а Удо - брат.

Последнее было сказано с заметным напряжением. Взгляд на Гинко - прячет глаза, ожидая того, что я скажу. Так… что конкретно она подразумева… понятно.

- Гинко, в первый раз вижу, как ты ведёшь себя, словно только превратившаяся в человека, неопытная молодая волчица. Мне казалось, ты уже достаточно пожила с людьми, чтобы понять, у нас нет таких заморочек с потомством. Я не собираюсь плохо относиться к Удо только потому, что он сын вервольфа, которого мне пришлось убить своими руками. Если у него у самого в итоге нет ко мне никаких претензий…