Лучший режиссёр (The best director) - WALL E

рассмеялся, повернулся, облокотился спиной на перила и задал в телефон ряд вопросов:

— Я размышляю над некоторыми вопросами. Можно ли в этом мире повсюду калечить людей под знаменем свободы? Правильно ли это? Правда ли другие могут получить настоящую свободу? Что если они изначально свободны? А что если они не хотят ничего менять? В конечном счёте мир станет лучше или хуже? А ещё, как повлияет война на тех, кто участвовал в ней и кто её пережил?

Он обернулся, уставился в почерневшее вдалеке небо и, вспоминая ожидавших приказа военных союзной армии, иракских военных и простых граждан с серьёзными лицами на улице, которых видел по телевизору и в интернете, со вздохом сказал:

— Знаешь, что союзная армия, что Ирак, многие верны своим идеалам, верны приказам. Им кажется, что они на стороне справедливости, они могут по-настоящему верить словам своих правительств, поэтому готовы пожертвовать собственными жизнями. Однако на самом деле правительства полны лжи. А ещё пострадают невинные гражданские, будут разрушены их дома, они станут бесприютными беженцами… У всех изменится жизнь.

— Ты меня загрузил, — Натали задумалась над этими вопросами, в голове мгновенно наступил кавардак.

Она усмехнулась:

— По крайней мере, сейчас я знаю, как много ты смыслишь в этой войне.

— Хм, возможно, — Ван Ян глядел на мерцавшую в небе звезду, как вдруг нахмурился и задумчиво вымолвил: — Как думаешь, может ли быть такое, что инопланетяне подумают, будто животные на Земле притесняются и эксплуатируются людьми, прямо как курды в Ираке, даже жёстче? Поэтому пришельцы решат взять эту планету в своё ведение, свергнут человеческую власть и помогут животным сформировать свободную, демократичную планету.

Натали сперва растерялась, а в следующий миг зажглась интересом. В таком случае кто бы держал бразды правления? Свиньи? Коровы? У животных уже глубокая вражда к человечеству… Она с улыбкой сказала:

— Вау, ты и вправду о многом думаешь. Это ведь не будут креветкоподобные гуманоиды, что вернутся через три года? Эта тема меня ужасает, но если такое действительно случится, то ты должен беспокоиться о себе. Ты мясоед, а я вот мясо не ем, животные любят меня.

— У тебя есть, над чем подумать на досуге, у меня ещё очень много других вопросов, но их пока не буду говорить тебе, — Ван Ян направился в дом. — Пораньше ложись отдыхать, меня уже клонит в сон, завтра возобновляются съёмки! Осталось всего несколько дней. Ага, пока-пока!

Едва звонок завершился, как Ван Яну опять позвонили. Увидев на дисплее имя Марк Альба, он ответил:

— Алло, мистер Альба?

Он остановился, выслушал Марка и с улыбкой сообщил:

— Да, я так считаю. Нет, мне кажется, вы кое-что упустили из виду, — он вошёл в спальню и, ища Джессику, говорил в мобильник: — Иракский народ действительно так рад союзной армии? А солдаты союзной армии настроены на войну? Думаю, в случае неудачи на фронте многие не захотят продолжать войну…

Когда небо окончательно заволокло тьмой, настало время сна.

Лёжа на широкой кровати в спальне, Ван Ян смотрел на Джессику, чьи красивые волосы были рассыпаны возле подушки.

— Кстати, мне недавно твой папа звонил, ругал меня, — сказал Ван Ян.

Джессика, приняв недоумённый вид, спросила:

— Почему?

Ван Ян, поглаживая её по плечу, ответил:

— Говорит, если начнётся война в Ираке, то хватит и полмесяца, а я сказал, что потребуется месяц. В итоге я его переубедил.

— Хм, — Джессика захлопала глазами, от его поглаживаний по плечу и шее, ей стало немного щекотно. Прижавшись к его телу, она ласково промолвила: — Ян, я понимаю, что ты из-за меня так разгорячился, спасибо. Но я запрещаю тебе снова так делать!

Ван Ян, склонив голову, поцеловал её в лоб и улыбнулся:

— Ты чересчур самовлюблённая. Мне самому хотелось покритиковать Буша, и ты тут ни при чём.

Джессика, слабо улыбнувшись, кивнула, а потом поморщилась, сказав:

— Как же мне отвратительна война, давай не будет об этом?

— О’кей, поговорим о чём-нибудь приятном, — Ван Ян тоже не желал думать об этой войне, за последние два дня у него был и так много мыслей. — Как проходит твоё оттачивание актёрской игры? Я же тебе не сообщил одну новость. Пам-пам-пам! Я пригласил Мерил Стрип на роль Миранды, она читала роман, Миранда ей интересна. Детка, Мерил, скорее всего, даст согласие.

— Не может быть! — Джессика вытаращила глаза, приподнялась, легка на его тело и, упёршись подбородком в его грудь, удивлённо произнесла: — Это правда? О боже! Я сыграю с ней в паре? Господи, я умру от волнения, как с этим справиться…

— Обязательно надо справиться! Джесси, на этот раз я буду очень строг к тебе, — лицо Ван Яна выражало серьёзность. Глядя в её карие глаза, он сурово сказал: — Поскольку тебе досталась главная роль, придётся по полной выкладываться на съёмках. Какие бы ни встретились трудности, мы придумаем, как их решить. Ясно?!

После того, как он накричал на Джошуа, он уже значительно повысил требования к Джессике. Если раньше ей позволялось выступать на более-менее удовлетворительном уровне, то теперь она должна была играть превосходно.

Джессика тотчас испытала некоторое давление, но наполнилась ожиданием и решила, что обязательно услышит заветное «отлично»! Она активно закивала головой:

— Ясно!

— Тогда хватит приставать ко мне, — хихикнул Ван Ян и со звоном шлёпнул её по упругим ягодицам. — Я сейчас не в настроении, давай спать.

Джессика с ухмылкой закатила глаза, развернулась, легла рядом и, закрыв глаза, прошептала:

— Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

В тусклой спальне наступила тишина, двое людей постепенно погрузились в царство снов. Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем начало появляться это причудливое царство.

По всему тёмно-синему небу летали разнообразные воздушные судна. Внизу располагались многоэтажные дома разного вида. Кабина малого воздушного судна была открыта, Ван Ян с сигарой в зубах и тяжёлым пулемётом в руках стоял у выхода. Из изрыгавшего пламя дула бешено вырывались пули. Ван Ян с грохотом обстреливал другие судна и орал:

— А-а-а…

Неожиданно просвистела крупная пуля, попала ему прямо в плечо и вылетала наружу.

— А! — Ван Ян, перекусив сигару, тут же стиснул зубы и, совершенно не шелохнувшись, продолжил обстрел. — А-а…

В это время высокая девушка в синем джинсовом костюме взволнованно закричала:

— Капитан, вы ранены!

Не удостоив её и взгляда, Ван Ян выкинул полностью разряженное оружие, поднял другое и заорал:

— Твою мать, не докучай мне! Пошла вон, суки-и-и…

Бам-бам-бам! Один корабль внезапно взорвался от обстрела, из-за чего впереди возник густой туман. Ван Ян возбуждённо сжал кулаки и прорычал, но не успел он нарадоваться, как из тумана вылетела ракета. Стиснув зубами сигару, он торопливо