Изара, книги 1-6. Кассардим, книги 1-3 - Юлия Диппель

– Мы обнаружили оболочку Бела на складе для стульев. Наверняка он знал, что мы запечатаем портал, поэтому ему пришлось покинуть ее, чтобы выбраться отсюда, – доложил один из гвардейцев своему командиру.

– Бел бросил свою горячо любимую оболочку? – сыграл удивление Янус. – Зачем ему это?

Никто не ответил. Значит, кое-какие сдерживающие факторы у присутствующих еще остались.

Янус нетерпеливо щелкнул языком. Его тон стал резким.

– Ты обязан отчитываться передо мной, командир! Поэтому отвечай!

Элиас недовольно стиснул зубы, но в конце концов его чувство долга победило.

– Бел напал на Кассию. С кинжалом, похищающим души.

Эти слова звучали настолько неправильно, что все внутри меня сжалось. Хуже оказалось лишь последовавшее затем неловкое молчание. Почему никто не возмущался? Почему никто не подвергал сомнению эту возмутительную ложь? Однако смертельный удар мне нанес безжизненный взгляд Кассии. Ее словно не волновало, что появился Янус, она не реагировала на Тристана, который стоял перед ней на коленях и продолжал, без сомнения, болезненное лечение. Она просто смотрела на мою пустую оболочку. Я знал, что это за взгляд, и знал, что его вызывало: чувство, что тебя предали. То, что Кассия так про меня думала, причиняло больше боли, чем все остальное.

– Ну и что? – равнодушно хмыкнул Янус. – Попытка второй раз похитить у нее душу не демонстрирует его интеллект. Но она жива, так что обвинить Бела не в чем. Таков наш закон.

Раздалось согласное бормотание. Ничего удивительного, Янус блестяще сыграл роль уравновешенного лидера.

– Или есть еще что-то, о чем мне следует знать, командир? – покровительственным тоном осведомился он.

Элиас колебался. Из чувства приличия. Не потому, что хотел меня защитить.

– Перед нападением Бел признался Кассии в нескольких убийствах, – в итоге произнес он.

– Серьезно? – надменно фыркнул Янус. – Не в тех ли убийствах, в которых я неоднократно его обвинял, хотя все отказывались мне верить?

– Этого я не знаю, – процедил Элиас.

– Доказательства найдены?

– Мои гвардейцы и охотники в данный момент обыскивают особняк Бела на Мальте. Если доказательства есть, мы их там найдем.

– А почему тогда ты не присутствуешь там лично и не наблюдаешь за обыском? Хотя Белиал мне определенно не друг, он ценный член Лиги. И если уж ты своевольно решил обыскать его частную собственность, то по крайней мере не должен оставлять это каким-то подчиненным или тем более смертным.

Элиас выглядел так, будто готов вцепиться Янусу в глотку, что говорило о многом, учитывая его осторожный характер. Однако командир проглотил свою злость, изобразил поклон и молча ушел.

Я уже понял, что задумал Янус. Он хотел, чтобы подброшенные им доказательства нашел высокопоставленный праймус: это придаст им максимальную достоверность в суде. Одновременно он проявлял себя как честный противник, уважающий правила. За это он заработал от других праймусов столько уважения и поддержки, что я даже без тела ощущал явные рвотные позывы.

Не в силах больше слушать этот бред, я перестал обращать внимание на разговор и сосредоточился на Кассии.

Моя сила была бесполезна и отрезана от внешнего мира, но возможно, только возможно, у меня получится установить контакт с Кассией… потому что блок мог не действовать на нее из-за иммунитета. Или же потому, что нас связывали чувства. Или просто потому, что мне приходилось цепляться за любую, даже самую абсурдную надежду, чтобы совсем не отчаяться.

«Кассия…»

У нее едва заметно расширились глаза. Она меня услышала?

«Кассия…»

Она с тревогой огляделась.

«Кассия! Я в ловушке! Посмотри на шею Януса!»

Никакой дальнейшей реакции.

Кассия

Quod erat demonstrandum

Все это неправильно.

Бел стал убийцей в бегах, Янус – успешным оратором, а я – жертвой, которой никогда больше не хотела быть. Факты противоречили всяческой логике. Логика не совпадала с правдой. А правда казалась несовместимой с моими чувствами.

Я чувствовала Бела. Я чувствовала его и должна была ощутить панический страх, предостеречь остальных или просто убежать прочь. Но вместо этого я просто сидела на месте и чувствовала, как его присутствие заставляло мое сердце плакать от счастья. Как такое возможно? Я сошла с ума? Почему я испытывала что-то подобное к мужчине, который только что предал меня самым ужасным образом?

Может, мой мозг просто не в состоянии справиться с реальностью и рехнулся, в то время как сердце плелось в хвосте и просто-напросто отрицало то, что сказал или сделал Бел. Не сводя взгляд с обожженного лица Бела, я заставляла себя увидеть факты: этот мужчина создал второй кинжал и заколол меня с признанием в любви на губах.

Мой разум снова закрылся. Он просто отключился, чтобы защитить меня… потому что боль, которая неизбежно последует затем, будет невыносима.

Осталось лишь это мягкое поглаживание по моему сознанию, вызывавшее бесконечную тоску.

Наверняка мне просто это казалось!

Бел не мог быть здесь, потому что сбежал. Но…

Бел не убегал. Никогда. Он бы скорее уничтожил Лигу, чем уполз как побитая собака. Он не сдавался, не отступал и уж точно просто так не бросил бы свою оболочку. Равно как и меня.

Ситуацию это не улучшало. Теперь я почти надеялась, что у меня начались галлюцинации, потому что если присутствие Бела мне не чудилось, то у меня гораздо более серьезные проблемы.

Тристан выдернул меня из моих мыслей. Он отозвал свою магию из моего тела. Я почти этого не заметила, но исцеление, по-видимому, завершилось.

– Нет… – в отчаянии выдохнула я, когда он хотел встать. Он нужен был мне как щит между мной и остальным миром. Между мной и безумием, в которое я могла вот-вот впасть. Между мной и вопросами, ответы на которые меня уничтожат.

Тристан отреагировал с таким хладнокровием, которое при других обстоятельствах меня бы шокировало. Не моргнув и глазом и не подавая вида, он взял меня за руки, вернул голубое пламя и теперь старательно делал вид, будто при исцелении упустил какую-то деталь. Даже я бы купилась, если бы не почувствовала, как его магия тонко изолировала нас от подслушивания.

– То, как ты себя чувствуешь, – это абсолютно нормально, – прошептал мне он. – При таких обстоятельствах…

– Бел еще здесь, – выпалила я. Сейчас мне не нужны слова утешения. Мне необходим кто-то, кто поможет не лишиться рассудка.

Тристан приподнял бровь.

– Люциан почувствовал бы, если…

Договорить он не успел, потому что внезапно вспыхнула портальная дверь. Оттуда вышел Элиас в сопровождении целого ряда гвардейцев с ящиками в руках. Командир велел своим людям поставить их перед алтарем. Он ничего не сказал, но в этом и не было необходимости. Мрачное выражение его лица говорило само за себя. Когда Ари открыла один