Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

собаку, то да. А так, ты сама сказала, что мы не встречаемся. Значит я могу идти куда захочу и к кому захочу. Регламентом нашей компании это не регулируется.

Последние слова Хатори сказал победоносно, давая понять, что он не пустое место. Его нельзя отшивать, а потом делать вид, что все хорошо.

— Аха-ха, очень весело, — выдавила глупый смех Ами. — То есть ты забыл, что мы стали встречаться?

— Я-то как раз не забыл. А вот у тебя точно началась амнезия, — ответил, удивляясь наглости Сайто.

Девушка поняла, что… мало что понимает. С одной стороны, ей было скучно с Хатори, хотелось бросить его и забыть о пустых отношениях.

Но, увидев фото из того клуба, Ами не смогла найти себе места. Выходит, что ее променяли в считанные секунды. И на кого? На кусок грудастого жира. Она не могла описать свои чувства, но те были не слишком приятные.

— Знаешь что, я привыкла жить по юридическим принципам. И чисто юридически, мы не расстались. Я лишь сказала, что мне скучно и грустно. А ты уже побежал налево, словно наглый кобель, — выкрутилась Ами Сайто, немного «скорректировав» правду.

— Вот значит, как! — Ходу поднялся с места. — Я просто потанцевал один танец с той девушкой. Не успел спросить ее имя и сделать что-то еще. Она сбежала, бросив меня одного. Это даже в браке нельзя признать за измену. А ты уже бросилась на меня дикой кошкой, и хочешь разорвать на куски.

— То есть, ты мне сейчас не врешь? И вы действительно с ней просто потанцевали? — голосом строго следователя спросила Ами и вышла из-за стола.

— Да, чтоб меня разжаловали в стажеры и не платили премию, если я вру! — выпалил Ходу.

— Смотри мне, изменник. Я обязательно проведу проверку и все узнаю, — сверкая глазами прошипела секретарша.

— Если я изменник, то ты холодная глыба, к которой не знаешь, как подступиться, — не полез за словом в карман Хатори.

— Что? Как ты смеешь меня оскорблять?

— А ты смеешь меня подозревать, не имея на то никакого права.

В пылу ссоры парочка резко сблизилась. Молодые клерки ощущали дыхание друг друга и тепло тел. Неясно, кто сделал первое движение вперед. Но вскоре Ами и Ходу поцеловались.

Да так, что позавидуют герои любовного сериала. Они поглощали друг друга, забыв, где находятся. Непристойные звуки заполнили кабинет, и, кажется, в нем сделалось жарко.

Японцы полны контрастов. С одной стороны, всегда сдержанны и скромны. Даже близкие друзья могут холодно общаться годами. А в супружеской паре может быть полно тайн и табу.

Но иногда японский характер взрывается. Наружу выходит нечто, выжигающее все живое.

Тогда вполне состоятельные, умные люди могут творить всякий бред, превращаясь в извращенных подростков. Различные виды сексуальных утех, переодевание в животных, странные соревнования и не только.

Главное, чтоб все вернулись в нормальное русло и стали самими собой. Общество относится с понимаем к мимолетным причудам, если те не переходят черту.

В какой-то момент, парочка перешла черту. Руки Ходу попытались расстегнуть блузку Ами, а ее руки оказались на ремне парня.

Еще немного, и они бы разделись, но дверь в кабинет распахнулась. На пороге возникла дама лет тридцати пяти с обалдевшим лицом.

— Сколько можно уже, Сайто-чан? Танака-сан волнуется, опасаясь, что ты куда-то пропала, — отчеканила дамочка, подменявшая секретаршу. Затем потеряла дар речи и чуть не грохнулась в обморок.

— Мы ничего не делаем! — сгорая от стыда, воскликнула Ами и отскочила в сторону.

— Да, спорили просто немного. Ничего необычного, — сказал Ходу, понимая, что они чуть серьезно не встряли.

— Ничего страшного, я ничего не заметила. Во время спора лучше хорошо закрываться, — с поклоном произнесла Михо и заметно краснея покинула кабинет.

Парочка пялилась друг на друга какое-то время. Потом молодые люди рассмеялись, всплеснув руками.

— Боюсь представить, что теперь будет. Уверен, она расскажет о нас всему небоскребу и подаст рекламу на телек, — воскликнул Ходу.

— Выходит, придется дальше встречаться, чтоб не выглядеть дураками, — ответила Ами и улыбнулась, как бы подчеркивая, что пошутила.

— Такую обязанность перед обществом я выполню с большим удовольствием, — рассмеялся Ходу, ощущая, что от Сайто исходит тепло, которого раньше не было. Причем, речь идет не о физических волнах, описанных в скучном учебнике.

* * *

Когда были в клубе, решил в очередной раз мочь товарищу. На сей раз последний или лучше сказать просто крайний.

Я не сваха и не специалист отношений, но интуиция работает как полагается. Решил сделать пару фоток, где Ходу обнимает незнакомую даму или она его, но не важно.

Разместил фотографии в интернете с фэйкового аккаунта, так, чтоб их точно заметила Ами. Хотелось показать секретарше, что Ходу не такой уж дурак.

На него, что называется, имеется спрос. Отношения — это тоже рынок. Только вместо диплома здесь опыт, а вместо резюме нечто невидимое и неосязаемое, но крайне весомое по значению.

Я решил добавить Ходу очков, и это отлично сработало. Причем, лучше, чем ожидал. Судя по восторженным воплям товарища, они с Ами Сайто начали заново. И теперь их отношения стали чем-то походить на любовь.

Что ж, можете не благодарить. В последнее время привык быть кем угодно, от Купидона до городского Героя.

Насчет образца компьютера, о котором сказала Мэй, было ничего неизвестно. Все формулировки давались в обтекаемом виде. Я знал очень много, но не знал ничего.

Судя по последним событиям, это правильно. Вдруг у нас заведется новый шпион, или у старого остался сообщник.

Кстати насчет Сайтамы. Проверенные люди провели с ним беседу в больнице. Выяснили, что Ширу почти ничего не известно. Он мелкий исполнитель, которого не посвящали в курс дел.

Заму топ-менеджера просто платили. А деньги способны убить любое, даже самое сильное, любопытство.

Конечно, были небольшие зацепки, которые можно использовать. Но четких данных заказчика нам не дали. Намекнул, что люди Танаки плохо работали с Ширу. На что Мэй заявила, что ей виднее.

Как ни крути, она главная, значит пусть разбирается. И вообще, не буду ж я пытать Сайтаму, применяя средневековые методы?

Меня вновь одолела рутина. Ждал назначенного Танакой часа и занимался фигней, которую по ошибке называли работой.

Творческих заданий было все меньше, ерунды, которую нужно: разобрать, рассортировать, рассовать по карманам — все больше. Медленно сходил с ума, дожидаясь обеда, а потом