Сага о копье: Омнибус. Том II - Маргарет Уэйс

По лестнице поднимался Танис Полуэльф.

— Карамон говорит, ты решил ехать? Палин кивнул.

— Где отец?

— С матерью… Дай ему опомниться, Палин, — ненавязчиво посоветовал Танис. — Пусть он придет в себя.

— Я не хотел… — начал было Палин и запнулся. Затем продолжил:

— Танис, я должен это сделать. Отец меня не понимает… Никто не понимает. Его голос… Я слышу его голос… Танис сочувственно смотрел на Палина.

— Ты останешься на похороны? — спросил он.

— Конечно, — отвечал Палин. — Но затем мы без промедления тронемся в путь.

— Прежде чем вы соберетесь в дорогу, и тебе, и Светлому Мечу необходимо основательно отдохнуть, — сказал Танис. — Думаю, мне удастся убедить Стила, что никто не будет кормить его отравленной пищей и покушаться на него, пока он спит… Как все-таки он похож на своего отца! — добавил Танис, когда они с Палином вошли в зал. — Сколько раз я видел Стурма в той же самой позе, смертельно усталого, старающегося, однако, не показывать вида… Стил поднялся им навстречу — то ли из уважения к Танису, то ли из предосторожности. По лицу нельзя было определить, о чем он думает, что чувствует — все та же суровость, отстраненность, неприступность.

— Пора в дорогу, — глядя на Палина, сказал он.

— Сядь. Не спеши, — проговорил Палин. — Мы двинемся только после того, как тела братьев будут преданы земле. А пока восстанавливай силы. Мясо, правда, холодное, но эль добрый. Я приготовлю тебе комнату. Переночуешь здесь. Стил помрачнел.

— Я не нуждаюсь…

— Нуждаешься, — прервал его Палин. — Тебе понадобятся силы… В любом случае ночью двигаться безопаснее, дорога в Палантас будет нелегкой.

— В Палантас? — поразился Стил. — Зачем нам идти в Палантас — твердыню Соламнийских Рыцарей?.. Если это ловушка…

— Нет, не ловушка, — снова не дал договорить Палин, устало присаживаясь к столу. — Мы идем в Палантас, потому что Врата находятся в Башне Высшего Волшебства.

— Мы же договорились, что Врата должны открыть маги. Такой шаг противоречит первоначальному плану, условиям выкупа, — возразил Стил.

— Я сам открою Врата, — сказал Палин. — С помощью дяди, — добавил он, видя недоумение на лице рыцаря. Стил молча обдумывал неожиданное предложение Палина.

— Наше путешествие будет опасным, — продолжал молодой маг. — Я намерен не только открыть Врата, но и войти… войти в Бездну. Я хочу разыскать дядю. Ты можешь не ходить со мной… но я подумал, — как бы между прочим добавил Палин, — что тебе самому не захочется упускать возможность побеседовать с Королевой лично… В глазах Стила внезапно вспыхнул огонек — пламя азарта. Броня неприступности оказалась уязвимой. Слова Палина достигли цели.

— Добро. Двигаем в Палантас, — кратко, в свойственной ему манере произнес Стил. Палин вздохнул: он одержал две трудные победы. Теперь можно расслабиться, отдохнуть. Молодой человек вдруг почувствовал, как страшно он устал — не было сил даже на то, чтобы подняться к себе в комнату. Он уронил голову на стол и, уже закачавшись на волнах сна, услышал шепот:

— Браво! Молодец!.. Я жду твоего прихода.

12. Аша входит в роль. Даламар сомневается. Немаловажные сведения

— Это было умопомрачительно! В жизни не ел ничего подобного, — произнес Тассельхоф Непоседа. — Я заполнен до отказа. Откинувшись на стуле и положив ноги на стол, Тас рассматривал одну за другой изящные серебряные вилки. Они были довольно примечательные — замысловато сделанные, и на каждой имелись инициалы. «Работа эльфов», — догадался кендер.

— А инициалы, должно быть, Даламара, — сонно изрек Тассельхоф. Сказать, что он объелся, — ничего не сказать, но как тут удержаться, если все такое вкусное! Кендер любовно поглаживал вилку. Хотел бросить ее на стол, но против его воли рука сама собой опустила вилку в карман. Тас от души зевнул.

Восхитительное угощение! Аша была того же мнения. Она окончательно размякла, осоловела; голова безвольно моталась из стороны в сторону, глаза слипались.

Девушка испытывала полное блаженство.

— Никогда так не объедалась! — позевывая, сказала она.

— Я тоже, — отозвался Тас, изо всех сил стараясь держать глаза открытыми.

Пока ему это удавалось. Своим хохолком на голове, тем, как неестественно смыкались и размыкались веки, он напоминал сейчас филина. На появление Даламара и Йенны пресыщенные гости отреагировали ленивыми улыбками. Чародеи заговорщически переглянулись. Желая убедиться, все ли на своих местах, темный эльф окинул взглядом комнату.

— Не хватает только вилки, — заметил он. — И это после того, как кендер пробыл здесь почти час. Подумать только! Это что-то невероятное… невообразимое. Даламар извлек вилку из кармана Тассельхофа.

— Я нашел ее на полу, — сказал Тас первое, что пришло в голову. Затем свое оправдание от подкрепил обычно употребляемыми в таких случаях фразами:

— Я и сам не знаю, как она там оказалась… Что — вилка в самом деле твоя?.. Я думал, она тебе больше не пригодится… Сами же ушли и все побросали… Я хотел просто помыть ее…

— Благодарю, — сказал Даламар, кладя вилку на стол.

— Да что там — пустое! — снисходительно улыбаясь, проговорил Тас и закрыл глаза. Даламар повернулся к Аше, на чьем лице блуждала глупая ухмылка.

— Потрясающий ужин, — сказала она.

— Благодарю… Насколько я понимаю, у тебя для меня письмо.

— Да, конечно. Оно где-то здесь, — чуть оживая, сказала Аша и принялась шарить по карманам своих шелковых шаровар. Она достала свиток и помахала им.

— Любовь моя, что ты подмешал в сидр? — обращаясь к Даламару, прошептала Йенна. Она приняла из рук Аши свиток.

— Это именно то письмо, дитя мое? Ты уверена?

— Я вовсе не дитя, и, тем более — не твое. Ты немногим старше меня. Брось изображать из себя важную даму.

— Чья же ты? — подчеркнуто небрежно спросил Даламар забирая свиток у Йенны. Маг не торопился читать письмо. Пока что его больше интересовала сама девушка, в чертах лица которой он выискивал сходство со своим шалафи. Этим человеком он восторгался и восхищался, боялся его, любил и ненавидел.

— А как ты думаешь? — сказала Аша, искоса взглядывая на мага.

— Не знаю, — ответил Даламар и присел на стул рядом с девушкой.

— Я жила в местности, которую называют Пыльные Равнины, — начала Аша.

— Ты там не жила, — отрезал Даламар, словно стегнул хлыстом. — Не лги мне, девочка. Аша, вздрогнув, выпрямилась на стуле и с опаской посмотрела на мага.

— Я не лгу…

— Нет, лжешь. Эти магические предметы, — Даламар бросил ей на колени сумку, — принадлежали эрдам. Их не спутаешь ни с какими другими. Не сомневаюсь, что письмо все объяснит.

— Нет, не объяснит, — возразила Аша. Ей уже разонравились и комната, и ее хозяин в черной рясе. Поручение она выполнила, самое время распрощаться. — Это просто история об одном бриллианте. Не возьму в толк, почему Заст придает этому такое значение. — Аша поднялась со стула, голова немного кружилась. — Ну, я пойду. Спасибо за угощение… Йенна положила руку на плечо девушки.

— Отсюда так запросто не выйти, — постукивая свитком по подбородку, произнес Даламар, — если только мне самому этого не захочется… Садись, Аша.

Ты моя гостья. Ты и кендер… Ну вот, так-то лучше… А теперь расскажи мне о своих родителях, — все так же спокойно, но уже с легким раздражением настаивал маг.

— Мне ничего о них не известно, — растерянно отвечала девушка. Уверяю тебя… Я — сирота. Меня подобрали эрды, когда я была еще совсем маленькой.

Йенна присела к Даламару на подлокотник.

— Трудно поверить, что они ничего тебе не рассказывали.

— Ничего, — оборонялась Аша. Правда, кое-что я узнала сама… Приходилось ли тебе слышать о Валуме?

— Валине, — поправил ее Тассельхоф, любопытство которого вело неравную борьбу со сном. Чтобы не впасть в забытье, он вынужден был время от времени щипать себя. — Правильно сказать — Валин…

— Да, знаю-знаю, — пресекла дальнейшие объяснения Аша, сердито посмотрев на кендера. Затем повернулась к Даламару:

— Конечно, Валин. Это, должно быть, из-за сидра я путаюсь… Так вот, однажды ночью, когда я была уже в постели, к нам пришел гость. С эрдами такое случается очень редко, поэтому я решила узнать, в чем дело… Гостем оказался эрд, которого в племени зовут Вершителем. К моему удивлению, он и Заст говорили обо мне.

— Многое в их разговоре я не поняла. Они упоминали и Валина. Говорили о том, как моя мать, эрд по рождению, покинула племя и пустилась странствовать по свету; как однажды в таверне она познакомилась с магом: там к ней пристали какие-то головорезы, и маг со своим братом…

— Близнецом… хотел было пояснить Тассельхоф, но слова спасовали перед чудовищным зевком.