Флагман штурмовой авиации - Семен Донченко

Штурмовики устремились к объекту, открыли огонь по зенитным установкам и попарно облили место расположения штаба горючей смесью. Пламя охватило постройки, запылали машины, мотоциклы... Гитлеровцы в панике выскакивали из помещений.

При возвращении группы на аэродром всех участников налета - А. Овчинникова, В. Жигунова, А. Смирнова и Н. Бойченко - ожидала приятная новость: личная благодарность маршала И. С. Конева за смелый и опасный рейд в тыл врага, успешное выполнение задания.

Летчики этого полка, как и прежде, парами и четверками прорывались в район боевых действий и наносили ощутимые удары по отступающим гитлеровцам, срывали подвоз техники и боеприпасов.

* * *

На станцию Хенцины, куда подошло несколько эшелонов, вылетели четыре Ил-2 во главе со старшим лейтенантом А. Фаткулиным. У линии фронта высота облаков не превышала сотни метров. Тяжело груженные машины перешли на бреющий. Внизу замелькали столбы вздыбленной снарядными разрывами земли и огненные кляксы пожаров. С высоты десять - пятнадцать метров было хорошо видно, как наши бойцы шли цепью, тесня гитлеровцев.

Еще несколько минут полета - и летчики обнаружили колонну отступающих немцев. Машины и лошади тащили орудия, за повозками спешили солдаты.

- Предлагаю ускорить им отступление, - сказал по радио старший лейтенант Фаткулин и нажал кнопку бомбосбрасывателя.

Гитлеровцев словно сдуло с дороги - на ней остались лишь изуродованная техника да те, кто не успел скатиться в придорожные канавы.

Вот и станция. Сброс бомб, круг - и огненные копья эрэсов настигли локомотив, платформы, крытые вагоны...

Приятен вкус победы, но и невыносимо горек он, когда узнаешь, что твой верный друг уже не придет с задания. Дорогой ценой платили мы за победу.

Так, в 140-м гвардейском штурмовом авиаполку при разведке войск противника в районе Пшедбуж геройски погибли лейтенанты А. Кобзев, П. Баранов, воздушные стрелки сержанты Н. Блохин и Г. Маслов. Указом Президиума Верховного Совета СССР Анатолию Михайловичу Кобзеву посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. Чуть раньше погиб при посадке на израненном штурмовике младший лейтенант Ю. Маркушин.

Большую утрату понес личный состав 153-го гвардейского истребительного полка на сандомирском плацдарме. Не стало его командира-героя майора П. А. Матиенко.

Когда весной, после освобождения Винницкой области, жители села Большие Хутора узнали о подвигах своего земляка, они решили собрать средства на строительство двух истребителей. Вскоре два Як-3 прибыли в полк. Подарок очень взволновал Петра Андреевича, но ему так и не довелось опробовать истребители в бою. Героя Советского Союза майора Петра Андреевича Матиенко похоронили на окраине польского города Мелец.

В те дни не возвратились с заданий летчики А. Борзенко, С. Егоров, Ф. Лапицкий, А. Найден, Н. И. Супрехин, А. Худяков, В. Бушуев, А. Зайцев...

Говоря о неимоверно тяжелых условиях, в которых приходилось действовать нашим авиаторам, нельзя не отметить титаническую работу авиационного тыла, в частности инженерно-аэродромных батальонов. Вслед за наземными войсками они выдвигались к линии фронта и немедленно приступали к строительству и восстановлению аэродромов на освобожденной территории.

Как только части 3-й гвардейской танковой армии заняли Енджеювский аэроузел, все аэродромы вскоре были готовы к приему самолетов корпуса.

15 января полностью был освобожден крупный административно-хозяйственный центр Польши - Кельце, затем танкисты Рыбалко вступили в город Ченстохова. На следующий же день, 18 января, на аэродром в его окрестностях приземлились штурмовики и истребители нашего соединения.

Темп наступления был настолько высоким, что порой создавались непредвиденные ситуации. Особенно когда вперед, на запад, ушли наши наступающие войска, а тыл заполнили большие "блуждающие" группы недобитых гитлеровцев. Получился своеобразный слоеный пирог.

Расскажу об одном случае, происшедшем в те дни.

Толстый слой снега покрыл аэродром. Все было белым - и домики, и ангары, расчищена лишь взлетная полоса. Самолетов нет, ушли на задание. Остались только "технари" - мотористы, оружейники - сидели, разговаривали, коротая время ожидания.

И вдруг кто-то крикнул:

- Немцы!

Они появились из леса, ползли по снегу к аэродрому.

Позже мы узнали, что численность этой группы составляла почти пять тысяч фашистов. Попав в окружение, они пробивались к своим. Группа раскололась на отряды, один из которых и вышел на наш аэродром. Противник испытывал острую нужду в горючем и решил заполучить его... у наших летчиков.

По тревоге были подняты все бойцы батальона аэродромного обеспечения; они открыли винтовочный огонь, и гитлеровцы отступили в лес, оставив на снегу несколько трупов.

Ситуация изменилась, когда на выручку подоспели истребители майора Н. Буряка, к которым присоединилась шестерка штурмовиков.

Незваные гости были отброшены в глубь леса, где им предъявили счет наши пехотинцы,

За умелую организацию отражения наземного нападения противника начальник штаба 156-го гвардейского истребительного полка майор Корнилов был награжден орденом Красной Звезды, механик Красильников - медалью "За отвагу".

Вместе с младшими авиаспециалистами в бою участвовал и заместитель командира 140-го гвардейского авиаполка по политчасти полковник Е. И. Лапин.

- Хотя я находился в обороне, - рассказывал Ефим Иванович, - но все же захватил в плен двух гитлеровцев. Странный был у них вид: головы и физиономии измазаны кашей. Оказалось, растеряв на бегу свои котелки, они приспособили вместо них для варки пищи каски. Один из пленных, мальчишка лет семнадцати, все бормотал "мутти", "швестер", другой - здоровенный, обросший щетиной, всю дорогу, пока его конвоировали, орал: "Гитлер капут!" Вот какие вояки!..

Но не обошлось без потерь и с нашей стороны: в братской могиле невдалеке от аэродрома однополчане похоронили старшин Семко, Дергачева, старшего сержанта Сосновского, сержанта Жукова...

Постоянно поддерживая связь с командиром корпуса генералом Рязановым, командующий фронтом напоминал: "По железнодорожным станциям надо бить, Василий Георгиевич. Пускай враг задыхается без техники, боеприпасов, продовольствия. Так он будет быстрее бежать к своему фатерлянду..."

Станцию Сосновец штурмовали двенадцать "илов". Сопровождали штурмовиков истребители старшего лейтенанта А. Безверхого. Крыло к крылу взлетели летчики А. Сергеев, Н. Руденок, В. Науменко, Н. Ижин, Б. Малахов.

Обычно гитлеровцы прикрывали передовые позиции, колонны на маршах, на стоянках, штабы, железнодорожные станции в основном 23-миллиметровыми "эрликонами" и 37-миллиметровыми зенитными пушками, но теперь свою противовоздушную оборону они усилили стационарными орудиями среднего и крупного калибра. Когда такие снаряды разрывались даже в стороне, осколки их наносили нашим самолетам значительные повреждения.