Ненавижу и прощаю... - Наталия Батори

Раньше она просто надиралась виски с колой до беспамятсва, дразнила какого-нибудь паренька… Потом все происходило традиционно: подсобка, уборная, заднее сидение машины… Пару раз даже прямо в клубе, в темном уголочке, на диванчиках. В свою квартиру она никого не приводила принципиально, не хотела потом случайных гостей, да и ни к чему ей было это… Домой к парням она тоже предпочитала не ездить, помнила тот случай, когда примерно пару лет назад поехала домой к приятному с виду парню, а там их ждало еще четверо… Благо, что Ленская была не столь пьяна, чтобы не суметь вовремя удрать, хотя то, что ей тогда удалось уйти, было настоящим чудом. Парень настойчиво заталкивал ее внутрь квартиры, а сам закрывал дверь. Расслышав голоса, она случайно опустила глаза и заметила кучу дорогой обуви. Карина была не дура, а потому, оттолкнув горе-кавалера, буквально вылетела в подъезд… С тех пор влечение всегда было на втором месте, на первом была осторожность. Она позволяла себя увлечь в слишком уединенное место, только когда чувствовала достаточную силу партнера, чувствовала, что он способен на что-то большее, чем просто секс, заканчивающийся в пару толчков… Но это бывало редко.

Сегодня ей было хорошо и без секса. Даже завалившись в такси, они не могли успокоиться и под тихий хохот водителя продолжали танцевать и петь. На душе было светло и хорошо… Вернувшись в квартиру, она не кинулась стаскивать с себя пропахшее сигаретным дымом и запахом секса платье, она не рвалась в дух, чтобы смыть с себя грязь, в которую сознательно окуналась… Девушка бросилась к холодильнику в поисках сока, пить хотелось нестерпимо, а еще хотелось есть.

- Подруга, ты как смотришь на горячие бутеброды? – крикнула она, придерживая дверцу холодильника.

- Я смотрю на них положительно! – устало пробормотала Аня, закручивая на макушке волосы.

Усевшись за стол и наблюдая за плавными перемещениями Карины по комнате, Аня просто улыбалась. Она не была голодна, больше всего девушке сейчас хотелось упасть на мягкую постель и не просыпаться долго-долго, но она просто сидела и ждала.

На востоке загоралась заря. Новый рассвет. Новая жизнь.

***

- Ну и?.. Кто-то из вас, гавриков, даст мне самый умный ответ на самый глупый вопрос? Где Аня!?

Для полной убедительности Вилке не хватало только монокля, кепки и стека в руке. Расхаживая возле стола и заложив руки за спину, она была само воплощение вселенского негодования. Адре и Влад, понуро опустив головы, сидели за столом и изредка переглядывались.

С утра они начали заново свои пикировки. То и дело спорили, пару раз Виолетте даже приходилось встревать между ними, чтобы не было драки. Когда же Аня не спустилась к завтраку, Вилка поднялась к ней… Но комната оказалась пуста. Вот тут-то она и заподозрила неладное. Точнее не заподозрила, у Москвичевой все нутро свело от страха. В голове тут же закрутились сотни «А если?!».

А если она под машину попала? А если на нее напали? А если пьяные пристали?

- А если ее в полицию забрали? Господи, она же такая беззащитная!!! – заголосила Виола, запуская руки в волосы и одаряя мужчин за столом, которые объединились перед лицом опасности, гневным взглядом.

- Думаю, надо позвонить Сереге…

- Думаю, это плохая идея! – не оборачиваясь, бросила Вилка.

- Да, это действительно плохая идея, - опуская глаза, согласился Влад.

- Влад прав, вполне может быть, она с ним, - тоном, не терпящим возражений, проговорил Андре, но испортил все опасливым взглядом в сторону рыжей фурии, которая, судя по накалу, могла скоро начать генерировать молнии и громы.

Несколько секунд она стояла неподвижно, потом медленно прошествовала к столу. Взяла телефон и стала перебирать номера, потом, наконец, поднесла аппарат к уху и уставилась на Столярова-младшего, который в данный момент вообще не понимал, он-то при чем, чтобы смотреть на него так…

Сергей поднял трубку после четвертого гудка. На удивление бодрый, хотя голос слегка хрипел. Вилка не была расположена к светским беседам, потому сразу спросила:

- Аня у тебя?

- Нет...

Тщательно проанализировав его реакцию, девушка поняла, что врать он не мог, а потому быстро распрощалась, положив трубку. Отложила телефон, уставившись перед собой. Потом подняла глаза на сидящих за столом мужчин и всплеснула руками:

- Ее у него нет!

- Он мог соврать! – тут же вскинулся Андре.

- Мог, - неожиданно поддержал его Влад.

- Он мог соврать, но он не думал, прежде чем ответить, он просто ответил, и он был удивлен такому вопросу… Он не врал!

В ответ послышалось только красноречивое фырканье француза. Удержавшись от того, чтобы не отвесить ему хороший подзатыльник, Виола сложила руки на груди и отошла к окну. На душе было тревожно, но руки не поднимались, чтобы начать привычную в таких ситуациях процедуру: звонки по больницам и полиции. Кто-то считал, что это первое дело в случае поиска пропавшего человека, а она знала, что это первый путь к истерике, с этими бесконечными «Да, к нам привозили похожую девушку, волосы темные, да-да, шрам над бровью…». Они все бросят и помчатся стремглав в больницу, а еще хуже - в морг, за то время, пока будут ехать, вся жизнь мелькнет перед глазами, а когда приедут, то выясниться, что это вовсе не она! Хотя… В глубине души Виолетта боялась, что они приедут, что невозмутимый врач проведет их в нужную палату… и это все же будет она!

В дверь требовательно затарабанили, тем самым вырвав девушку из тяжких раздумий. Повернувшись, она снова посмотрела на мужчин, а те внимательно смотрели на нее, словно ожидая приказа. Дав знак им оставаться на своих местах, Вилка сама пошла открывать.

Москвичева ни капельки не удивилась, увидев, кто стоял за дверью.

- Привет, Сережа! – проговорила она, пропуская его в дом.

На его лицо все еще было больно смотреть. Ссадины и кровоподтеки на нем вызывали жалость и возмущение – какому варвару потребовалось испортить это произведение искусства? И в то же время Виолетте было жаль и самого варвара – Андре, который щеголял такими же впечатляющими «украшениями», ничем не уступая Столярову.

При появлении на кухне врага Андре медленно встал со стула и упер руки в бока, как бы давая понять, что на этой территории он главный. Бросив на него насмешливый взгляд, Сергей ответил той же стойкой, и Вилка застонала, качая головой: