На суше и на море. Выпуск 7 (1966 г.) - "На суше и на море"

Положение нитей спинного мозга тоже изменилось. Его собственный спинной мозг и спинной мозг Вивиан как будто оставались на месте. Зато спинной мозг Гамса и мозг Мак-Карти разошлись.

Увеличив свою массу примерно на двести килограммов, имярек meisterii делился на две особи, расположив жильцов поровну - по двое на каждую половину. Гамc и Мейстер находились в одной, Мак-Карти и Беллис - в другой.

Джорджу пришло в голову, что при следующем делении каждая особь будет вынуждена ограничиться одним мозгом, а еще при следующем одна из новых особей будет монстр в его первобытном, незаселенном состоянии - покоящийся, закамуфлированный, ожидающий жертву, которая споткнется о него.

Но все это означало, что подобно обыкновенной амебе этот удивительный организм бессмертен. Если исключить несчастные случаи, он никогда не умрет, он будет просто-напросто расти и делиться.

К сожалению, иначе обстоит дело с его жильцами: их ткани будут стареть и умирать… Но так ли это? Ведь нервная ткань человека не способна расти, а у него и у Мак-Карти она разрослась. Ни в какой ткани человеческого тела новые клетки не образуются так быстро, как это имело место в стеблях глаз Мейстера и в руке Мак-Карти. Сомневаться не приходилось: их новая нервная ткань никак не может быть изначальной. Это была подделка - ткань, созданная монстром из своей собственной субстанции по структурным образцам ближайших первородных клеток. Но подделка эта не уступала оригиналу: новая и старая ткани взаимопроникали, аксоны пристегивались к дендритам, и в результате мышцы сокращались и расслаблялись по команде. Иными словами, имитация исправно функционировала. Следовательно, когда нервные клетки состарятся, они будут заменены. В конце концов отомрет последняя изначальная клетка, и человек-жилец полностью перейдет в монстра, но «различие, не порождающее различия, не есть различие». В сущности, жилец по-прежнему будет человеком, и притом бессмертным.

Если только исключить несчастные случаи.

Или убийство.

– Майор Гамс, - говорила тем временем Мак-Карти, - не смешите людей. Зачем вы морочите мне голову? Ведь если вы правы, то наши усилия двигаться в противоположных направлениях разорвут это существо на части.

Мак-Карти явно ни о чем не догадывалась. Ну и пусть думает как хочет, это лишит ее возможности действовать, а там деление и закончится… Но нет, так не годилось. Сам-то Джордж был уже вне ее досягаемости и удалялся от нее все дальше, но вот как с Беллис? Ее мозг и мозг Мак-Карти настолько сблизились…

Как быть? Если предупредить девушку, это откроет глаза Мак-Карти на истинное положение вещей. Вот если бы направить ее по ложному следу…

Внезапно он сообразил, что у него уже совсем не остается времени. Если он не ошибался, полагая, что общение между мозговыми системами возможно лишь благодаря какой-то физической связи между ними, то клетки, осуществляющие эту связь, долго не выдержат: промежуток между двумя парами мозгов неуклонно увеличивался. И он решился.

– Вивиан! - позвал он.

– Что, Джордж?

– Послушай, - почувствовав облегчение, сказал он. - Это не мы растаскиваем монстра на части, а он делится сам по себе. Это его способ размножения. Ты и я окажемся в одной половине, Гамс и Мак-Карти - в другой. Если они оставят нас в покое, каждый пойдет куда захочет…

– Ах, я так рада!

Какой теплый у нее голос!…

– Да, но, быть может, нам придется с ними драться. Это зависит от них. Так что расти руку, Вивиан.

– Постараюсь, - неуверенно сказала она. - Я не знаю…

Голос Мак-Карти заглушил конец фразы.

– Майор Гамс! Поскольку у вас есть глаза, ваш долг позаботиться о том, чтобы не дать им убежать. Тем временем и вам советую растить руку.

– Служу Гражданской безопасности! - ответил Гамс.

Озадаченный Джордж глянул вниз мимо своей наполовину сформировавшейся руки. Почти вне поля его зрения под Гамсовым сектором тела выпячивался мясистый начаток руки. Майор работал над ним тайком, пряча его под краем тела… И он был куда лучше развит, чем рука Джорджа.

– Эге, - вдруг проговорил Гамс. - Послушайте, мисс Мак-Карти, Мейстер просто поливал вам мозги. Мы с вами, вишь ты, никак не попадем в одну половину. Этого просто не может быть! Мы с вами на противоположных концах этой проклятой штуки. Вы окажетесь вместе с мисс Беллис, а я - вместе с Мейстером.

У монстра явным образом намечалась талия. Нити спинного мозга развернулись, так что теперь между ними наметился просвет.

– Хорошо, - слабо вякнула Мак-Карти. - Спасибо, майор Гамс.

– Джордж! - словно издали, донесся испуганный голос Вивиан. - Что мне делать?

– Расти руку! - крикнул он. Ответа не последовало.

Оцепенев от ужаса, Джордж увидел, как рука Мак-Карти, сжимающая каменный осколок, вытянулась влево над пузырящейся поверхностью монстра. Еще он увидел, как она подскочила и тут же злобно упала. Он успел подумать: «Слава богу, еще коротка, это у Мак-Карти правая рука, она дальше от мозга Вивиан, чем была от моего», успел сообразить, что никак не сможет помочь Вивиан прежде, чем Мак-Карти удлинит свою руку на несколько недостающих сантиметров. Деление прошло лишь наполовину. Он был скован и мог двигаться с таким же успехом, с каким сиамский близнец - обойти вокруг своего брата.

Затем настал его черед. Заметив краем глаза какое-то мгновенное, как молния, движение, он оглянулся и увидел комковатую, неправильной формы псевдоруку, протянувшуюся к стеблям его глаз.

Инстинктивно он вскинул свою руку, схватил Гамса за запястье и отчаянно повис на нем. Рука Гамса была в полтора раза больше, чем его, и такая мускулистая, что, хотя перевес в плече рычага был в его пользу, он не мог ни оттолкнуть ее, ни отвести в сторону. Он мог только раскачивать эту руку вверх и вниз, стараясь попадать в такт усилиям Гамса, так что рука все время проходила мимо цели.

Гамс начал менять силу и ритм своих движений, пытаясь поймать Джорджа врасплох. Его толстый палец задел основание одного из стеблей.

– Очень сожалею, Мейстер, - сказал Гамс. - Я лично не питаю к вам никаких недобрых чувств. И между нами говоря - уф! - Мак-Карти - дрянь баба… Но - пфф! чуть не поймал вас! - нищим выбирать не приходится. Уфф… я смотрю на дело так: если сам о себе не позаботишься - пфф! - то кто еще позаботится о тебе? Уфф!…

Джордж не отвечал. Поразительное дело, он больше не боялся ни за себя, ни за Вивиан; он был просто чудовищно, невероятно взбешен. В его руку откуда-то вливалась сила. Яростно сосредоточенный, он думал: «Больше! Сильнее! Длиннее! Руку!»

Рука росла, на глазах наращивая ткани, удлинялась, утолщалась, бугрилась мускулами. С рукой Гамса происходило то же самое.