Категории
Самые читаемые
Лучшие книги » Юмор » Прочий юмор » Начало конца комедии (повести и рассказы) - Виктор Конецкий

Начало конца комедии (повести и рассказы) - Виктор Конецкий

Читать онлайн Начало конца комедии (повести и рассказы) - Виктор Конецкий

Шрифт:

-
+

Интервал:

-
+

Закладка:

Сделать
1 ... 53 54 55 56 57 58 59 60 61 ... 82
Перейти на страницу:

Молодой оратор бил в яблочко, в десятку, в эпицентр, в солнечное сплетение. Ради такого я сюда и прилетел. Правда, я жаждал сочувствия и совета, а не четких формулировок своих провалов.

Деликатные слушатели подняли гвалт, чтобы заставить молодого человека замолчать. Им было жаль меня. Я утихомиривал орущих, чтобы выслушать оратора до конца. Но его можно было и не защищать. Он сам справился с аудиторией. Он повернулся к ней и полуженским голоском объяснил, что кричат здесь только задубевшие в вульгарном материализме товарищи, что он устал от материи уже до чертиков, что самое прекрасное в Гоголе веселость первых его сочинений, веселость стихийная, которой Гоголь спасался от припадков болезненной тоски, которой развлекал сам себя, вовсе не заботясь, зачем это, для чего и кому от этого выйдет какая польза. И если у выступавшего здесь товарища еще можно что-нибудь читать в его компилятивных книгах, то это анекдоты, а от его подпольной фанатической проповеди искусства как примирения с жизнью мухи дохнут.

Дальше пошла массовая перепалка, в жаре которой быстро расплавился я. Обо мне просто забыли. Не задали даже вопроса о творческих планах. Такой вопрос принято считать образцом читательской серости и скудости читательского воображения. Но оказалось, что отсутствие такого вопроса саднит писательскую душу отсутствием в читателях интереса к тому, чем ты собираешься осчастливить человечество. Таким образом, умная аудитория, которая сознает банальность вопроса о творческих планах и не задает его, есть аудитория жестокая.

И когда я увидел Желтинского в фойе, то обрадовался ему не меньше, чем в ленинградском аэропорту.

– Мне приказано свозить тебя в Новосибирск в Бюро пропаганды художественной литературы, – сказал Ящик, уводя меня с Голгофы. – Получишь там деньги за выступление и отметишь командировочное.

У него был усталый вид. Он приехал за мной прямо с похорон. Мой вид, вероятно, был не лучше. Мне казалось, что я тоже побывал на похоронах, но только на своих собственных. Тяжелый хлеб – публичные выступления. После них полезно бывает вспомнить какие-нибудь шедевры из сочинений графоманов типа: "Стада овцеводов спускались с гор…" Но именно тут-то такие шедевры и не приходят тебе на ум.

– Ну, нашел что-нибудь из того, что искал? – спросил Ящик, выводя темно-малиновую новую "Волгу" на крахмальную скатерть укатанного зимнего шоссе.

– Ничего я не ищу здесь.

– Ищешь. И найдешь. Что ищешь – найдешь. Не истину, а то, что найти готов и найти хочешь.

Вот уж чего мне не хотелось, так это говорить о себе самом.

– Твой самоубийца пил? – спросил я, – Он повесился? Вешаются чаще всего алкаши.

– Нет. Не пил. Здесь это не модно. У нас сто мужчин и все с доступом к спирту. Выпивают сухое винцо двое. Этот вовсе не пил.

– В какое время суток он…

– Утром. Между девятью и десятью.

– Полное нарушение теории самоубийств! Обычно это случается в любое ночное время, в крайнем случае вечером. Но утром…

– Интересно отметить, – начал Ящик тем учено-наставительным голосом, которым он обычно вещал на людях, но уже не употреблял в беседах со мной, – коллега был максималист. При слабом сложении брал в туристический поход рюкзак в шестьдесят килограммов. Самодеятельный йог. Стоял на голове в легком тренировочном костюме при открытом окне в сильный мороз. Болел ангинами. Затем стоматит. Затем бессонница. Душа с некоторым утончением, то есть с тягой к общим вопросам и искусству. Тебе это особенно интересно должно быть. Так. Подзатянул с диссертацией. Так. Квартиру получил неожиданно быстрым путем. Сразу после женитьбы помер тесть и освободил жилплощадь. Интересно отметить, что трудности с квартирой так же необходимы для современного ученого, с точки зрения естественного отбора, как поиски свободной пещеры дикарем в условиях каннибализма на заре человечества. В квартирных трудностях мужает и крепнет дух ученого… Так. Вопрос жены. Нелады были с женой. Ну, это у всех. По науке. "Нобелевская" тяга существовала. Опять максимализм. Американцы поставили опыт, наблюдали новое явление, объяснили. Коллега нашел лучшее объяснение, предложил более точные формулы. Американцы поскрипели и согласились. Эффектная довольно победа. Удача. Он ее развивал. По ходу дела потребовалось повторить сам опыт. И он повторил. И оказалось, что американцы чуть напутали в своем. Полетело к чертям собачьим новое и точное объяснение коллеги. Он, оказывается, объяснил несуществующее. Он красиво и эффектно подвел базу, фундамент теории под тухлое яйцо.

– Но он же сам создал свежее яйцо! Разве уточнение, которое он внес в опыт американцев, не научная заслуга?

– Интересно отметить, что да. И большая заслуга.

Но обнаружение чужой ошибки оказалось отрицательным результатом в его теории, а отрицательный результат не укладывается в диссертации по нашим сегодняшним установкам. Предстояло делать сотни монотонных экспериментов по развитию и определению новых результатов. Годы мути. Не для него.

– И это основная причина самоубийства?

– Нет, – сказал Ящик, отпустил руль и обеими руками обстоятельно поправил очки.

Хотя шоссе было пустынно, но мы ехали без руля и ветрил достаточно долго, чтобы я вспомнил, что Ящик попал в науку с флота. Я хочу этим сказать, что штурман подводной лодки капитан-лейтенант запаса Желтинский Сохранил в себе некоторую уверенную лихость в обращении с быстродвигающимися механизмами.

– Возьми руль, дубина! – сказал я. Он взял руль и тяжело вздохнул:

– Знаешь, Сосуд, я чувствую себя виноватым в этой истории. Ноет совесть. Парень был одинок – вот причина. Понимаешь, он раздражал: плохо умел выражать сложные мысли. Не мог объяснить кое-что из своих идей даже мне, руководителю. Пришлось прочитать курс по его узкой теме студентам, самому пришлось разбираться в каждой детали, чтобы понять, о чем он лепечет… Ладно. Как выступление? Как тебе наш народ?

– Один паренек писклявым голосом предложил мне заканчивать счеты с жизнью.

– Что еще ты услышал?

– Что наука – раковая опухоль на мозгу человечества. Она ведет в тупик материальной конечности.

– А надо в бесконечность человеческой души?

– Приблизительно так.

– Молодой высказывался?

– Да.

– С бородой?

– Да. Ты его знаешь?

– Нет, идеализмом занимаются более менее откровенно только молодые бородатые.

– Ты их не любишь?

– Я им завидую. Что еще слышал?

– Такую фразу: "Я здесь четыре года и уже ненавижу Академгородок всеми фибрами".

– Кто говорил – физик, химик, биолог, историк?

– Математик из вашего вычислительного центра.

– Еще?

– Что вы – люди без родины. Вам один черт -Сибирь или Луна, только бы давали деньги на эксперименты.

– Так. А еще?

– Что пора развенчать Эйнштейна, что существует культ его личности, хотя Лоренц и Пуанкаре стоят не меньше.

– Во как! – с удовольствием высказался Ящик. – А про мусор?

– Что "мусор"?

– Про домашний, кухонный мусор не слышал? Что его ученым девать некуда?

– Нет.

– Еще услышишь!

В бюро пропаганды художественной литературы при новосибирской писательской организации бухгалтерша высчитала разницу за одиночный номер в гостинице, который мне, оказывается, не был положен; затем удержала за броню; затем вручила билет до Москвы, а не через Москву до Ленинграда, что обошлось мне еще рублей в двадцать; затем попросила оформить в Ленинграде липовую командировку, заверить ленинградскими печатями и выслать обратно заказным письмом вместе с использованным билетом.

Я поблагодарил бухгалтершу за все это и вывалился на мороз, урча от раздражения.

Ящик сидел в машине и слушал радио на французском языке.

Пейзаж вокруг был пустынный. Бюро находится возле рынка, а рынок не работал по причине воскресенья.

– Поехали, – сказал я. – И, если можно, побыстрее, а то с меня еще что-нибудь высчитают.

– Нельзя, Сосуд. Здесь платная стоянка. Надо рассчитаться. Видишь талон на стекле?

Платная стоянка в Новосибирске в разгар зимы среди арктической пустынности предрыночной площади!

– Такое ощущение, что я попал в Париж в час пик, – сказал я.

– Чтобы его укрепить, я и слушаю иностранщину, – сказал Ящик и посигналил, ибо сборщика подати не было видно. – Между прочим, французики говорят занятные штуки. На Западе уже возникла проблема создания атомной бомбы бандитами в тайне от государства. Вообще-то любой ученый среднего класса может построить сегодня бомбочку, если имеет деньги и обогащенный плутоний. Такой плутоний применяется в атомных электростанциях. Его можно украсть или перекупить на рынке радиоактивных материалов…

Подошел сильно веселый неученый бандит – сборщик подати – и в тайне от государства забрал у Ящика целковый, не дав сдачи.

– Что хочешь здесь посмотреть? – спросил Ящик. – У меня еще час свободен. А на всю ночь я сажусь на эксперимент.

1 ... 53 54 55 56 57 58 59 60 61 ... 82
Перейти на страницу:
На этой странице вы можете бесплатно скачать Начало конца комедии (повести и рассказы) - Виктор Конецкий торрент бесплатно.
Комментарии
Открыть боковую панель