Невеста на один день - Лорен Лэндиш

– Еще какая. И я бы не хотел, чтобы было иначе.

Я улыбаюсь в ответ, подтверждая все, чем он поделился, и давая разрешение на звонок.

– По громкой связи, пожалуйста.

ХП кивает в знак понимания, достает телефон и набирает номер. Отвечает женщина на испанском языке, которая уже тараторит быстро и яростно. Я улавливаю достаточно, чтобы понять, что у ХП неприятности из-за пропуска ужина и еще большие неприятности, когда он говорит жене, что ему снова придется работать ночью.

Она перестает его ругать, но я слышу напряжение в голосе. Как и ее сын, она не в курсе всего, что делает муж, но знает достаточно. Она понимает, что задавать вопросы не стоит.

Я даю им столько личного пространства, сколько могу, прохожу на кухню к Поппи и собакам, но при этом продолжаю следить за разговором.

Мне нужна Поппи. Пока я стою над ней, она не сводит с меня обеспокоенных глаз. Нижняя губа красная и пухлая от того, что Поппи ее кусала; волосы больше не уложены в тугой пучок, а растрепаны.

– Все наладится?

Она хочет, чтобы я сказал «да». Ей это нужно. Но правда в том, что я понятия не имею. И я уже столько всего наврал, а она еще столько не знает. Я не хочу добавлять лжи к этой куче дерьма.

Я тянусь вниз, беру Поппи за руку и поднимаю на ноги. Она мгновенно падает в мои объятия, прижимается щекой к груди и обхватывает руками талию. Я обнимаю ее в ответ, крепко прижимая к себе, запоминая все, что с ней связано: запах шампуня, прикосновение груди, звук дыхания и даже то, как она заставляет меня себя чувствовать. Как будто я стал полноценным.

– Я сделаю так, что все будет хорошо, – клянусь я. – Просто дай мне время, и я все сделаю. Обещаю.

– Я тебе верю.

Эти слова много значат после всей этой лжи.

– Я тоже всегда буду верить в тебя, – шепчет Поппи.

Еще одно чувство, но не менее важное. Это так много значит. Я как будто возвращаюсь к чему-то приближенному к нормальной жизни.

Поппи пытается поработать, но она слишком возбуждена и в итоге рассказывает ХП о своей книге. Он даже читает часть черновика, делая замечания.

– Из тебя получился бы хороший сценарист телесериала. Это комплимент.

– Спасибо, – любезно отвечает Поппи.

Через несколько часов я все еще пытаюсь решить, что делать, когда раздается стук в дверь. Я собираюсь ответить, но Поппи дико машет рукой, отгоняя меня.

– Моя дверь – я открою. Что, если это Картер? – шепчет она не совсем тихо. – Нельзя, чтобы он вас здесь увидел. – Она показывает на меня и ХП.

Поппи права, но мне не нравится, что она открывает дверь одна. Кто, черт подери, может прийти в такое время?

– Возьми Гэри.

Она подмигивает. Наверняка Поппи думает о том, что я наконец-то понял, насколько это гениально – иметь под рукой клюшку. Хотя я сам не любитель оружия, я бы хотел, чтобы Гэри был «глоком».

Поппи поднимает Гэри с порога и небрежно перекидывает через плечо. Я стою за дверью на всякий случай. Поппи слегка приоткрывает дверь, и я слышу знакомый голос:

– Собираешься еще раз замахнуться, тигрица?

– Возможно, – поддразнивает Поппи, когда я чувствую облегчение. – Зависит от того, сохранил ли ты жизнь Боссу или нет, Хантер.

Я слышу его хихиканье, и мне хочется броситься к двери, чтобы обнять Поппи и затащить Хантера внутрь. Совершенно ясно, что мне нужно обнять и его тоже… прямо перед тем, как надрать задницу.

– Честно говоря, не знаю, что бы ты предпочла. Чтобы он выжил? Или сдох?

– Впусти его, Поппи, – говорю я, сохраняя спокойствие, насколько это возможно. – Нам нужно кое-что выяснить.

Она открывает дверь в знак приглашения, но делает выпад в сторону Хантера, когда он проходит мимо. Тот не отшатывается, а делает выпад в ее сторону, и они оба замирают, прежде чем я успеваю броситься между ними. Они улыбаются, словно обменялись тайным рукопожатием, и я чувствую, как мое сердце замирает в груди.

– Вы двое… – Поппи ухмыляется. – Ну, присаживайтесь, мальчики. Я уверена, что у меня где-то припрятана бутылка вина. Думаю, пора осушить несколько бокалов. О, и пицца. Я лучше всех умею заказывать пиццу.

Когда она снова уходит на кухню, Хантер смотрит на меня и тихо говорит:

– Я понял, чувак. Я поддержу твою игру, раз так нужно.

Глава 26

Следующее утро слишком светлое и раннее, особенно когда мой живот недоволен количеством пиццы, вина и стресса, которому я подвергла его прошлой ночью. Но когда Коннор будит меня поцелуем и говорит, что пора идти, я медленно поднимаюсь на ноги. Настроение пока что не очень хорошее.

Зайдя в гостиную, я вижу, что все трое мужчин встали и готовы идти, очевидно, уже угостившись кофе.

– Куда мы собираемся? В бега? Нужно забрать семью ХП, прежде чем мы покинем страну. О, подождите… Надо найти паспорт. И попросить Бекку присмотреть за собаками, раз нельзя их взять с собой. Зато когда мы вернемся, снимем очаровательное видео о воссоединении.

Хантер вздыхает с дивана, потирая заросшую щетиной щеку.

– Она серьезно?

Коннор посмеивается, и этот удивительный звук притягивает меня к себе, чтобы я могла почувствовать его вибрацию на своей коже. Он обхватывает меня рукой и кивает, прежде чем поцеловать в макушку.

– Да, она такая. Если тебе не известно, сумасшествие – это просто камуфляж для весьма сообразительной головы.

– О, спасибо, детка, – поддразниваю я, пропуская кофе и переходя сразу к серьезным напиткам. Мне и раньше приходилось заниматься «самолечением», чтобы проснуться после поздней рабочей ночи, поэтому я точно знаю, что мне нужно. Взяв из холодильника Red Bull без сахара, я проделываю штопором дырку в банке и выпиваю содержимое за один длинный глоток.

– Зажигание через три, два, один… – бурчу я. – Старт. – Я трясусь всем телом, посылая кофеин в кровь. Глаза ясны, я смотрю на Коннора. – Давай сделаем это!

Глаза его расширяются, и тогда я, ухмыляясь, игриво и непристойно облизываю губы. Он рычит, забирая у меня банку, чтобы выбросить в мусорное ведро.

– Иди одевайся.

– Ты такой сексуальный, когда ворчишь, – говорю я ему, возвращаясь в прихожую, чтобы натянуть джинсы и футболку. Из обуви я выбираю кеды, на тот случай, если придется бежать. Теперь я планирую все и вся.

Как только Коннор заверяет, что паспорт мне не понадобится, мы загружаемся в его пикап. На этот раз мы с ХП пересаживаемся на заднее сиденье, а Хантер и Коннор садятся спереди. Когда мы отъезжаем, я вижу женщин из клуба, совершающих обход. Они останавливаются, широко раскрыв глаза, и смотрят на нас. Я машу им рукой, опуская окно.

– Привет, дамы! Прекрасное утро, не правда ли?

Джейн, которая однажды тайком попросила меня подписать для нее экземпляр книги, видит трех красивых мужчин.

– Эм, привет, Поппи. Ты не собираешься познакомить нас со своими друзьями?

Она указывает на ХП и Хантера, принимая кокетливую позу, положив одну руку на бедро, а другую убрав за ухо. Но прежде чем я успеваю что-то сказать, Коннор поднимает окно и уезжает прочь.

– Как грубо, – комментирую я. – Я как раз хотела сказать им, что изучаю историю гарема, получая реальный опыт из первых рук!

Коннор не смеется, но его губы подрагивают. Как будто мне может понадобиться другой мужчина после него?

– ХП женат, а Хантер еще больший засранец, чем я.

Я наклоняюсь вперед и смотрю на Хантера, который просто пожимает плечами.

– Прошу прощения за Коннора, – говорю я крайне серьезно. – Я знакома с его семьей, и манеры – не их сильная сторона. Слова как оружие – это больше в их стиле.

Хантер ухмыляется, и я думаю, что он и хотел бы посмеяться над моим юмором, но ему, как и Коннору до моего появления, смех незнаком.

– Может, и так, но Коннор не ошибается. Я определенно засранец.

Мы едем в тишине несколько минут, пока я не понимаю, куда мы направляемся.

– В полицейский участок? Кажется, это плохая идея, ребята. Очень плохая.

Коннор с самоуверенным видом включает поворотник на красном сигнале светофора.

– Поверь мне. Мы вчера все обсудили, после того как ты свалилась.

Я смотрю на ХП, потому что он, похоже, единственный, кто ненавидит детектива Картера так же сильно, как и я, но тот ободряюще улыбается. Я скрещиваю руки на груди, дуясь.

– Ладно, не хочу сниматься в следующем эпизоде «Оранжевый – хит сезона».

Когда мы подъезжаем к участку, Коннор паркуется, но оставляет машину заведенной. Он поворачивается и смотрит на меня серьезным взглядом:

– Я иду с Хантером. Вы двое ждете здесь.

– О, это машина для побега? Тогда я пересяду на переднее сиденье.

Слава богу Коннор понимает, что, по крайней мере, половина моих глупостей – это