У-Цзин: Семь военных канонов Древнего Китая - Ральф Сойер

Действующая армия, по концепции Вэй Ляо, должна обладать идеальной дисциплиной и абсолютным единством, чтобы быть гибкой, комплексной и эффективной. Тактика основывается на избранных принципах, выдвинутых и в других военных трактатах, и предполагает: скорость, хитрость, концентрацию сил, нападение на слабые места и избежание сильных мест противника, действия на основе разведывательных сведений, захват и удержание инициативы, а также активное, а не пассивное поведение. Взгляды Сунь-цзы на правильные и необычные силы, предполагающие, что правильные силы начинают прямую атаку, а необычные проводят фланговую атаку или совершают обходный маневр, эволюционировали в концепцию их взаимопроникновения, когда одно переходит в другое. Если дисциплина, скорость, командный опыт, а также правильные и необычные войска сливаются воедино, с небольшими силами можно достичь великих побед.

Вей Ляо и история текста

Трактат «Вэй Ляо-цзы» был, несомненно, составлен между концом IV и концом III вв. до н. э., или в середине— конце периода «Борющихся Царств». Однако современные ученые по-прежнему спорят о том, связаны ли ранние тексты с каким-либо из исторических Вэй Ляо, когда они обрели окончательную форму, и достаточно ли точно нынешний текст передает содержание оригинала. Так как предположения, основывающиеся на разных письменных источниках, приводят к диаметрально противоположным выводам, они заслуживают краткого упоминания.

Китайские ученые классической традиции отмечают, что в «Хань шу» в разделе «разных» сочинений содержится трактат «Вэй Ляо-цзы», состоящий из 29 глав, с аннотацией Бань Гу, сообщающей, что автором является Вэй Ляо, живший в период «Шести Царств» («Борющихся Царств»), а другая, аналогичная по названию книга из 31 главы, находится в «военном» разделе «Бин син-ши». До находки в 1972 году в Линьи бамбуковых табличек практически все сочинения, начиная с династии Сун, либо утверждали, что входящий в «Семь военных канонов» текст является подделкой, либо оплакивали утрату значительной части материала, что привело к сокращению оригинала до 24 частей. Текритики, кто считал «Шесть секретных учений» очевидной подделкой из-за развития в сочинении доктрин, несовместимых с путем истинно совершенномудрых, то же самое ставили в вину и «Вэй Ляо-цзы»; особенно возражали они против пассажа, в котором сказано, что настоящий командующий может «убить» половину своих людей. Один из более поздних критиков, Яо Цзи-хэн, нашел в «Вэй Ляо-цзы» неточную цитату из Мэн-цзы — «сезоны Неба не столь хороши, как преимущества Земли» — и счел это доказательством того, что автор много заимствовал из канонических сочинений, чтобы подделать книгу, входящую в раздел «разных сочинений» «Хань шу». Традиционалисты также признавали существование двух различных текстов и спорили о том, какой же стал основой для ныне существующего трактата. Комментируя включение текста в раздел «разных сочинений», Янь Ши-гу называет Вэй Ляо учеником Шан Яна. В итоге ряд исследователей стали уделять исключительное внимание именно легистской составляющей содержания текста и напрочь забыли о даосском и конфуцианском влиянии.

Другие были убеждены, что большая часть текста из раздела «военных сочинений» была сохранена и корректно передана, а текст из «разных сочинений» полагали утраченным. Третьи считали, что существовала лишь одна книга, но в разных вариантах. Последнюю точку зрения мы рассмотрим ниже.

Запутанный вопрос о возможной связи «Вэй Ляо-цзы» с известными историческими персонажами неотделим от проблемы передачи текста. По одной версии, ввиду отсутствия убедительных доказательств обратного, особенно после находки бамбуковых дощечек, сочинение следует приписать странствующему советнику Вэй Ляо, ибо существуют записи о его беседах с Хуэй-ваном. (В таком случае легко объясняется возможность позднейших добавлений, ревизий и дополнений.) В пользу ее приводят следующие доводы: упоминание Вэй Ляо в начале сочинения; подобострастный стиль, характерный для бесед правителя и подданного; слабость и невежество владыки и явно незавидное положение государства, а также характер исторических ссылок.

Другие ученые полагают, что концепции «Вэй Ляо-цзы», вкупе с характером и масштабом описанных в тексте военных действий, позволяют датировать его концом периода «Борющихся Царств», и автором его является тот самый Вэй Ляо, который осмелился давать советы правителю Цинь. Возможно, фамилия этого Вэй Ляо на самом деле была Ляо, и он занимал почетную должность «вэй», что значит «комендант». Эго объясняло бы демонстрируемое во II части прекрасное знание военной машины Цинь, но, к сожалению, не факт службы советником у Хуэй-вана, ибо политические реалии двух государств были слишком различны.

Чжан Ле, написавший несколько статей о времени создания и истории военных трактатов, считает, что текст создан в конце периода «Борющихся Царств» и объясняет это несколькими интересными причинами. Во-первых, так как Хуэй-ван и Шан Ян были известными историческими фигурами, если бы Вэй Ляо был как-то связан с последним и поддерживал его, едва ли бы он осмелился искать аудиенции у Хуэй-вана. Во-вторых, конфуцианские понятия справедливости и гуманности и государственная политика, санкционирующая агрессивную войну (под предлогом покорения зла) соединились лишь в конце периода «Борющихся Царств» у Сюнь-цзы[76]. Ранее же, в период правления Хуэй-вана, Шан Ян, в отличие от конфуцианцев, таких, как Мэн-цзы, выступал за полное устранение добродетели и связанных с ней понятий из общественной и политической жизни и за опору на силу, награды и наказания. В «Вэй Ляо-цзы», напротив, соединяются добродетель и сила, и говорится о суровости наказания и щедрости наград— последнее прямо противоречит Шан Яну. Поэтому исторический автор мог жить только после Шан Яна и Сюнь-цзы. В-третьих, автор принимает и развивает другие идеи Сюнь-цзы, например, об опоре на людей, а не на Небо, и об обогащении народа. Наконец, отмечая беспокойство самого Вэй Ляо, зафиксированное в «Ши цзи», Чжан полагает, что причиной его является страх, который тот испытывал, взывая к добродетели и справедливости в эпоху чрезвычайной воинственности и жестокости. Поэтому Чжан приходит к выводу, что текст был создан в конце периода «Борющихся Царств» и что его следует приписать более позднему историческому лицу — советнику молодого правителя.

В одной из первых статей о бамбуковых дощечках и современном тексте «Вэй Ляо-цзы» Хэ Фа-чжоу делает некоторые общие выводы. Во-первых, он полагает, что текст на дощечках, четыре главы в «Цюнь шу цзи яо»[77] и текст в разделе «разных сочинений» изначально были идентичны. Однако вариант текста, входящий в «Семь военных канонов», исходит из включенного в категорию «военных произведений». Далее, анализ сохранившихся текстов приводит его к выводу, что оба сочинения, включенные в «Хань шу», были вариациями одной и той же книги, разве что находящееся в разделе «разных сочинений» отмечено более глубоким конфуцианским и даосским влиянием. Соответственно, военная тематика в тексте, находящемся среди военных трактатов, получила большее развитие, язык был упрощен, но рассматриваемые вопросы и выводы в целом совпадают.

Он также задает весьма интересный вопрос: если книга является подделкой, почему она приписана неизвестному софисту, проводящему непонятные беседы с правителем, известным большей частью своими ошибками и просчетами?

Так как в «Вэй Ляо-цзы» содержатся различные советы и рекомендации, которые могли быть адресованы только слабому правителю — а не деспоту такого сильного государства, как Цинь — Хэ заключает, что текст скорее всего представляет собой запись действительно имевшей место аудиенции, а не вымысел. Подтверждение этому он находит также в исторических событиях и личностях, о которых говорит Вэй Ляо — тот, в частности, приводит в пример У Ци. Хэ полагает, что Вэй Ляо всего лишь развивал идеи и практики, уже использовавшиеся традицией управления в Вэй и первыми легистами. Далее, ослабление Вэй заставило Хуэй-вана прибегать к советчикам извне, не обращая внимания на их интеллектуальную ориентацию, тем самым стимулировался обмен идеями и концепциями между конфуцианцами, даосами, легистами и другими — такими, как Вэй Ляо.

Р. Уэйте в своей содержательной статье суммирует многие из рассматривавшихся выше толкований и дает свою собственную интерпретацию. Он находит свидетельства помещения текста «Вэй Ляо-цзы» в раздел военных сочинений под категорией «преимущества формы и положения» (син-ши) недостаточными и спрашивает, действительно ли тексты, сохранившиеся до наших дней, те самые, которые видели создатели «Хань шу». Далее, он полагает, что текст был приписан Вэй Ляо лишь из соображений повышения авторитетности и что на самом деле для этого нет никаких оснований. На основе конфуцианских и даосских материалов и сохранившихся диатриб против гадания Уэйте предполагает, что текст появился чуть позднее Мэн-цзы.