Mания - Эмма Джеральд

— Я никого не защищаю. Просто хочу справедливости. Он болен, и по этой причине находится в клинике.

— Я тоже хочу справедливости. Именно поэтому я намерен продлить его «отдых» как можно дольше. — он вальяжно расположился в кресле, и закинул руки за голову.

— Ты это специально подстроил. — наконец догадалась Леона и встала с места. — Как же я… Джим же говорил, что тебе нельзя верить.

Алекс развел руки в стороны.

— А ты мне помогла избавиться от него. Так что ты тоже виновата. — она ошеломленно открыла рот. — Он никогда не воспринимал меня всерьез. Думал я не способен на большее. И что теперь? Где он, а где я?

Леона мотала головой из стороны в сторону, не веря своим ушам.

— Я добьюсь, чтобы он никогда не вернулся к прежней жизни. Стану президентом компании. Всем воздастся по заслугам.

Он говорил это с такой легкостью, очевидно этот план давно созрел в его мозгу.

— А вы чем-то похожи. Ты подлый мерзавец, который только и может, что хитростью добиваться своей цели.

Развернувшись, она направилась к выходу под торжествующий гогот Алекса. С самого начала он казался ей двуличным. И теперь он открыл свое истинное лицо, скрывающееся под маской добродетели.

***

Ей не сразу удалось отыскать ту клинику. Алекс постарался запрятать Джима подальше, в лечебницу на окраине города. Пару раз свернув не туда, Леона наконец нашла это злачное место, которое снаружи выглядело вполне роскошно. Вероятно, зажиточные «спонсоры» платили неплохие деньги, чтобы поместить сюда ненужного человека. Иначе, как объяснишь отделку здания из мрамора и сверкающие белоснежные стены. Подойдя ближе, она не решительно поставила ногу на ступень, и сделав глубокий вдох, вошла внутрь. За стойкой ресепшена стояла приятная молодая девушка со светлыми волосами и голубыми глазами. Кожа ее была бледной, и вместе с белым халатом она напоминала альбиноса.

— Добрый день! Я бы хотела узнать о состоянии одного вашего пациента.

— Добрый день! О ком именно идет речь?

— Джим Белленз. — девушка оторвала голову от компьютера и настороженно посмотрела на Леону.

— Простите, а кем вы ему приходитесь? — в слегка грубой форме спросила Эшли. Так было написано на ее бейдже.

Леона сама не знала кем она была для Джима. Девушка? Подруга юности? Объект изучения?

— Я… Я друг. Мы… учились вместе. — неуверенно произнесла Леона.

Эшли немного помолчала, оглядывая Леону с головы до ног, а потом, будто что-то вспомнив, встрепенулась.

— Я рада, что вы пришли. Сейчас он спит. Когда его доставили к нам, он вел себя очень агрессивно, все время звал какую-то Лею, наверно пересмотрел «Звездных войн». — она усмехнулась. — И тогда пришлось вколоть ему большую дозу снотворного.

На последнем слове она замялась, как будто хотела сказать другое.

— Он не сумасшедший. И Лея — это не его выдумки. Это мое имя.

— Да? — Эшли оглянулась по сторонам, и наклонилась к Леоне. — Знаете, мне кажется, ему колют не снотворное, а какое-то лекарство, разрушающее его сознание.

— Но зачем специально обкалывать его? Кому это нужно? — девушка пожала плечами.

— Однажды я подглядела результаты его тестов, которые проводят здесь с каждым новым пациентом. Потому что тогда симпатизировала ему. — она слегка покраснела. — И обнаружила, что у него нет ни каких отклонений. Да, у него есть небольшие проблемы с психикой, но в целом он совершенно здоров. Ему не обязательно находиться здесь. — воскликнула Эшли слишком громко, она подняла голову, но кроме них в холле никого не было.

— А за день до этого к доктору, который курирует мистера Белленза приходил какой-то мужчина. Темноволосый, со смазливым лицом и очень самоуверенный. Он сразу вызвал у меня отвращение. Не знаю, что они обсуждали, только после его ухода, доктор Форегас просто сиял от радости. А потом сюда доставили Джима, и сейчас чем-то накачивают. Сдается мне неспроста тот мужчина появлялся здесь.

Эшли говорила быстро и тихо, Леона только успевала закидывать полученную информацию в мозг, а когда та закончила, то с облегчением выдохнула. Да, с такими знаниями она настоящий кладезь для журналиста.

— Кажется, я знаю кто этот тайный посетитель. — сказала Леона.

— Но я все-равно не могу пропустить вас. Нужно личное разрешение врача, а его сейчас нет. — Эшли с сочувствием посмотрела на нее.

— Но мне очень нужно.

— Ладно, есть у меня одна идея. У нас недавно была открыта вакансия на это место, мою сменщицу. — она резко замолкла, и опустила взгляд в компьютер, когда мимо прошли какие-то люди. — Одевай халат. А если спросят, скажешь, что ищешь администрацию.

— Спасибо, Эшли. Ты очень меня выручила.

— Удачи!

***

Не вызвав ни у кого подозрений, Леона с успехом добралась до палаты Джима, и вошла внутрь, не представляя какая картина может ее ожидать. Эшли сказала, что он спит, но Джим уже проснулся. Леона замерла на пороге, уставившись на человека, нет, на существо похожее на человека, и тихонько всхлипнула.

Джим полулежал на кровати, его ослабленные руки были вытянуты вдоль туловища, а стеклянный взгляд, казалось, был устремлен на нее, но, когда Леона отошла в сторону, он продолжил смотреть на дверь. Он был в какой-то майке, оголяющей плечи, где следы от уколов и синяки превратились в крупные темные пятна. Она приложила руку ко рту, и слеза за слезой стали градом скатываться по ее щекам. Под его глазами пролегли жуткие тени, показывая его болезненный вид.

— Джим. — тихо позвала его Леона.

Она присела на кровать, и взяла его руку.

— Джим, это я, Лея.

— Нет, принцессы не ходят по больницам. Они сидят в своих замках. — его отрешенный взгляд обезоруживал ее сердце.

— Что? О чем ты? — она судорожно вздохнула.

— Ну ты же принцесса? — он блаженно улыбнулся. — Принцесса Лея.

— Джим, посмотри на меня. — она дотронулась пальцами до его колючего подбородка, и он нехотя повернул голову, продолжая смотреть сквозь нее. — Это я, помнишь? Ты называл меня принцессой. Вспомни меня, пожалуйста. Что с тобой сделали?

— Ты одна из них? Их было много. Нет, мне нужна не ты. Уходи. — его голос, словно эхом прошелся по всему ее телу.

На мгновение ей показалось, что он сфокусировал свой взгляд на ней, но это было лишь секундное помутнение.

— Джим — это я, Леона! Та самая, из-за которой тебя дразнили в школе! Я! Что с тобой? — она встряхнула его, но он лишь слегка поморщился.

— Ты похожа на нее. Такие же блестящие волосы, только в школе у нее были большие локоны.

— Да. Потому, что это я. Джим, прости меня, прости. — Леона обняла