Подлинное искупление (ЛП) - Коул Тилли

— За последние дни охранники не причинили особого вреда твоему лицу, поэтому все в порядке.

Она помолчала, а затем произнесла:

— Вы двое похожи, как две капли воды… это… это невероятно.

Я облегченно вздохнул, но внезапная печаль сестры Руфи что-то задела у меня внутри. Ей не место в этом кошмаре. У нее слишком добрая, слишком нежная душа. На вид ей всего лет тридцать с небольшим. Если б только мне удалось всё это провернуть, у нее была бы новая жизнь во внешнем мире. Хорошая, счастливая жизнь.

Еще одна причина, по которой мне нельзя было это провалить.

— Когда я заходил за Пророком, в его покоях находились братья Лука, Михаил и Якоб, — проговорил Соломон. — Они уже собрали народ для церемонии. Иуда сказал братьям, что, когда он вернется, они пойдут прямо к алтарю.

Я бросил взгляд на лежащего без сознания брата.

— Мы справимся, — произнёс брат Стефан.

Я глубоко вдохнул. Когда я уже собирался уходить, он сказал:

— Защити ее, Каин. Верни сестрам… Просто помоги ей обрести нормальную жизнь.

— Я за вами вернусь, — пообещал я.

Брат Стефан кивнул.

— Уверен, что ты сможешь это сделать.

Я в последний раз взглянул на своего распластанного на полу брата-близнеца. У меня внутри всё сжалось… и я понял, что когда сюда придут Палачи, Иуда за всё заплатит. Иначе нельзя, но… я никак не мог свыкнуться с мыслью, что останусь без него. Он ведь мой брат.

Я покинул камеру и вышел на свежий воздух. Оказавшись в особняке, я, как и говорил мне ранее Соломон, обнаружил там братьев Луку, Михаила и Якоба.

Когда я вошел, брат Лука внимательно на меня посмотрел.

— Он раскаялся?

Я кивнул и улыбнулся, так как это сделал бы Иуда. Надменной ухмылкой.

— Естественно. Не вечно же ему там сидеть. Он поклялся мне в верности. И сказал, что принимает меня, как своего господина и Пророка.

Брат Якоб взглянул куда-то позади меня.

— Где он?

Я взмахнул рукой.

— Он грязный и сейчас в таком виде, что не может показаться на людях. Я выпущу его, когда истекут четыре дня, — я изобразил на лице похабную улыбку. — Тогда, на послесвадебном обряде Дани Господней, я верну его в наши ряды.

— Он будет в нем участвовать? — настороженно спросил брат Лука.

Я улыбнулся еще шире.

— Не только будет участвовать, но и пробудит ребенка.

Брат Лука потянулся к моей руке и с благоговением поцеловал тыльную сторону ладони.

— Ты воистину Пророк, мой господин. Бог тебя благословил. Он всех нас благословил твоей силой.

Я положил руку на его склоненную голову.

— Пойдем, — сказал я. — Нам нужно спасать души.

Затем повернулся к дневному свету и вышел из особняка, молясь лишь о том, что достаточно убедительно сыграл свою роль. Я все ждал от идущих за мной мужчин какого-нибудь удара или нападения…

Но ничего такого не произошло.

Когда мы приблизились к алтарю, я вздохнул с облегчением. Затем взглянул на кровать, стоящую в центре на возвышении. По венам вновь хлынула нервозность, когда я подумал о том, что должен сделать…что придётся сделать Хармони, чтобы мы могли стать свободными.

Я ждал у алтаря, ждал свою невесту… все время молясь, чтобы Иуда не очнулся и не сорвал весь наш план.

Затем в конце прохода появилась Хармони, и все мои мысли об Иуде мгновенно улетучились… Теперь всё мое внимание сосредоточилось лишь на одном. На единственной причине жить дальше… и сейчас она шла ко мне, с цветами в волосах, словно ниспосланный с небес ангел.

Просто… восхитительный…

***

Шум мечущихся туда-сюда людей вернул меня к реальности. Я присел на корточки у ближайшего дерева и окинул взглядом общину. Общину, в которой сейчас должна была быть тишь да гладь.

Весь народ находился во всеоружии. Напряжение буквально повисло в воздухе, и все лица казались очень взволнованными. Я понятия не имел, что происходит, но увидев выкрикивающих команды охранников, меня как громом поразило — они готовились к войне.

Я шмыгнул обратно в лес. Пока я нёсся сквозь густую листву к тюремному блоку, мое сердце мчалось наперегонки с ногами. Прошел всего один день. Народ должен праздновать, а не готовиться к нападению.

Я ворвался через входные двери и тут же увидел опрокинутые на пол столы и стулья. Я обшарил каждую камеру — все они были пусты.

У меня душа ушла в пятки.

Здесь никого не было.

Иуда исчез.

Они все исчезли.

Что, черт возьми, здесь могло произойти? Я запустил руки в волосы, пытаясь придумать, что делать дальше. Вдруг из-за тюремного блока послышался какой-то шум. Как можно тише я прокрался вокруг здания, чтобы посмотреть, что там. В стену была встроена небольшая клетка, казалось, она предназначалась для сторожевых собак. Кто-то засовывал туда маленькую девочку. Увидев, что это Фиби, я облегченно вздохнул.

Оглянувшись, я просканировал каждый сантиметр территории — Фиби была одна. Я бесшумно подошел к ней. Заметив меня, Фиби вздрогнула, но я успел зажать ей рот рукой.

— Ш-ш-ш, сестра Фиби. Это я. Каин… настоящий Каин. Я вернулся.

Фиби всем телом напряглась у меня в руках.

— Я сейчас тебя отпущу. Пожалуйста, не кричи. Ладно?

Она кивнула, и я убрал руку от её рта.

Она повернулась ко мне лицом, заслонив собой сидящего в крохотной камере ребенка. Лицо Фиби было бледным, и я заметил, как она похудела. На ее лице, шее и руках по-прежнему виднелись синяки.

— У тебя получилось, — произнесла Фиби, поглядев на мою одежду. У нее заблестели глаза. — Ты отвёз ее к ним… Хармони. Ты вытащил ее отсюда. Она в безопасности?

Я кивнул, и плечи Фиби расслабились.

— Она… она в порядке?

Я понял, что на этот раз она говорит не о Белле.

Лила. Она имела в виду свою сестру.

— Да, — ответил я. — Она в порядке и счастлива. Она замужем.

Я не сказал ей об отстриженных волосах, шраме и операции. Фиби и так уже достаточно настрадалась. Если я разберусь со всем этим дерьмом и проверну это дело, она очень скоро увидится с Лилой.

Фиби смахнула слезы. Я очень сочувствовал ее горю, но мне было необходимо, чтобы она заговорила. Мне необходимо было знать, что произошло.

— Фиби, где все? Где мой брат? Что случилось?

Фиби покачала головой, и выражение ее лица стало опустошенным.

— Он их всех арестовал. Брата Стефана, Руфь, Соломона и Самсона.

Меня охватила паника.

— Как? Что?

— Брат Лука.

Я замер.

— Сегодня на рассвете он вместе с охранниками пришел за тобой, — она прерывисто вздохнула. — Он знал, что ты раскаялся и хотел подготовить тебя к послесвадебному обряду Дани Господней. Хотел отвести тебя в особняк, вымыть и накормить. Хотел, чтобы Пророк вернулся и увидел своего брата, готового встать рядом с ним.

— Нет, — проговорил я, почувствовав, как от лица отхлынула кровь. — Он нашел Иуду?

Фиби кивнула.

— Он был вялым из-за тех лекарств, что давал ему брат Стефан. Но они толи не сработали, толи их действие уже прошло, потому что, когда брат Лука вошел в камеру, Иуде удалось ему объяснить, кто он такой. А потом… потом начался настоящий ад. Вероотступники попытались сразиться с Иудиными охранниками, но их оказалось слишком много; Самсон и Соломон не могли с ними со всеми справиться. Брат Лука забрал отсюда Иуду, и Иуда рассказал ему о том, что произошло, что ты натворил. Охранники обыскали Дом уединения и выяснили, что ты туда даже не заходил… и что ты забрал с собой Хармони.

Я закрыл глаза. У меня голова шла кругом, пока я пытался во всём этом разобраться. Мне на руку легла ее ладонь, и я открыл глаза.

— Ты это видела? — спросил я ее.

Фиби кивнула головой.