На грани победы 2: Возрождение - Грегори Киз

— Передай мне вон то, — он указал рукой на ящик с инструментами.

"Сокол" совершил пять коротких прыжков в гиперпространстве, и, вроде бы, преследования не намечалось. Теперь они направлялись к Мау, но Хан не хотел ждать, пока они туда доберутся, и уж тогда начинать ремонт. С того момента, когда он почувствовал себя в безопасности, он принялся латать свою "крошку".

Лея передала демагнетизатор.

— Не эту, — всплеснул руками Хан. — Ту, — он вновь махнул рукой, указывая на инструменты. — Хреновину.

— Которую хреновину?

— Гидроключ.

Лея протянула требуемый инструмент, закатив глаза.

— Послушай, я не собираюсь стоять здесь и ждать, пока у меня мех вырастет, — сказала она. — По крайней мере, настолько далеко я ещё зайти не готова.

— Ну, не знаю, — с сомнением в голосе ответил супруг. — Я был знаком с одной женщиной, вполне симпатичной. Ей стукнул полтинник, и она отрастила усы.

— Хан! "Сунулок"?

— Спроси своего сына. Он у нас единственный образованный.

Услышав, что обращаются к нему, Джейсен оторвался от ковыряния в энергогенераторе.

— Да, в общем-то, ничего сложного.

Мать уставилась на него.

— Давай, рассказывай.

— Танкер был полон жидкого водорода, так?

— До этого я уже и сама как-то дошла. Дальше?

— Папа облил им «Сунулок», и мы обстреляли его. Этим мы ничего не добились, за исключением того, что заградитель стал создавать гравитационные воронки, чтобы поглощать наши выстрелы. Они стали также поглощать и водород.

— И подавились, что ли?

— Воронка похожа на квантовую чёрную дыру. Если достигнуть её "горизонта событий" — в нашем случае он несколько микроскопичен, — можно обнаружить, что силы гравитации в нём стремятся к бесконечности. Как, собственно, и ускорение. Если, к примеру, попасть в воронку ударной ракетой, взрывчатое вещество в ней начнёт сжиматься до нейтронов и в конечном счёте растворится в сингулярности. Всё, как в чёрной дыре. И, как в чёрной дыре, если воронку перегрузить веществом, оно начнёт выстраиваться в очередь, сжимаясь вне "горизонта событий". На пути в дыру возникнет ядерный синтез.

— И чёрные дыры поглощают большую часть энергии, — проговорила Лея.

— Точно. И свет, который мы видели, — это лишь небольшая частица произведённой энергии, та, что избежала попадания в воронку. Меж тем большая её часть достигла сингулярности. Из опыта мы знаем, что поглощаемая энергия сильно истощает довинов-тягунов, верно? А «Сунулок» в течение нескольких секунд поглотил дюжину термоядерных взрывов. Тягуны просто вырубились.

— Похоже, не всё твоё обучение было пустой тратой времени, — заметил Хан.

— Да уж, — согласилась Лея. — Возможно, мы нашли противоядие гравитационным воронкам.

— Вряд ли, — отверг эту идею Хан. — Задумка сработает, если плотность водорода будет такой же высокой, как в нашем случае. А иначе он просто рассеется по поверхности корабля, и никакого эффекта. А ещё нам повезло, что «Сунулок» не был в движении, а то он просто «увернулся» бы от водородной массы. Нет, у нас были хорошие предпосылки и благоприятная ситуация, раз нам удалось выйти из воды сухими. В другой раз вонги не будут столь наивными и не позволят нам устраивать фейерверки. Тем более что «Сунулок», вероятно, выжил в том адском огне.

Джейсен планировал что-то добавить, когда ослепительная вспышка в Силе швырнула его на пол, утопив в агонии. Он, вероятно, вскрикнул, поскольку оба родителя одновременно обратили на него свои встревоженные взоры.

— Что случилось, Джейсен? — нервно спросила Лея.

— Это тётя Мара, — дрожащим голосом пробормотал он. — С ней происходит что-то ужасное.

Тётя Мара! Джейна почувствовала, как боль и отчаяние ударили по ней, словно молот по наковальне. Она тряхнула головой, пытаясь разобраться, где она вообще находится. Не теряла ли она сознание?

Звёзды кувыркались перед глазами, а астромеханик пронзительно бибикал в ушах, привлекая к себе внимание.

О, точно. Она же летела прямиком навстречу йуужань-вонгскому супермонстру, когда тот взорвался.

Тётя Мара! Вспышка в Силе медленно угасала, но образ Мары, рассыпающейся, словно гниющее филоволокно, по-прежнему не уходил из её сознания.

Не в состоянии что-либо сделать, Джейна лишь сжала кулаки. Мара была в сотнях парсеков отсюда, а здесь был лишь мёртвый истребитель и его до ужаса уставший пилот.

Я не могу помочь ей сейчас, решила Джейна. Для начала стоит хоть чем-нибудь помочь себе.

Работая на пару, девушка и астромеханик сумели остановить вращение, но двигатели по-прежнему молчали. Далеко в стороне Джейна смогла разглядеть мерцание лазерного огня и облако обломков, которое ещё недавно было гигантским кораблём.

Мы сделали это!

Она дрейфовала к солнцу и считала себя в относительной безопасности, так как уже вылезла из пояса астероидов Сернпидаля. По крайней мере, считала так до того момента, как заметила надвигающуюся на неё сердцевидную глыбу из йорик-коралла. Огромную, ситх побери!

Задержав дыхание, Джейна с ужасом в глазах наблюдала за плавающим в космосе уродцем, пока до неё наконец не дошло, что это всего лишь безвредный довин-тягун. Одинокий, не пристроенный ни к одному кораблю. Не причинит ей вреда.

— Как думаешь, это чей-то обломок? — спросила она астродроида.

Последовал уклончивый ответ. Джейна решила, что сейчас слишком занята, чтобы обращать внимание на космический мусор.

И всё же любопытство взяло верх, и она перестроила свои сенсоры, чтобы получить ещё более странные показания. Довин-тягун имел брата-близнеца, который вращался по той же орбите, только в нескольких сотнях миль поодаль. Ближе к звезде обнаружилась ещё одна пара довинов, затем ещё одна и так далее. Довины-тягуны образовывали что-то вроде живого коридора, тянущегося от йуужань-вонгского супероружия к самому сердцу звезды в центре системы Сернпидаль.

— О, нет! — ахнула она. — Нет, Кип, ты не мог… только не ты…

В душе она понимала, что он мог и он сделал. Он втянул её в эту затею, а она привела за собой всю Разбойную эскадрилью.

Джейне хотелось рвать и метать. Если бы не узкий кокпит и желание остаться в живых, она давно бы уже разнесла тут всё в клочья от досады.

Астромеханик проинформировал её, что сумел соорудить новую подпространственную антенну. Джейна открыла канал связи.

— Проныра-Лидер, вы здесь?

Сквозь статические помехи пробился голос Гэвина Дарклайтера:

— Джейна? Джейна, слава провидению, ты жива!

— Так точно, Проныра-Лидер. Пришлёте кого-нибудь подобрать меня?

— Конечно. Мы уже здесь закончили.

— Полковник Дарклайтер, вам стоит явиться самому. Здесь есть такое, на что вам обязательно следует посмотреть.

Глава 43

Люк.

Услышав своё имя, Люк встрепенулся. Оказалось, он спал всё это время, а Мара судорожно сжимала его руку, будто боялась, что это их последнее соприкосновение. Он взглянул на её лицо: глаза были ясны, а губы шевелились, словно пытались что-то сказать.

— Мара, — пробормотал он. — Мара! — У него было ещё полно слов, предназначавшихся жене, но он не смог выдавить из себя ни одного. Я люблю тебя. Не умирай.

Её голова поникла, совсем немного. Сжимая её ладонь, Люк ощущал пульс, сильный, не как в предыдущие дни, но непостоянный.

Сейчас. Мы должны сделать это сейчас.

— Что сделать? Мара, я не понимаю.

Сейчас. Её глаза вновь закрылись, и пульс оборвался.

— Нет! Мара!

Когда Дарт Вейдер неожиданно узнал, что кроме сына у него есть ещё и дочь, и намерился увести её с пути света, Люк ощущал полное отчаяние, но и оно было несравнимо с тем чувством, которое захлестнуло его теперь. Тогда он рванулся навстречу закованной в доспехи фигуре, обрушивая на неё сокрушительные удары, пока наконец не лишил руки человека, который был его отцом. Это был, наверное, первый решительный шаг Люка по направлению к тёмной стороне.

Теперь, несмотря на то, что тело его оставалось недвижимым, он рванулся навстречу болезни Мары, ослеплённый яростью, гневом, отчаянием, готовый сокрушить всех и вся на своём пути, лишь бы расправиться с невидимым врагом. Его собственная боль подстёгивала его в этом стремлении, и тот факт, что он пытался совершить невозможное, не имел для него ровным счётом ни малейшего значения. Атакуя невидимого противника, он сдавил кулаки так, что его собственные вены воззвали к нему острой болью, напоминая о необходимости циркуляции крови.

Нет, Люк, нет. Так нельзя.

Он отшатнулся, дрожа всем телом.

— Как же тогда? — закричал он, может быть, Маре, а, может быть, самой вселенной.

— Люк! — в дверях стояла Силгал. — Я почувствовала…