Иного не желаю. Часть 1 - Виктория Витальевна Лошкарёва

— Я не сидела бы сейчас здесь, если бы дело обстояло так, — процедила я, отворачивая голову. Впрочем, Этьен тут же схватил меня за подбородок.

— Девочка будет и моей дочерью тоже, — пояснил Валуа, пристально глядя мне в глаза. — Она будет моей наследницей и продолжением моего рода.

— Этьен, я это понимаю, но…

— Я признаю, что… гм… поторопился, когда вводил тебя в жизнь нашего сообщества. И пусть ты сейчас не хочешь видеть меня своим мужем, но не отказывай мне быть отцом.

— О чем ты, Этьен? — воскликнула я, мотнув головой. — У меня всего несколько недель беременности. Недель, не месяцев!

— Привыкать надо уже сейчас. — возразил Валуа. Его пальцы будто неосознанно гладили мой подбородок, щеку. — Либо ты принимаешь на себя роль приживалки при моём кузене, либо будешь спокойно пользоваться тем, что тебе принадлежит по праву.

— А почему ты считаешь, что нет иного пути? Я, в конце — концов, взрослая, самостоятельная женщина…

— …которая понятия не имеет ничего о своей расе, — усмехнулся Этьен. — Как ты собираешь воспитывать нашу дочь? Будешь внушать ей, что оборотни — всего лишь средневековые сказки? Что можно жить, как живут обычные люди? А что, если у ребенка будет активная волчица? Как тогда ты собираешься её учить?

Я вспомнила спонтанные перевоплощения Ильи и вздрогнула. А ведь у Илюши тоже где — то есть родители, но живёт — то он почему- то у Альфы.

И впервые я вдруг подумала о том, что Альфа Баев может также легко отобрать моего ребенка. Для её же блага.

— Да, — хмыкнул Этьен, по- своему истолковав мой испуг. — Девочка наверняка родится оборотнем, оттого- то тебе придётся остаться в стае из- за дочери. И тебе, Таис, придется в прямом смысле этого слова бороться за свое существование… или смириться с подачками Бая.

Холодные зеленые глаза Этьена сверкали сейчас как заточенное лезвие смертоносной шпаги. Словно борясь с собой, он несколько минут просто смотрел на меня, а затем, резко наклонившись, коротко поцеловал меня в губы.

— Если бы речь сейчас шла речь только о тебе, — скривился Этьен. — Я бы не имел бы никакого права диктовать свои условия… Но, Таис, я не позволю навязывать нищенское, полуголодное существование нашему ребёнку.

Переведя взгляд на многочисленные деликатесы, поданные на изумительном тонком фарфоре, я с обидой подумала о своих икеевских зелёных тарелочках, и оттого, наверно, не подумав, брякнула:

— Почему не позволишь? Из-за того что в ней будет течь королевская кровь?

— Из-за того, что это моя дочь! — эмоционально рявкнул Этьен, с силой ударив кулаком по близ стоящему комоду. Комод, естественно, тут же рухнул, острыми щепками поранив Этьену руку. Небрежно отряхнув рану от грязи, Валуа прищурился.

— Я не позволю тебе отыгрываться на ней за мои ошибки.

— Неужели ты думаешь, что я стану делать что — нибудь подобное?

Прищурившись, Валуа «напомнил»:

— Ну ты же не хочешь ничего от меня брать… Я доволен тем, что в тебе присутствует гордость, достойная королей, но сейчас ты поступаешь неправильно.

— О чем ты? — тяжело вздохнула я. — Этьен, да, я не хочу иметь с тобой ничего общего, Да, мне неприятно даже касается того, что принадлежит или принадлежало тебе. Но я достаточно образована, чтобы уметь разграничивать личные отношения и чувства к ребенку.

— То есть ты позволишь мне обеспечивать моего ребенка? — на всякий случай уточнил Этьен, сверкнув своим зеленым, пронизывающим взглядом. Я неуверенно кивнула.

Валуа вдруг зло рассмеялся.

— Я, наверное, должен сейчас тебя поблагодарить за предложенную малость, но … ты осознаешь, что это всё — равно не будет нормально работать? Моей наследнице по статусу положено несколько охранников — где они будут обитать, если ты продолжишь играть в независимость? На лестничной клетке? Или здесь, у Баева под носом?

— Но…

— Но даже если мы решим проблему с секьюрити, то всё — равно останется наша дочь, которая будет задавать вопросы.

— Сейчас много детей воспитывается в неполных семьях.

— Я не об этом, — фыркнул Этьен. — Дочь герцога Ангулемского не может одеваться в магазинах для простых людей, не может питаться из супермаркетов… Я просто не позволю тебе опустить девочку на этот уровень.

— Это твоё право как отца, — с трудом, но всё же согласилась я. Проведя рукой по моему лицу (отчего я непроизвольно вздрогнула и тут же отстранилась), он спросил:

— А теперь скажи мне, в каком возрасте наша дочь поймёт, что твои треснувшие кроссовки, которые никак не можешь поменять — всего лишь китайская подделка для нищих. А пальто, уценённое из-за брака, не наденет ни одна уважающая себя аристократка?

— Откуда… — я с ужасом посмотрела на Этьена. — Ты был у меня дома!

— Ты моя жена, — рявкнул Этьен. — И я сейчас борюсь за своё.

Мне стало нехорошо.

Я резко поднялась, но была остановлена железной рукой Этьена.

— Пусти, — тут же запаниковала я.

— Нет, — рыкнул Валуа. — Договорим. Мы должны прояснить, что будем делать после рождения нашей дочери. Ты же понимаешь, что девочка достаточно рано заметит неладное, ведь её независимая, сильная мама не будет похожа на родителей её друзей, а разве что… на одну из служанок. Ты же хороший аналитик, Таис. Скажи, в каком возрасте она начнет тебя стыдиться?

После слов Этьена я как — то сразу обмякла, принимая все его доводы. Я ведь сама росла в несчастливой семье — и потому, отлично понимала, как чутко дети всё чувствуют.

И ведь даже сбежать никуда не получится, с тоской подумала я. — Дочка, скорее всего, родится полноценным оборотнем.

Что же делать?

Тяжело вздохнув, я опустила взгляд в сторону, пытаясь переварить всё, сказанное Этьеном. В чем — то он был прав… по факту, почти во всём.

Нет, я конечно, со своей профессией нигде не пропаду… на кусок хлеба с маслом всегда заработаю. Но до уровня Этьена или Альфы Баева, при всём желании, мне всё — равно не допрыгнуть. Да и кто знает, как к матерям — одиночкам относятся в стае… — может, это у оборотней веский повод для гнобления: мол, психованная мамаша, сбежавшая от папы — Альфы вместе с дочерью. Опять же, статус…

Я поежилась, вспоминая тихие шёпотки за своей спиной — в школе, во дворе… даже на занятиях аэробикой, куда я ходила вместе с подружками. Учителя и соседки жалели несчастную сиротку, девчонки из класса обсуждали, на какие шиши мне купили новую куртку или модные джинсы.

Хотела бы я такого своему ребенку — конечно же, нет!

— Теперь ты понимаешь это, Таис? — вкрадчиво протянул Этьен. — Понимаешь, что