Правдивая ложь - Нора Робертс

Он ждал утешения, сочувствия, понимания… и не дождался ничего, кроме холодной ярости. Своим признанием он вынес их браку смертный приговор. Теперь Ева уничтожит все, что осталось от его жизни.

Его ждет унижение. Если кто-нибудь ее не остановит.

Обливаясь лотом, Дрейк слонялся по своему дому. Сколько ни пил, он никак не мог напиться до бесчувствия. Ему все еще не хватало пятидесяти тысяч, а срок истекал.

Необходимо успокоиться, это он понимал, но, увидев на приеме Дельрико, совсем обезумел от страха.

Дельрико разговаривал с ним приветливо, ласково, но от этого становилось только страшнее.

Как он сможет убедить Дельрико в том, что спит с Джулией, когда все видели ее с Полом Уинтропом?

Но он должен найти подход к ней, к пленкам, к Еве.

Должен найти. Как бы это ни было рискованно, еще рискованнее сидеть сложа руки.

Виктор Флэнниган думал о Еве. О Мюриэл. Такие разные женщины… и обе разрушали его жизнь. Одна – своей слабостью, другая – силой.

Он понимал, что винить должен только себя. Даже любя их, он их использовал. Да, он давал обеим все, что имел, и, делая это, обокрал всех троих.

Невозможно вернуться в прошлое, невозможно что-то изменить.

Беспокойно ворочаясь в большой пустой кровати, он тосковал о Еве… и боялся ее. Почти так же, как жаждал и боялся припрятанной бутылки. Ева и виски. Никогда он не мог насытиться ими. Никогда, сколько ни старался, не мог избавиться от обоих пристрастий. Он научился ненавидеть алкоголь, но женщину мог только любить.

Его религия не прокляла бы его за бутылку, но он будет гореть в аду за ночь любви. А этих ночей были сотни.

Даже страх за свою бессмертную душу не мог заставить его сожалеть хотя бы об одной из них.

Ну почему Ева не хочет понять, что он просто старается защитить Мюриэл? Почему она настаивает на разоблачении после стольких лет лжи? Неужели она не понимает, что сама пострадает не меньше, чем он?

Виктор поднялся, подошел к окну, уставился на светлеющее небо.

Необходимо найти способ защитить Мюриэл… и спасти Еву от самой себя.

В роскошном номере «Беверли-Уилшир» Дамиан Прист ждал восхода солнца. Он не пытался одурманить мозг алкоголем или наркотиками. Наоборот, ему было жизненно важно сохранить ясную и трезвую голову.

Что Ева собирается рассказать? Сколько она осмелится рассказать? Если она организовала этот прием только для того, чтобы напугать его до смерти, он не доставил ей такой радости. Он смеялся, шутил… Господи, он даже танцевал с ней.

Как вкрадчиво она спросила о сети его магазинов спортивных товаров. С каким коварством заметила, что Дельрико прекрасно выглядит.

Но Прист только улыбался. Если она надеялась заставить его трястись от страха, он ее разочаровал.

Дамиан сидел, не шевелясь, слепо глядя в темное окно. И трясся от страха.

Ева устроилась в постели и довольно вздохнула. На ее взгляд, вечер прошел более чем успешно. Как послушно подобранные ею животные прыгали через горящие обручи… А она с наслаждением наблюдала за Джулией и Полом.

Довольно странная, но, несомненно, высшая справедливость, подумала Ева, закрывая глаза. А ведь главное – справедливость, не так ли? И хорошая доза возмездия.

Жаль только, Виктор все еще расстроен. Ему придется смириться с тем, что она делает, с тем, что должна сделать. Возможно, он поймет… пока не будет слишком поздно.

Как жаль, что Виктор не смог остаться с ней сегодня. Их любовь увенчала бы этот вечер, а потом они лежали бы, обнимая друг друга, и сонно болтали до рассвета.

Еще есть время, они еще успеют. Ева крепко закрыла глаза. Уже засыпая, она слышала, как Нина быстро прошла по коридору, как она нервно ходила по своей комнате…

Бедняжка, подумала Ева. Она слишком много тревожится.

К девяти часам утра понедельника Джулия успела растянуть все свои несчастные мышцы, пропотеть на тренажерах и смыть пот под душем. Ее тело крутили, месили, мяли, растирали. И вот теперь со спортивной сумкой через плечо, в спортивном костюме она шла мимо Лайла, лениво натирающего автомобиль у гаража. Ей не нравилось, как он смотрел на нее, не нравилось, что он всегда оказывался рядом, когда она выходила из главного дома после сеанса с Фрицем.

– Доброе утро, Лайл.

– Мисс. – Он коснулся козырька фуражки жестом скорее непристойным, чем подобострастным. – Надеюсь, вы не перетрудились. – Ему нравилось представлять ее в открытом спортивном трико, потеющей, как разгоряченная шлюха. – Я бы не сказал, что вам нужны все эти тренировки.

– Мне очень нравится, – солгала Джулия, не останавливаясь и зная, что он смотрит ей вслед. Она почувствовала зуд между лопатками и напомнила себе о необходимости задергивать шторы в спальне.

Пол ждал на веранде, развалясь в одном кресле и закинув ноги на другое.

– Похоже, тебе не помешал бы стакан чего-нибудь холодного.

– Фриц. – Джулия нашла в кармане сумки ключи. – Он работает над моими дельтовидными мышцами. – Открыв дверь и швырнув сумку и ключи на кухонный стол, она прошла прямо к холодильнику. – Фриц был бы звездой испанской инквизиции. Сегодня, когда я страдала под штангой, он заставил меня признаться, что я люблю хот-доги и гамбургеры.

– Ты могла бы солгать.

Джулия фыркнула, наливая себе сок.

– Невозможно смотреть в эти огромные наивные синие глаза и лгать. Солгавший отправится прямиком в ад. Хочешь сока?

– Нет, спасибо.

Осушив стакан, Джулия почувствовала себя почти нормальным человеком.

– У нас чуть больше часа. Потом я переодеваюсь и еду на встречу. – Освеженная и готовая к делу, она поставила пустой стакан на рабочий стол. – О чем тебе так необходимо было поговорить со мной?

– О многом. – Пол лениво провел рукой по ее волосам. – Например, о пленках.

– Можешь о них не беспокоиться.

– Запирать дом – хорошая мера предосторожности, Джил, но недостаточная.

– Это не все. Пойдем. – Она провела его в кабинет. Повсюду стояли вазы и банки: многие цветы с вечеринки нашли здесь свой дом. – Джулия указала на письменный стол:

– Посмотри.

Пол открыл ящик.

– Где?

Он не казался удивленным, и Джулия немного обиделась.

– В безопасном месте. Я достаю их по одной, только когда работаю. Так что, – она захлопнула пустой ящик, – если кто-нибудь еще сунет сюда свой любопытный нос, его ждет разочарование..

– Если бы это было так безвредно.

– Что ты имеешь в виду? – Только то, что ставки гораздо выше. – Пол присел на край стола. – Вспомни вчерашнее поведение Глории Дюбари.

Джулия пожала плечами.

– Она напилась.

– Вот именно… это само по себе неестественно. Я никогда не видел Глорию даже слегка пьяненькой. – Пол взял в руки пресс-папье, ограненный хрустальный шар, взорвавшийся разноцветными молниями. Интересно, может ли холодная и спокойная Джулия вот так же взорваться при его прикосновении? – Она угрожала тебе. Почему?