Месть Яна - Анна Бартова

Неожиданно на лестнице послышались стоны и тяжелые шаги. Мисс Кэмонд, наконец, пришла в себя и спешно поднималась наверх. Увидев связанную преступницу и раненую Эльзу, добродушная хозяйка снова чуть не лишилась чувств. Но, удержавшись за косяк двери, качнулась и села на кровать к миссис Левод.

— Дорогая, как ты? — заворковала она. — Что она здесь делает? Где Мангала, где малютка? Что вообще происходит?

— Все будет хорошо, — успокаивающе проговорила Эльза, стараясь выдавить улыбку, от чего на лбу выступил пот.

— Хорошо?! — презрительно спросила Кэти. — Твой муж мертв, Вэндэры мертвы, друзья Рыжей тоже. Не я, так кто-то другой доберется до тебя и девчонки Мэри. Но даже если тебе повезет, у тебя никогда не будет спокойной жизни…

— Замолчи, язва! — воскликнула Эльза, из последних сил сдерживая подступившие к горлу рыдания. — Это ложь! Эдуард жив!

Кэти высокомерно улыбнулась, она чувствовала свое превосходство.

— Вас повесят, и я приду на вашу казнь, — проговорила мисс Кэмонд.

— Мой вам совет, — зевнула Кэти. — Не помогайте этим людям, а то и до вас доберутся. Отстранитесь, пока не поздно.

Мисс Кэмонд ласково погладила жену племянника по голове, та встретила этот жест приветливым взглядом.

— Щенячьи нежности, я сейчас заплачу! — язвительно воскликнула Кэти.

Мисс Кэмонд, пожилая, но рассудительная женщина, медленно поднялась с постели и, взяв носовой платок, направилась к Кэти.

— Ты что, старуха, задушить меня хочешь? — перепугалась та.

Аккуратным, но сильным движением мисс Кэмонд плотно завязала Кэти рот. Пленница возмущенно дергала головой, мычала, но слов было не разобрать. Эльза с облегчением вздохнула, улыбаясь пожилой хозяйке дома.

Через пятнадцать минут приехал лакей Штефарда в сопровождении трех жандармов. Коротко сообщив, что Мангала у доктора, он заботливо перенес раненую в экипаж. Вскоре в другой экипаж под конвоем была усажена и Кэти, после чего лошади тронулись. Эльзу доставили к врачу мисс Кэмонд, а преступницу к полковнику Штефарду.

Этим же утром Кэти уже сидела в одной из камер Лондонской тюрьмы.

Глава 40

Лондонский порт.

Сесилия, Кристофер и Патрик, уже полностью оправившиеся от отравлений и полученных на острове ран, прошли к трапу. Франсуа, которого так и не нашли, решил выбраться на берег только по наступлении сумерек. Первым на берег сошел сэр Вуд, который тут же отправил одного из подчиненных за отцом. По приказу Стэнли никто не сходил с корабля до прибытия генерала.

Вскоре подкатила богатая карета, и из нее неторопливо, гордой поступью вышел генерал Дерв. Оглядев сына, он одобрительно кивнул. Осторожно по трапу стали спускаться Вэндэры и Кристофер. Доктор, перепуганный официальностью приема, воровато оглядываясь по сторонам, со страхом опустил глаза перед генералом. Сесилия до боли сжала руку мужа.

— Милорд, миледи Вэндэр, — с уважением произнес генерал Дерв. — Приношу извинения за все неудобства. Прошу, если вас не затруднит, миледи Вэндэр, покажите мне правое запястье.

Без предисловий, без объяснений, Сесилия быстро засучила правый рукав рваной, измазанной грязью и кровью, сорочки. Генерал Дерв не смог сдержать возгласа удивления. На сильной, мускулистой руке миледи Вэндэр красовалась татуировка пирата.

— Не может быть, — прошептал он, наклоняясь над запястьем. — Неужели это правда?..

— Сэр, позвольте вам объяснить, — быстро заговорил Патрик. — Это изображение было сделано неделю назад, его сделал Ян, чтобы еще больше унизить достоинство миледи Вэндэр.

— Это ужасно! — заломила руки Сесилия и так натуралистично залилась слезами, что даже муж был поражен.

— Милорд Вэндэр, извините, но я вам не верю, — отозвался генерал. — Вашим словам нет ни малейшего подтверждения.

— Как? Неужели вам не достаточно моего слова?

Генерал сухо улыбнулся. Кристофер вздрогнул, он уже чувствовал, как на его шее затягивается петля. Патрик величественно выпрямился. В этот момент, расталкивая всех на своем пути, к собравшимся пробрался Джеральд. Галантно раскланявшись генералу, он спокойно произнес:

— Если слова многоуважаемого милорда Вэндэра правдивы и татуировка сделана недавно, то на ней должна образоваться тонкая корочка. Если же она старая, то ее не будет.

— Кто вы? — потребовал Дерв. — Почему вы вмешиваетесь?

— Он мой друг, — сконфуженно представил того Стэнли. — Простите его, генерал, Джеральд плохо обучен этикету.

— Проверим ваш совет, — протянул Дерв, сразу смягчившись.

Медленно и с трепетом генерал провел пальцем по татуировке. Изображение на руке было слегка выпукло, Дерв разочарованно причмокнул.

— Что ж, еще раз простите за все, милорд, миледи. Не смею больше вас задерживать.

Патрик, Сесилия и бледный Кристофер поспешно отошли в сторону. Каждый из них тяжело дышал, сердце глухо билось.

— Горло пересохло, — хрипло произнесла Мэри. — Там «Веселая кружка», раньше в этом трактире Франсуа жил. Можно туда зайти.

Через несколько минут по трапу под конвоем спустились связанные Конор и Эдуард.

— Командор Левод, вы все еще живы, — с разочарованием глядя на сына, протянул генерал. — Сэр Вуд, объясните мне все.

Стэнли начал распинаться перед отцом о нарушениях командора и о своих подвигах.

— Сэр Левод, вы пойдете под трибунал, — с плохо скрываемой радостью заключил Дерв. — Завтра, в десять утра, состоится суд. А это кто? — он кивнул на Конора.

— Пират. В дороге он пытался отравить милорда и миледи Вэндэр.

— Завтра утром повесить. А сейчас, — он устало зевнул, — в камеру обоих.

— Вы не имеете права так со мной обращаться! — возмутился Эдуард. — Я требую к себе другого отношения. Я не вор, чтобы меня сажали в тюрьму!

— Сэр Левод, завтра у вас уже не будет никаких особых преимуществ, — улыбнулся Дерв. — Я не хочу, чтобы до суда вы с кем-нибудь общались.

Лицо Эдуарда вытянулось, между глаз легла тяжелая складка, зубы до боли сжались. Стэнли сдержал самодовольную улыбку. Подталкиваемые сзади, Конор и Эдуард направились к городской тюрьме. Бросив на спутника косой взгляд, сэр Левод тяжело вздохнул. Через четверть часа достигли городской тюрьмы. Командор лучше других знал эту каменную лестницу, витиеватые коридоры; не одна сотня преступников была поймана с его помощью и помещена в эти стены. Наконец его втолкнули в решетчатую камеру, Конора поместили рядом. Враги были отделены друг от друга частой железной решеткой. Когда солдаты скрылись, пират неприятно засмеялся: