Потерянные в Зазеркалье. Четыре книги в одной - Людмила Романова

Он старался проанализировать, что он испытывает к ней сейчас. Он не чувствовал в сердце волнения, как раньше, он не испытывал нетерпения. Все чувства, как будто были покрыты пленкой тумана и их тона не были различимы душе. У него в голове остались желания прошлых лет. В голове, но не в чувствах. Он ничего не чувствовал, хотя по привычке и смотрел и ждал ее появления.

Она? – дернулся Виктор ближе к окну, стараясь разглядеть фигурку, которую скрыли ветки деревьев. Он с волнением уже ждал, появления ее плаща в промежутке между ветками, которые она должна пройти, за секунд тридцать. Но Валя не появлялась.

– Ошибся, – стучало в голове Виктора. Лягу, включу телевизор, так и пройдет быстрее время, – думал он.

Он выпустил из вида, что и у Вали мог быть отпуск, могли быть свои планы, и свои гости. Он как многие мужчины был эгоистом в своих желаниях.

– А вдруг у нее уже кто-то есть! – стукнуло в голове Виктора. Самонадеянный дурак! Ты думаешь, что мир крутится вокруг тебя? Да за два года и у нее могло быть все что угодно! Ведь не захотела же она даже обсуждать мое предложение тогда год назад. А может быть, у меня уже давно нет шансов? И досталась моя Валечка кому ни будь другому?!

Ревность и обида прошлась в душе Виктора. Он постарался представить ее нового друга, и видел его старым, лысым и толстым.

– Валечка, только не сделай эту ошибку. Я лучше. Как мы с тобой заживем! У нас теперь все есть. И квартира, и деньги, и не старые мы еще. Ну что тебе во мне не нравится? Чем я хуже этого толстого|?

– Кончай юродствовать! – воскликнул его внутренний голос. Уже и лысый и толстый. Может быть, она просто у дочки сидит, а может, по магазинам прошлась. Твоя она будет. Забыл, что тебе зеркало показывало?

– И, правда. Слишком много совпадений. Мистика, какая – то, даже. Ладно, все-таки не так мало у меня шансов, – Виктор вышел в общий холл, и посмотрел на коврик у ее двери. О! – отметил он радостно, – сдвинут, и мокрые следы пятнами, значит, только что на них кто-то стоял! Неужели прозевал? Я же следил за шагами, а может быть, когда я пошел на балкон, она вошла, а на улице я бы ее уже и не увидел. Мог до посинения стоять! – Виктор, с легким страхом подошел к двери и позвонил.

О радость, послышались шаги, и дверь открыла Валечка в халатике и с расческой в руках

– Ты? Когда ты приехал? Я и не знала, что ты уже здесь! – как– то медленно сказала она.

Пойдем ко мне, – сказал Виктор. У меня много интересного, я уже часа два как приехал. Уже и не надеялся, что увижу тебя сегодня, – проговорил Виктор, чувствуя, что его язык не может щебетать, как он делал это обычно.

– Викторчик, я валюсь с ног, сегодня весь день бегала, а сейчас в ванну собиралась. И спать, спать. Завтра со свежими силами, ладно?! – сказала Валя, держа Виктора за порогом.

– Конечно, конечно, я понимаю, – сказал Виктор. Я и сам чертовски устал. Уже не двадцать пять. И шутка ли, то Африка, а то Москва. Нужно немного адаптироваться. Давай завтра.

Валя закрыла дверь и Виктор, с чувством досады, зашел в свою, не закрыв ее по привычке. Он закурил сигарету и лег на диван, подставив рядом на журнальном столике пепельницу.

– Я не к месту. Она все также холодна. Хватит мечтать. Завтра, нужно начать свои мысли крутить в правильном направлении. И не давать воли дури. Уж и правда, не молодой. Почти сорок два. Кошмар. Восемнадцать лет до пенсии, это конечно еще не так мало, но и не много пролетят, и буду стариканом.

Виктор, погасив сигарету, повернулся лицом к спинке дивана и закрыл глаза. Проснулся он, услышав скрип двери. В дверях стояла Валечка с тарелкой пирожков и халатике, который был запахнут на одну стороны,

– Валя? Заходи, – сказал Виктор, стараясь сбросить с себя это оцепенение, в которое он уже почти вошел, и даже тряхнул головой, потому что ему показалось, что по шее Вали сползает черная змейка.

– Тень от люстры, с облегчением подумал он, не обнаружив ничего странного через секунду. Он еще раз тряхнул головой, и сонное состояние исчезло.

Валечка шла к его столику, и через короткие полы халатика, проглядывались голые колени, он, уже было, изловчил свой взгляд и постарался проникнуть за угол полы, но увы, остальное он мог представить только в своем воображении.

– Не спится чего-то, – сказала Валя. Давай чаю попьем. Поболтаем. Я правда рада, что ты вернулся, просто что-то нет сил, устала, ото всего.

Виктора поразил огонь, сверкнувший в ее глазах, не соответствующий ее тону, немного усталому, немного безразличному. Они показались ему черными в этой полутьме комнаты. Уловив этот взгляд, он уже не мог сдерживаться. Кровь прилила и вдруг отлила от его головы, он забыл про все условности и страхи, он стоял очень близко к Вале, и его руки уже держали ее за плечи. Голова его ни о чем не рассуждала, и ни о чем не предупреждала. И, губы, привычным движением, которое он представлял уже много раз, наконец-то просто впились в Валины, долгим и жадным поцелуем вампира, который испытывал неимоверное удовольствие, от того, что смог овладеть ими. Поцелуй продолжался долго и был таким страстным, что по его и ее телу разлилось тепло, легкие забыли о том, что нужно дышать, а губы и руки ласкали друг друга, и не хотели отрываться от этого приятного состояния, и ничего не видя, действовали по интуиции и усиливали страсть, рожденную от поцелуя.

Виктор поймал себя на том, что ему знакома эта сцена и он знает, что будет через секунду, он знал все свои ощущения, Наверное, это мне снилось, подумал он, целуя Валю, и ощущая одновременно запах океана, шелест песка и еще что-то, что вызывало в нем страсть и одновременно страх.

Течение времени перешло в свой собственный, не поддающийся, измерению бег. Пространство потеряло свои очертания. А органы чувств, не видели, не слышали и не чувствовали ничего, кроме какого-то, нового, пятого пространства, окрашенного в непонятный постороннему человеку цвет, наполненное какими-то звуками мелодий, которые не раздавались. Они дарили сразу те ощущения, которые простой зритель, получает вторичным образом, слыша сначала звуки, а уж потом получая нахлынувшие восторги и слезы, и сантименты и экстаз.

Валя не сопротивлялась. Она вошла вместе с Виктором в тот же волшебный мир чувств и отдалась ему, не думая ни о чем.

Они впервые заснули вместе. А утром это новое пробуждение на удивление показалось обычным и привычным. Они и сами поразились в душе этой будничности. И каждый решил, что в этом виновата, наверное, их долгая жизнь общим домом. Наверное, их мечты были настолько долгими, что они к ним привыкли, а может быть, потому, что им уже было не восемнадцать!

Валечка ушла в свою квартиру, чтобы приготовиться к работе, а Виктор, наспех приняв душ, поехал навестить мать и сестру.