Его маленькая слабость - Алиса Лиман, Саша Ким

Глава 20

ГЛЕБ

Вылезаю из машины и иду к Аниной двери, пока меня не опередил Витек. Но этот проворный мерзавец уже тут как тут. Бросаю выразительный взгляд на водилу, и он понимающе отступает на шаг назад.

— Анют, ну чего ты там? — спрашиваю, заглядывая в машину.

— Ой, не смотрите! Сейчас платье поправлю... — шепчет она, отворачиваясь от меня и подтягивая тесный лиф.

Надеюсь, я не переборщил со шнуровкой.

— Опять выкаешь, — бурчу себе под нос.

Выпрямляюсь и оцениваю придирчивым взглядом свой любимый клуб. Почему-то именно это заведение из всей сети вызывает у меня отеческий трепет.

Витек подходит ближе.

— Мне вас в машине ждать? Или лучше с вами войти?

— Будь здесь, — не оборачиваясь, велю я. — Волноваться не о чем. Там все свои.

Ко входу уже тянутся гости. Киваю то одному, то другому. Подозрительно щурюсь, замечая новые лица на нашем закрытом мероприятии. Стоит пересмотреть политику приглашений для аукционов. Они с этим «плюс один» всякий сброд тянуть начинают.

— Эм... — Витек мнется, явно желая спросить что-то еще.

— Выкладывай уже. Знаешь же, не люблю, когда мямлят! — строго говорю я, все же повернувшись к водиле лицом.

— Глеб Виталич, вы ж это... надеюсь, хоть не себе ноги брили?

— Ты о чем? — непонимающе морщусь я.

— Ну, Анюта в машине ругалась, что вы расстарались и ноги побрили, и...

До меня наконец доходит, что имеет в виду Витек, и я едва не складываюсь пополам от смеха.

— Даже если себе, тебе что за дело? Или опять Надежде побежишь докладывать? Так она больше у меня не работает!

Лицо Витька становится пунцовым.

— Да ничего я ей не говорил! — начинает оправдываться он. — Она спросила, чего видал, ну я и сказал, что по магазинам прокатились. А она — змея хитрющая, еще спрашивает: по женским или по мужским? Ну, я и...

— Впредь будешь знать, — строго говорю я и понижаю голос: — Кстати, о тех, кому нельзя доверять! Чуть не забыл. Свяжись с начальником охраны и вели прислать мне видео с камер за пятое декабря. Чем быстрее, тем лучше! И если еще раз начнешь что ни попадя трепать языком, я тебе прослушку в машину поставлю. Понял меня?!

Хотелось бы продолжить воспитательный процесс, но в мой пиджак на уровне ремня вцепляются тонкие пальчики.

— Пойдемте? — спрашивает Анюта.

Подхватываю ее под локоть и помогаю выбраться из машины.

— Ну что, готова? — улыбаясь, спрашиваю я, попутно проверяю, все ли с ней в порядке.

Мотает головой, а я смеюсь в ответ. Вечер начинается весьма занятно.

Уже через пару минут мы оказываемся за сценой. Аня заметно нервничает, потому я не спешу отпускать ее ладонь.

— Все будет хорошо, — заверяю я. — Мне лишь нужно, чтобы ты спела в живую. Как умеешь. Они влюбятся в тебя. Так же, как я.

Вижу, что это мало помогает. Анюта хоть и пытается скрыть волнение, но бедный подол платья уже измялся под ее нервными пальчиками.

Кивком показываю подоспевшей гримерше, что еще не время. И заключаю невеличку в объятия.

— Если так боишься, я могу пойти с тобой.

— И петь будешь? — не без сарказма спрашивает она.

— Ну вот, оказывается, тебя нужно было вывести из зоны комфорта, чтобы ты перестала мне выкать?

— Я туда еще и не заходила, — продолжает язвить девушка, закусывая губку.

Прихватываю ее подбородок пальцами и тянусь к губам.

— Скоро зайдем, — усмехаюсь я и оставляю на ее губах короткий поцелуй.

— Иди уже, — не отстраняясь, шепчет она в мой приоткрытый рот.

— Куда? — непонимающе хмурюсь.

— Работать, Глеб Витальевич! Вы же сюда не целоваться приехали. Надеюсь.

Последнее она сказала с толикой очевидной ревности. Вы только посмотрите, кто у нас здесь собственница?

— Может, и не только целоваться, — усмехаюсь я и стискиваю объятия плотнее, когда Анюта, явно не оценив мою шутку, дергается, чтобы отстраниться. — После того, что ты со мной в ванной делала, я просто больше думать ни о чем не могу. У меня в кабинете диванчик есть. Не хочешь уединиться перед выступлением?

— Думаю, вам не составит труда найти другую претендентку на уединение. Отпустите, — ворчит она, и я снова касаюсь ее губ своими, вынуждая замолчать.

— Претенденток-то хоть отбавляй, — продолжаю я слегка охрипшим голосом. — Но что делать с тем, что я хочу только тебя?

Аня перестает наконец вырываться, и я с удовольствием наблюдаю за тем, как ее щеки покрываются румянцем.

— По меньшей мере, подождать окончания вечера, — отвечает она, горделиво задирая подбородок. — А сейчас нам обоим нужно хорошенько поработать! Так что идите уже приветствовать гостей, Глеб Витальевич!

— Как скажете, Анна Васильевна, — усмехаюсь я и напоследок краду еще один поцелуй с ее пухлых губ. Улыбаюсь, как мальчишка.

Даю команду гримерше приступать к работе и выхожу в зал.

***

— Глеб, молодец! — пожимает мне руку отец друга, когда аукцион уже в самом разгаре. — Все по высшему разряду! Как всегда!

— Благодарю, Сан Саныч! А Валерка где?

— Где этот обалдуй может быть? На работе. Тоже как всегда. Совсем от рук отбился. Я ему говорю, что семью пора заводить, внучков мне! А он и слышать ничего не хочет! И работа ему не нравится, однако сидит там безвылазно! Вот и скажи, зачем я горбатился всю жизнь, чтобы мне и дело передать некому было?

— Семью бы, да, — бормочу я невпопад, мыслями находясь за кулисами.

Основная часть мероприятия закончилась: все кто хотел потратить много денег, исполнили свою миссию. Теперь гостей ждет развлекательная программа, одним из пунктов которой будет моя невеличка. Благо этим бездельникам все же удалось подыскать, чем разбавить программу. А говорили — за день не найти. Все же удивительно, как эффективно работают угрозы.

Не мог же я все представление на Аню повесить. И без того стресс немалый. Пришлось припугнуть, что если не справятся, то я их на сцену выпущу, будут хохмы о своей бесполезности гостям повествовать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍