Уши в трубочку - Юрий Никитин

Только теперь заметил, что параллельно поезду несется весь оранжевый, словно мимикрирующая под осу муха, грузовик, доверху наполненный вязанками такого же оранжевого сена. Сейчас начал приотставать, повернул, а минотавр поднялся из сена, стучит по кабине…

– Вот сволочь, – выругался я. – У него все подстроено…

Впрочем, если не подстроено, тоже не мед, прибьет шофера, ошалевшего от вида пассажира в кузове, сядет за руль и унесется в неизвестном направлении. Я встал на ноги, высматривал хотя бы вертолет, но небо чистое, как в Испании, вдалеке проступил из дымки автомобильный мост, перекинутый через железнодорожные пути, я сделал пару быстрых вдохов-выдохов, и, когда мост приблизился, я подпрыгнул изо всех сил и приготовился ухватиться за перила.

Удар был настолько силен, что мост вздрогнул, а во мне, как почудилось, затрещали все косточки, перемалываясь в муку. Внизу грохот, лязг, состав несется с ужасающим шумом, я переждал, пока грохот начнет удаляться, собрался с силами и с огромным трудом перелез наверх через перила, упал на ту сторону. Во рту солоноватый привкус, острая боль в ребрах, я застонал, заставил себя подняться, перебежал на ту сторону, где асфальтовая полоса шоссе, снова перелез через перила, некоторое время выбирал, но поймал себя на мысли, что просто трушу.

– Прыгай, дурак, – проговорил я вслух самому себе. – Иначе…

Пальцы разжались, я падал, падал, с ужасом видел, что, похоже, промахнусь, попаду не в кузов могучего КамАЗа с надписью «Dakar – Urupinsk», а под колеса следующего за ним, еще более могучего форда с надписью «Quake forever!». В падении извернулся, успел зацепиться кончиками пальцев за борт, меня потащило ногами на асфальту, ощутил жар, донесся запах паленого. Сзади вроде бы скрипнули тормоза, но затем растерявшийся водитель форда обрел уверенность, добавил скорость и попытался расплюснуть меня широким тупым носом грузовика.

Я кое-как забросил измученное тело в кузов, но этого мало, дополз до кабины, постучал, выждал положенное время, как при звонке в дверь, постучал снова. А впереди, как я догадывался шестым чувством, скоро развилка, и если я не успею…

С огромным трудом слез на ступеньку, рывком распахнул дверцу. Водитель, огромный детина-дальнобойщик, отшатнулся, вскрикнул тонким поросячьим голосом:

– Откуда вы, мистер?

– Чем темнее личность, – сказал я, – тем ярче похороны. Верно?

– Мистер! – воскликнул он. – Не убивайте!.. Я сделаю все, что хотите! Любое ваше желание!

– Да? – переспросил я. – Так ты золотая рыбка?.. Или старик Хоттабыч?.. Ладно, а я щука из проруби. Давай вон там поверни…

– В какую сторону?

Я спросил с раздражением:

– Ты что, дурак?

– Все понял, мистер, – сказал он поспешно. – Налево, конечно же, налево…

– И жми на газ, – предупредил я. – Мы в погоне за очень опасным преступником. Поможешь, тебе еще и пряник дадут. Добавь скорости!.. Во-о-о-он тот грузовичок видишь?

Водила угодливо закивал:

– Да-да, мистер… Вижу-вижу!.. А если и не увижу, то все равно догоню. Мы на этих машинах всю Африку проехали, Амазонку, болота Казани, да что там Амазонка, мы через всю Пермь по их долбанным дорогам на этих машинах сумели!

– Да, – согласился я, – Пермь – это не какая-то там Амазонка… Давай-давай, заходи сбоку. Да не с того, а чтоб я смог к нему…

– Все сделаю в лучшем виде, – воскликнул воспрянувший духом дальнобойщик. – Вплотную подойду!..

Расстояние сокращалось, а грузовик, за которым мы гонимся, приближался с каждым мгновением. Водила сделал обманный маневр, вильнув колесами, оранжевый грузовичок попытался загородить нам дорогу, но дальнобойщик тут же умело бросил грузовик в образовавшуюся щель. Оранжевый поздно понял ошибку, пытался вернуться на эту полосу, однако мы уже вклинились, КамАЗ слегка тряхнуло, это оранжевый стукнулся бортом, дальнобойщик нагло захохотал, его машина втрое тяжелее, попробуй спихни, я приоткрыл дверцу и начал готовиться к прыжку из машины в машину на скорости в сто восемьдесят семь километров в час.

Оранжевый пытался маневрировать, но дальнобойщик притиснул его к краю, не давая маневра, я протянул руку, выкрикнул злорадно:

– Дай мне точку опоры, и он у меня повертится!

Встречный ветер пытался сорвать и унести, как воздушный шарик. Я кое-как дотянулся до ручки двери оранжевого грузовичка, ухватился, тут же надуло, как парус, к тому же машины начали раздвигаться в стороны. Я поспешно расцепил пальцы другой руки, пока не разорвало между двумя грузовиками, как князя Игоря между деревьями по старому доброму способу без всякого зачитывания прав.

Через окно видно вцепившегося в руль минотавра. Дорога извилистая, он впился взглядом в приближающийся поворот, я рванул дверцу, он, не глядя, попытался вытолкнуть меня, но, как я ни обессилел, однако заломил ему кисть и прохрипел:

– У тебя сегодня седалищный нерв не давал сбои? А то паши ученые установили, что он очень тонко чувствует приближающиеся приключения…

Минотавр процедил сквозь зубы:

– Острить и занимать деньги нужно внезапно!

– Да? – спросил я, настораживаясь. – В грузовиках подушки безопасности не предусмотрены, не знал, урод? Он огрызнулся:

– У нас в семье восемнадцать человек и ни одного урода!

– Сейчас будет! – пообещал я. – Давай тормози.

– Щас, – пообещал он многозначительно. – Ну вот прямо щас, мистер генералиссимус!

Я хотел дать ему в ухо, но мы ломимся сквозь встречный ураган с такой скоростью, что вокруг свистит и воет на все голоса, словно в доме Арины Родионовны. Мимо проносится железобетонный бордюр, отделяющий от пропасти, а с другой стороны – отвесная гранитная стена с наскальными рисунками казанцевых марсиан, что с тыквами на головах.

Внезапно минотавр резко вывернул руль. Грузовик занесло, он врезался в бордюр, раздался треск, я с изумлением увидел взметнувшиеся в воздух, как стая хрупких бабочек, тонкие сухие доски, выкрашенные под бетон. Минотавр рывком отворил дверь, а я, еще не поняв, но седалищным нервом чувствуя опасность, метнулся в другую сторону.

Грузовик вылетел на простор, мне показалось, что пытался выпростать крылья, но не сумел, повлекла гравитация, клюнул носом, задрав зад. Пропасть казалась бесконечной, а далеко внизу домики, домики, очень ухоженные и красивые, газончики, огромное огороженное деревянным частоколом зеленое поле с пасущимися конями, между ними бегает карлик в разноцветной одежде спасателя.

Минотавр повис на краю барьера, я ухитрился ухватиться за обломок с другой стороны пролома. Поврежденная доска сразу же начала потрескивать и прогибаться.