Скандальный развод с драконом - Эйси Такер

верить на слово первому встречному, − бросила я через спину и опустила руку на загривок своего зверя. – Да и ты не кажешься глупым, чтобы надеяться на подобное.

Хотелось напоследок демонстративно хлопнуть дверью. К счастью, дверное полотно так разбухло от времени, что сдвинуть его с места не представлялось возможным. И только это спасло меня от неуместной демонстрации эмоций. Я ведь имела дело с принцем соседнего государства, а не с другом и даже не с возлюбленным, которому было бы дело до моих женских бзиков.

Быстро прошагала по неосвещенному коридору и уже занесла руку над дверью, как вдруг она застыла, обездвиженная невидимой хваткой.

Раньше я лишь слышала о том, что некоторые драконы имеют такую силу, что способны одним взглядом обездвижить противника. Но никогда не думала, что испытаю этот эффект на себе.

− Не нужно так, Мелина, − голос Рейвера пробежал колючим холодком по спине. – Ты совсем не глупа. Неглупа настолько, что не станешь поддаваться эмоциям и выслушаешь своего собеседника, прежде чем делать выводы.

Слова, которые в такой ситуации могли бы меня уколоть и разозлить еще больше, отчего-то отрезвили.

Отчасти Рейвер был прав. Я умела справляться со своими эмоциями и с холодной головой подходила к принятию серьезных решений. Но с чего вдруг сейчас я позволила эмоциям взять надо мной верх? Неумолимая буря пронеслась и накрыла собой здравый смысл.

− Честный мужчина не станет хватать женщину, чтобы высказаться, − я даже не стала пытаться вывернуться из ментальной хватки, осознавая всю бесполезность сего действа. – А умный не станет вставать с постели, если ему это запретили. Так стоит ли нам продолжать разговор при таких вводных данных?

Льдистые глаза с хищными драконьими зрачками оказались напротив моих, и в этот же момент моя рука освободилась от невидимых оков и упала вниз плетью.

− Выходит, мы оба не так уж идеальны. И нам определенно есть, что еще друг другу сказать.

Дьявольская ухмылка и лукавый прищур обескураживали. У Рейвера определенно был богатый опыт в обольщении женщин и в усыплении их бдительности, раз даже какая-то часть меня среагировала на это.

А, может, моя проблема была лишь в том, что долгие годы будучи замужем я вообще не видела в мужчинах этих самых мужчин. И не только не замечала их живого интереса, но и сама его не испытывала. Эта функция была у меня просто отключена.

− У вас есть минута, Ваше Высочество, чтобы дать мне понять, что наш диалог, действительно, стоит продолжить.

− Снова на «вы»? – усмехнулся он, но лишь на мгновение, а затем добавил уже с полной серьезностью. – Хорошо, фира, я вас услышал. Но мне не понадобится минута, чтобы сказать, что мы преследовали лишь одну цель: получить секрет излечения от Тьмы, которым Эстерис обладает. Однако по вполне объяснимым причинам мы были готовы к тому, что все пойдет не по плану.

− С чего вы вообще решили, что Эстерис обладает такими знаниями?

− Изобретение лекарства принадлежало нашему королевству, фира. Но много лет назад обладателя этого знания переманил Эстерис, если можно так выразиться. И как бы ни было печально осознавать, но найти лечение снова нам не удалось за столько лет. Так что союз с Эстерисом был для нас единственным выходом несмотря на все возможные риски.

Отчего-то я безоговорочно поверила Рейверу. Умом понимала, что он вполне может меня обманывать, а все равно поверила.

Только в одном он, как мне казалось, ошибался: ту девушку, которую искали во время войны ради обретения рецепта лекарства, так и не нашли. По крайней мере такой вывод сделал Мортан, объяснив этим отмену приказа по уничтожению Морвейла. И это казалось логичным.

Однако мы могли ошибаться, и причина была в другом. Так или иначе, но наверняка я ничего не знала, потому не стала разубеждать Рейвера в том, что у Эстериса все же ест лекарство.

− Я не имею никакого отношения к тому, кто в прошлом унес вашу разработку с собой, − твердо ответила я Рейверу, полагая, что я могу быть под подозрением по вполне объяснимым причинам. − И совсем недавно даже не подозревала о существовании Тьмы, не говоря уже о лекарстве от нее. Но это знание может достаться Альвартису, если вы, Ваше Высочество, дадите слово, что войны не будет. Мне кажется, что это весьма неплохое предложение в обмен на вашу жизнь, учитывая, что, как вы сами выразились, обязаны мне ею.

− У вас невероятные дипломатические таланты, − подметил Рейвер, не сводя с меня пристального взгляда. – Но дело в том, что я не могу обещать того, что зависит не только от меня. Мы не намерены начинать войну, но не будем сидеть, сложа руки, если ее начнет другая сторона. Король Файз уверен, что после моей смерти его династия будет иметь все права на мой трон. Собственно, ради этого он и согласился на примирение, а вовсе не ради всеобщего блага. И он определенно не станет бездействовать, когда его убедят в обратном и все нарушат планы.

− Не понимаю, − качнула я головой. – Даже если допустить, что король был уверен в вашей смерти, то принцесса может быть лишь представителем наследного принца до его совершеннолетия, но никак не может занять трон. Файз ведь не идиот, чтобы считать, будто может быть иначе.

− Вы очень тонко подметили, − кивнул Рейвер. – В своем роде Файз все предусмотрел и уже готовится к рождению наследного принца.

В душе вспыхнуло необъяснимое разочарование, будто эта новость как-то касалась меня. Хотелось что-то поскорее ответить, но я даже воздух не успела в легкие набрать, как наш разговор был прерван вошедшим в лазарет Мортаном.

− Фира, все уже в сборе и ждут вас, − первой он заметил меня, а затем перевел вопросительный взгляд на Рейвера: − А вы почему не в постели? Немедленно вернитесь, вам требуется отдых. И пища, конечно. Ее вам с минуты на минуту принесут.

Мортан отчитывал принца, сам того не подозревая. Но на душе было необъяснимо паршиво, и я не нашла в себе сил позабавиться столь неловкой ситуацией. Лишь молча кивнула и вышла на улицу, увлекая Мортана за собой.

− Держите язык за зубами, − шепнула ему как можно тише, когда дверь за нами закрылась. – Лекарство – это наша единственная гарантия на защиту. И раскрывать его рецепт не стоит.

Я увела людей подальше и сообщила им,