Положительная нота - Ольга Дервиш

– У меня нет сил с тобой спорить.

– И не спорь.

Пока ждали заказ, злая Ксю оставила Речинского в кухне одного, но он слышал шорохи. Она где-то рядом.

Он тоже злился. На себя, потому что ему не должно быть совершенно никакого дела до нее, ее состояния и того, что когда и сколько она ест. Может, так надо? Диета у нее? Ватрушечная. А может она не ест ничего, потому что ее тошнит. Или тошнит, потому что ничего не ест? Или таблеток переела.

Речинский достал из кармана смартфон и набрал в поисковике «кислота». Черт, он забыл название. Что там за кислота? – С того места, где он сидел, кроме листка ничего видно не было.

Поисковик выдал список: «Серная», «Соляная», «Муравьиная», «Угольная»…

Херня какая-то.

Добавил к «кислоте» – «таблетки»

«ацетилсалициловая»… «фолиевая»

Есть! Кажись, это она! Что за название? Илья про такую даже не слышал никогда.

Кликнул по первой же ссылке: витамины… бла-бла… кроме прочего «показания при неполноценном питании» Во! Она что, не ест нормальную еду, но вместо этого ест таблетки?

Бред какой-то!

Название второго препарата, увиденного на холодильнике Ксю, он не помнил, хоть убей.

…«таблетки беременная» Показать картинки…

Выскочил ворох изображений с пузатыми женщинами, которые собираются пить таблетки.

Причем тут беременные вообще? Ксюша беременна? – Речь не сводил глаз с пресловутого листка на холодильнике. Не выдержал, встал и снова разворошил горку аптечных коробочек. Сомнения отпали, второй коробочек скромно гласил о содержащихся в нем витаминах для беременных женщин.

– Что ты делаешь? – неподдельный испуг в женском голосе заставил пристальнее посмотреть на нее. Потом на ее талию, которая, впрочем, оставалась в прежней поре. Ксю подбежала и выхватила у него медикаменты, закинув подальше на холодильник. – Что ты себе позволяешь?

– Ты беременная? – вопрос дня, он знал. Нет, даже не дня… месяца!

– Не твое дело!

– Ты поэтому бегаешь от отца? Потому что ребенок не от него?

– Я уже сказала: это не твое дело. От кого я беременна, и беременна ли вообще, тебя абсолютно не касается! – Она заломила руки, отвернулась и посмотрела в окно. В темном стекле отражалась ярко освещенная кухня. – Тебе лучше уйти. Подождешь свою большую пиццу в машине.

– Там холодно. – Илья снова уселся за стол и нагло наблюдал за эмоциями Лесиной.

– Пошел вон!

– Не-а…

– Тогда уйду я! – Вскрикнула она и вышла в прихожую.

Илья подорвался за ней, догнав и схватив за рукав ее черной кофты, но не рассчитал силу, с которой дернул ее за руку. Нереально легковесная девушка врезалась лицом ему в грудь, едва устояв на ногах. Речинский поддержал ее, обняв за плечи, но тут же почувствовал яростное сопротивление. Ксю попыталась оттолкнуть его, упершись в него ладонями.

– Пусти! – истерично, тонким голоском взвизгнула она. – Я хочу уйти! Отпусти! Не надо мне ничего! Ни от кого! Надоело всё! Жить надоело! Что вам всем от меня надо!? Оставьте меня в покое!

Илья оторопело продолжал удерживать ее возле себя, пытаясь наскоро придумать, что делать. Налицо была истерика, и даже не особо опытному в отношениях с женщинами парню было ясно, что не он тому причина. Не единственная, по крайней мере. Это лишь повод, последняя капля.

– Успокойся! – рявкнул он Лесиной в лицо и прижал ее голову к себе, удерживая затылок одной рукой и плечи другой. – Всё, перестань, – добавил тише. – Я уйду. Сейчас, пиццу дождусь и уйду. Или прямо сейчас могу уйти, сама ее съешь, – предложил он совсем негромко и монотонно, пытаясь тем самым успокоить необычно нервную Ксю.

Та в ответ лишь всхлипнула.

– Сколько нужно денег? – прошептала.

– Денег? – Илья не понял сути вопроса.

– За пиццу… У меня мало… наличных… Может не хватить…

Речинский вздохнул.

– Я заплачу.

– Половину…

– Не говори ерунды. – Он уткнулся носом ей в лоб. Белые кудряшки слегка щекотали лицо, но это вместо дискомфорта вызывало непонятный трепет.

От трели домофона, раздавшейся в вязкой тишине дома, они оба вздрогнули и отступили друг от друга. Доставка…

Пицца оказалась и правда огромной! Разрезанная на 8 кусков, она манила ароматом так, что у съевшей за весь день всего одну ватрушку и пару конфет на работе Ксю потекли слюнки. И кажется, она не смогла этого скрыть, потому что ее гость с усмешкой смотрел на ее голодную реакцию.

Цену на пиццу она так и не узнала.

– Давай в гостиной? – предложила она. – Телик включим.

В ответ удивленный почему-то взгляд и кивок. Илья по-хозяйски переложил на кухне огромную пиццу на поднос, взял в шкафу пару блюдец, отнес все это на журнальный столик в комнате и плюхнулся на диван.

Лесина, смирившись с такой фамильярностью и уже забыв, что не далее как пять минут назад выгоняла парня поганой метлой из своего дома, с блаженством предвкушала поедание этого чуда итальянской кухни. Взяв из подстаканников, донесла до столика два бумажных стакана с напитками и уселась рядом.

Первый попавшийся телеканал после включения оказался детским. Ксю задохнулась… Она не смотрела телевизор с тех пор, как была жива Ева. Зажмурившись, она наугад нажала какие-то цифры, лихорадочно ожидая, когда на экране появится что-то другое. Илья сидел неподалеку, казалось, вообще не думал о происходящем вокруг и механически жевал заказанное блюдо.

Ксю подозревала, что в данный момент в его голове крутятся разного рода колесики, пытаясь взвесить полученную новость, проанализировать, возможно, сопоставить что-то. То, что это не ребенок Стаса он догадался быстро. Впрочем, она не согласилась и не опровергла его предположение. При его мнении о ней, вероятно, он подумает, что у нее есть кто-то третий. Вряд ли он сложит два плюс два и получит пять: догадаться о том, что это его собственный ребенок Илья по логике вещей не должен. Он, так же как и она, ни за что не поверит просто так, что после случайного защищенного секса бывают совместные дети. Просвещать его на эту тему сама Ксю не собиралась. Зачем? Они друг другу никто, чем бы ни были эти их очередные посиделки у нее дома. Что он вообще тут делает после ее истерики и того, что узнал сегодня? По доброте душевной решил все же ее накормить? Но ведь Речинский младший не в пример отцу не был добрым самаритянином. Тогда что? Вероятно, он сам еще не осознал всех деталей ситуации и просто по инерции завершает этот вечер в ее компании. Потом он уйдет, и Ксю надо очень постараться, чтобы они больше никогда не встречались. Ее тайна и так раскрылась намного раньше, чем она планировала. Дальнейшие игры с судьбой ни к чему.