Кровь от крови Мантикоры (СИ) - Мартын Светлана

Мантикора смотрела вдаль. Предаваясь раздумьям. Ее не торопили.

- Здесь, мы с Гуэрсом прошли сквозь портал, который был закрыт. Он снова открылся и теперь здесь появился водопад. Слышишь? -произнесла она.

Дорван слышал шумящие потоки воды вбивающие себя в поверхность озера. Это было совсем близко. Они стояли на вершине скалы, из которой хлестали подземные воды. Он хотел было придать своему лицу выражение недоумения, но получалось неубедительно. Собственно ему уже было безразлично все. Она пожала плечами.

- Это мой Первый Дар родной Резервации! – с чувством произнесла девчонка. Дорван не удержался и хмыкнул презрительно. Он знал ее родителей, ни Ясмин, ни Зарьян не были настолько тщеславны, чтобы превозносить свои заслуги. Этот порок как -то миновал даже Зарьяна в пору когда он был на вершине славы. А вот юная мантикора страдала этим грешком. Ее уникальность признали недавно. Она увлеклась, воображая себя теперь Спасительницей Мира. Что ж. Когда Дорван вернулся «из-за завесы», обрел дар открывать телепорты и армию подвластных существ он тоже ощущал собственное величие. И что теперь? Со злорадством он подумал, что мантикора с ее склонностью к тщеславию еще упадет с собственного Олимпа(прим 1 ) и больно удариться при этом. Жаль только он этого не увидит. Она заметила его ухмылку

- Считаешь, я перебарщиваю? – он не ответил ей.

Она передала кубок Мираху. Ну теперь хотя бы понятно откуда он взялся здесь.При этом они соприкоснулись лишь кончиками пальцев и оба вздрогнули. В глазах Мантикоры отразилось лицо Мираха, она покраснела и посмотрела на него с бесконечной нежностью. А Верховный Жрец двух кланов, глава Старейшин и Тайный Советник правителя ответил на ее взгляд собачьей преданностью в щенячьем взоре , разве, что хвостом не завилял. Дорвана аж затошнило от этой идиллии.

Тьфу! – не выдержал он и плюнул себе под ноги. – Ты такая же шлюха, как Твоя Мать!

Конечно же, в его положении пленника позволять себе подобные высказывания он не должен. Это могло ухудшить и без того не самое выгодное для него положение. Но его возмущению не было предела. От Мантикоры он другого и не ожидал бы. А вот Мирах, разочаровал его окончательно. Он и раньше не особо-то его уважал. Но считал до некоторой степени собратом по несчастью . пострадавшему от коварства одной женщины. И, потому он не мог понять как можно после этого соблазниться дочерью Ясмин. Разве же он оне видит что это за порода женщин такая! Да он и устал уже бороться за свою жизнь. Какая ему разница, что с ним будет, так почему же не высказать им сейчас все, что еще можно сказать.

Мирах разозлился. Его глазах полыхнули звездным светом. Он хотел было что-то ему ответить , но мантикора остановила его жестом руки. Она сама ответила:

- Дорван! Полагаю бесполезно Тебе напоминать. Что Ты не имеешь права судить ни меня, ни мою мать, но я тебе об этом напоминаю. - Она помолчала минуту. А потом добавила уже мягче и печальнее – мне жаль Тебя! Ты не способен любить хоть кого-то, даже самого себя.

Дорван пытался изо всех сил смотреть на нее презрительно. Но уязвить ее было трудно и он не понимал сейчас ее отношения к себе: то ли она его жалеет, то ли презирает. – Ты хочешь знать зачем ты здесь? – сменила она тему.

Водопад, если Ты успел заметить впадает в озеро. Оно здесь было всегда. Подземные воды омывают Вторую Часть Резервации возвращая ей жизнь. Ты конечно же, родился здесь и не знаешь древних традиций Человеческой Части мира, существовавших в ней еще до разделения миров. Так вот, одна из традиций такова: побежденный король должен быть принесен в жертву. Это была Великая Честь! Мой отец считает, что ты такой Чести не достоин. А я считаю иначе.

Ты очень постарался опустошить Резервацию: убийства, грабежи, пожары – все это на твоей совести. Но еще ни одному узурпатору не удалось избежать той участи, когда приходит срок платить за содеянное.

Теперь Ты умрешь. Твоя кровь прольется в воды озера и впитается в почву, это будет символический акт жертвоприношения. И природа возродиться когда закончатся Хладные дни. По- моему это справедливо.

Если бы Дорван мог. Он бы не разговаривал с ней, да и не смотрел бы в ее сторону. Но отказать себе в возможности высказаться на прощание он тоже не хотел. потому произнес:

- ну и что!? Давай, доставай свой ирландский ножичек, Можешь перерезать мне горло или пронзить сердце, если духу хватит. Думаешь я испугаюсь и буду умолять о милости. Не дождетесь. Плевал я на Вашу честь! Да, и на Тебя я уже насмотрелся, ты надоела мне до чертей.

Ну умру я! Думаешь заживете спокойно. Не выйдет. Все равно моя смерть на вашей совести. Да и знаешь ли ты кого у себя на груди там пригреваешь* Я был безумен, но разве только я? Дар открывать телепорты не каждый разум выдержит, ты еще хлебнешь проблем со своим Дружком Чародеем. Но мне на Вас обоих плевать!

Она бросила обеспокоенный взгляд в сторону поселения. Этот взгляд говорил о многом. Отчего -то тот чародей, был ей не безразличен. Дорван задел ее за живое и в другой ситуации он бы этому порадовался. Но сейчас ему уже было все равно.

Верховный Жрец положил ей руку на плечо и что-то зашептал на ухо. Она как будто сразу успокоилась, глубоко вздохнула, закрыла глаза и прислонилась к нему. Он ее обнял, продолжая что -то ей говорить, и при этом старался коснуться ее волос губами.

- Да. Да. Ты прав. Мы найдем способ помочь Гуэрсу. - ответила она.

Но судьба Дорвана, решалась здесь и сейчас и проблемы Гуэрса ушли на второй план, лишая его шанса пожить подольше хоть немного. Коты принудили его опуститься на колени. Он не возражал. Так стоять было даже удобней, ноги перестали подгибаться. А его палачи все никак не могли договориться.

- Мирах! – обратилась Мантикора к Жрецу. – Я прошу Тебя уйти. Не хочу чтобы Ты смотрел на это.

Но тут жрец решил проявить настойчивость и отказался:

- Нет! Я не уйду. Я знаю, кто Ты. Анелита! Я люблю тебя и принял Твою суть. Я не буду отворачиваться от тебя из-за щепетильности всякий раз как Ты отпускаешь Зверя!

- Но Мирах! – пыталась возразить женщина. Еще бы, увидеть ее в облике животного. Это не то что с утра не причесанной. До Доврана смутно начало доходить, что обернуться Мантикорой сейчас она собирается не просто так.На сторону Жреца , вдруг встал Большой полосатый кот, с вертикальными зрачками.

- Он прав! – обратился он к Мантикоре. – Ты Рыцарь и Палач. Если он сможет смотреть на то. как ты вершишь правосудие, вы не расстанетесь никогда.

Мантикора колебалась. А Дорван в ужасе слушал их слова. Он поверить не мог в то, что с ним случиться вскоре. Но когда она приняла истинный свой облик Чудовищного Зверя ,он понял как его будут казнить. Вот тут он уже не выдержал. Взмолился

- Нет! Прошу тебя! Возьми меч и отруби мне голову, изруби на куски если хочешь, но только не это!

Один из его вечных кошмаров оживал сегодня. Он старался не вспоминать его. Но зря. Это снилось ему всю жизнь. Ее звериный облик, синие глаза, зловещая пасть полная острых зубов склонялась над его горлом. Раньше он мог проснуться. А сейчас уже нет. Он попытался вскочить Коты не дали. Дорван закричал истошно и громко.

- Дорван! – мурлыкала жуткая Зверюга. Подкрадываясь к нему на больших мягких лапах. – Я Тебе обещаю сделать все очень быстро. Если хочешь, закрой глаза.

Он продолжал кричать. Он кричал даже тогда, когда острые зубы сомкнулись на его горле. Горло гудело разрываемое криком. Он трепыхался в ее зубах как пойманная птица, достаточно долго, пока она не передавив его артерию, не вырвала его жизнь , расплескивая море крови. Он полетел лицом вниз прямо в водопад, наполняя потоки воды кровью.

Потом его выловили из озера и похоронили на берегу. Даже враг заслуживает того, чтобы не быть безымянным. По традиции на могильной плите значилось лишь имя. Ни дат. Ни заслуг. Солнце светило ярко. Озеро не замерзало даже в период Хладных дней, видимо причиной тому стали воды водопада бьющего из скалы.