Симпатика (СИ) - "Ie-rey"

― Кто тебе мешал отслужить в ОСН?

― Я высоту не люблю. И нырять с аквалангом и без ― тоже. Альпинизм тоже не по моей части. Так что я ничего в твоём грёбаном ОСН не забыл.

― А ещё ты мышей боишься, поэтому тебя в ОСН просто не взяли, да? ― развеселился Чонин.

― А если в глаз?

― А ты фиг попадёшь. Налево тут.

― Да знаю я. Зараза ты, Чонин. Всё, что в тебе есть хорошего, это только Солли.

― Ну хоть что-то, ― фыркнул Чонин и лениво вытянул длинные ноги, нашарил ступнёй ящик с аквалангом, подцепил носком ботинка и подтянул ближе. ― Надеюсь, не понадобится.

― Чего вдруг? Ты же умеешь с аквалангом.

― Умею, но не люблю. Предпочитаю так нырять.

― Без акваланга ты долго под водой не пробудешь.

― Шесть минут. Вполне достаточно, чтобы осмотреть брешь, если она на глубине до двадцати метров. Во время второго захода возьму образцы. Нормально.

― А если не двадцать метров, а больше?

― Придётся тогда лезть в эту штуку… ― Чонин слегка пнул ящик с аквалангом. ― Я мог бы и до тридцати метров, но это уже сложнее. И отдыхать между заходами придётся дольше.

― Ты просто ненормальный, ― со вздохом подытожил Чанёль. ― Я б ни за что в воду не полез. Тем более если там брешь. Ведь кто угодно может пролезть. Мурены там, медузы, прочая хищная дрянь. Сказал же ― мало ли кто там решит за зад цапнуть зубками.

― Море не настолько опасно, каким кажется.

― Лучше перестраховаться.

Чанёль притормозил у исследовательского комплекса в десять этажей, забрал ящик с аквалангом и пошагал за Чонином к пологой водной площадке для дельфинов, граничившей с защитным ограждением.

― Кто тут главный? ― спросил Чонин, приблизившись к группе сотрудников комплекса, торчавших у площадки.

― Пока я, ― отозвался один из них ― в ярко-оранжевом халате. ― Понимаете, тут такое дело… На камерах наблюдения толком ничего не видно. Просто промелькнула тень какая-то, похоже было на человека, а потом все датчики сошли с ума, и сигнал тревоги сработал. Показывает нарушение целостности ограждения.

― Какая глубина? ― сразу уточнил Чонин и опустился на корточки у воды. Было темно, и мощные прожекторы не особенно и помогали разглядеть что-то в толще воды. Разве что метров десять в глубину…

― Если верить данным охранной системы, то сорок метров.

― Чёрт, ― с тоской протянул Чонин. ― Ещё что-нибудь обнаружили? Дополнительные приборы или лишние детали на ограждении?

― Нет, ничего такого. Просто прореха в ограждении. Надо лишь посмотреть, естественного она происхождения или прорезали специально. Если специально, то это ваше дело. Если естественная, то отдел обслуживания ограждения получит на орехи.

― Замечательно… ― Чонин открыл ящик с аквалангом и принялся раздеваться, чтобы влезть в специальный костюм. Потом Чанёль помогал ему закрепить на спине лёгкую трасформокамеру, с помощью которой из воды извлекался пригодный для дыхания воздух.

Чонин вновь опустился на корточки у края площадки, прополоскал маску, затем плюнул на стекло с внутренней стороны и тщательно растёр слюну по гладкой поверхности.

― Ты что делаешь? ― опешил Чанёль.

― То, что положено по инструкции, ― безмятежно отозвался Чонин. ― Чтобы стекло не запотело.

― Какая гадость.

― Ну что ж сделаешь. Ладно, я пошёл. ― Чонин надел маску и проверил напоследок чехлы с ножами на лодыжках и запястьях. Ещё один красовался на правом бедре. Взять малый прожектор Чонин отказался. Когда он ушёл под воду, Чанёль ещё некоторое время всматривался в толщу воды, затем велел включить всю иллюминацию, что имелась под рукой.

― Так, идёт в верном направлении, ― отметил тип в оранжевом халате, отслеживая перемещения Чонина на переносном мониторе. На мониторе различить Чонина было невозможно в нормальном виде, только в виде маячка. Вскоре маячок замигал рядом с красным маркером прорехи. ― Добрался и осматривает, кажется.

― Что тут происходит? ― прозвучал недовольный голос за спиной Чанёля. ― Где бригада аварийной помощи? Необходимо срочно закрыть брешь.

― А вы ещё кто? ― строго вопросил Чанёль, развернувшись к бойкому незнакомцу. Тот тоже щеголял в оранжевом халате. Волна каштановых волос спадала на лоб, а глаза грозно сверкали, как у волка, хотя сам незнакомец здорово уступал Чанёлю в росте.

― Руководитель этого исследовательского комплекса. А эта территория представляет часть моего проекта. У меня тут уникальные дельфины. Если хоть один потеряется и окажется за пределами этого квадрата, я вас лично отправлю пинком под зад ловить их и возвращать обратно.

― Не отправите. Лейтенант Пак, ― представился Чанёль. ― Специальный отдел. Особая снайперская бригада.

― О Господи! ― выразительно закатил глаза чудак в оранжевом. ― На кой чёрт тут снайперская бригада сдалась? Будете стрелять по прорехе катышками из клея сквозь толщу воды в сорок метров?

― Хорошая идея, кстати, ― осклабился Чанёль.

― Господин Бён, взгляните, у нас тут странный сигнал, ― позвали от монитора наблюдения. ― Видите? Вот это прореха, а вот сигнал сотрудника спецотдела, а вот тут…

― Чтоб тебя! Немедленно доставайте придурка из воды! ― резко скомандовал господин Бён. ― У вас рация или радиосвязь работает?

― Нет, конечно. Мы приехали первыми как дежурные, такое оборудование не предусмотрено в комплекте дежурного транспорта. А что случилось?

― Конец света, ― побледнел господин Бён и тронул ворот халата тонкими длинными пальцами, словно тот душил его. ― У нас тут акула, вы понимаете? Какие показатели сигнала?

― Метра три где-то. От носа до кончика хвоста. Может, и четыре. Скорее всего, крупная голубая.

― Слышали? Наверное, прошла через брешь.

― Вы с ума сошли? ― не поверил Чанёль. ― Да тут акул уже лет сто как не видели.

― Теперь увидите. Куда акула идёт?

― Движется на звук, кажется. Идёт к бреши.

― Чёрт! Дайте сигнал SOS световой азбукой Морзе, может, ваш товарищ правильно поймёт…

По краю площадки забегали люди, а прожекторы принялись гаснуть и вспыхивать, подавая сигнал Чонину.

― Отойдите от края площадки! Все! Немедленно! ― звонко закричал Бён, размахивая руками. ― И пусть откроют пятый, девятый и одиннадцатый вольеры!

― Но там же лучшие образцы! ― возмутился кто-то из подчинённых Бёна.

― Вот именно! Открывайте немедленно. Что там с придурком у бреши?

― Возвращается, ― доложили от монитора.

Чанёль посмотрел на монитор поверх плеча Бёна.

― А акула? ― тихо спросил он, но его услышали.

― Идёт за ним.

― Паршиво. Даже если она не станет нападать, но просто пройдёт рядом, она своим боком сотрёт ткань костюма, кожу и мясо до кости. Шкура жёсткая и шершавая. И тогда пойдёт кровь. Когда она кровь почует ― а почует непременно, она нападёт точно.

― И что делать? ― заволновался Чанёль.

― Ничего. До дна далеко, он не успеет спуститься достаточно быстро, чтобы спрятаться в камнях. И глубина такая, что стандартного костюма недостаточно. Если продержится секунд двадцать… Всё равно подниматься на поверхность надо тоже без спешки, декомпрессия…

― Смотрите! ― закричали от края площадки. Все кинулись туда. В свете прожекторов удалось разглядеть фигуру человека в серебристом костюме на глубине около десяти метров. И удалось разглядеть заходящую на круг акулу. В самом деле, крупная голубая.

― Метров пять, да?

― Нет, четыре с половиной, ― поправил Бён, уперевшись ладонями в край площадки и вглядевшись в воду. ― И она собирается напасть.

― С чего вы взяли?

― Так на круг же зашла, чтобы удобнее было схватить. Что с сигналами?

― Одиннадцатый должен успеть, ― отозвались от монитора.

В воде в свете прожекторов сверкнуло лезвие ножа, отлетевшего в сторону от Чонина. Акула рыскнула вправо и кинулась туда, где миг назад блестел металл.

― Какой умница, знает, что акулы, как те сороки, хватают всё, что блестит… ― похвалил Бён. ― Где одиннадцатый?

― Уже на месте. Сейчас он…