Путешествие в страну снега и медведей - Саша Урбан

ли многозначительные диалоги? Перо нервно отбивало чечётку, ожидая команды; в конце концов Альберт призвал к себе стакан виски и, сделав долгий глоток, произнёс:

«Ситуация в России выходит из-под контроля. Архивы предсказаний дают неутешительные результаты, которые местная власть всячески пытается предотвратить. Поиски Грин-де-Вальда пока безуспешны, русские больше озабочены внутренними проблемами и пытаются сохранять нейтралитет. Тем не менее, глава мракоборцев предложил нам помощь в обмен на уничтожение бузинной палочки. Точка»

Он вздохнул и ещё раз взглянул на стакан виски и одним махом осушил его. Весь день он провёл у архивной дамочки, которая вместо анекдотов зачитывала ему фрагменты отчетов, рапортов и служебных записок. На основе услышанного у мужчины появлялось ощущение, что он стоит на краю бездны, а над ним нависла волна высотой с девятиэтажный дом. И Трелони не ошибался.

12. Дамские секреты и семейные дела

Хоть русские зимы и славятся невыносимо длинными ночами, в этот раз Дарья Аргутинская была бы совершенно не против, если бы утро повременило с наступлением. Поспать ей удалось от силы пару часов, и все это время она болталась где-то над самой гранью сна, тратя все силы, чтобы просто расслабиться и сбросить себя все переживания минувшей ночи. Казалось, все путешествия по Хитровке были не более, чем ярким и насыщенным сном, но крепкий и острый запах трущоб, въевшийся в кожу и волосы, как бы намекал, что все это было взаправду. Дарья то и дело запускала руку в карман платья, где лежала завернутая в платок капсула с Астреей. Каждый раз, стоило девушке нащупать ее через ткань, по нервам пробегал сильный электрический разряд, а сердце пропускало удар, чтобы через секунду начать биться еще сильнее. На губах девушки расцветала глуповатая, почти влюблённая, улыбка, которую не омрачало ни воспоминание об оскорбленном и разочарованном Персивале Грейвзе, ни мысль о предстоящем замужестве. Все тревоги отступали, и Дарья в своих мыслях оказывалась наедине со своей главной, практически единственной, целью — спасти Наташу и как можно больше других магов.

«И магглов», — напомнила себе девушка, но тут же осеклась. Перед глазами встал образ тех… существ, которых они с Персивалем увидели ночью в крепости. Безвольных, практически утративших человеческий облик, разум. На место всему, что делало их похожими на людей, пришла только безудержная жажда. Сколько таких людей еще было в Москве? И что с ними делали, когда нужно было освободить койки?

Дарья встрепенулась и села. После такого воспоминания можно было и не пытаться уснуть дальше. Девушка взглянула на часы — скоро должна была прийти горничная, и хоть она пользовалась доверием молодой княжны, Дарья не очень хотела испытывать ее пожилое сердце своим внешним видом. Девушка слезла с кровати, выложила ампулу из кармана и спрятала ее в шкатулку с драгоценностями. Затем сняла с себя пропахшую Хитровкой одежду и кинула ее в камин, присыпала сверху ароматными травами и, прошептав быстрое заклинание, подожгла. После этого она набрала ванну, практически на треть заполнив ее всеми ароматными маслами, которые были на полочке, лишь бы перебить и отскоблить от себя запах помоев, и опустилась в горячую воду.

Под действием температуры и пара мысли улеглись и расправились. Девушка вытянула ноги, расслабляя мышцы. Чем меньше напряжения оставалось в теле, тем сильнее распускались и цвели раздумья в ее голове. Нужно было выстроить порядок действий. Для начала — изучить формулу Астреи. Это она сможет сделать даже сегодня, в выходной день в канцелярии будут только отпетые трудоголики, и на присутствие Дарьи никто и вовсе не обратит внимания. Затем надо будет придумать план по похищения палочки. От одной мысли об этом по ее вискам разлилась тупая ноющая боль. Дарья вертела эту мысль, пытаясь придумать, как осуществить такую затею в одиночку.

«Спрятать под юбкой», — из всех вариантов этот был самым правдоподобным. Хотя, конечно, можно было бы пригласить Василевского прямиком на бал, напоить оборотным зельем и выдать за кого-нибудь из мелких клерков, но тут было слишком много тонких моментов, в которые что-то могло пойти не так. А от мысли о том, чтобы впустить Василевского в Канцелярию, провести его туда своими руками, ей становилось плохо. Становилось очевидно, что ей нужны союзники.

Дарья взвыла и нырнула под воду, давая себе пару секунд на размышление. Когда она вынырнула, воздух холодными иглами впился ей в лицо, легкие, вплёлся в волосы ледяными лентами. Да, смысла спорить не было — ей действительно нужна была помощь. Вот только к кому обратиться? Пашу она и так загоняла своими просьбами, Персиваль Грейвз теперь считает ее хладнокровной интриганкой, а больше доверия она ни к кому не испытывала. Всю свою жизнь Дарья предпочитала работать одна: сначала потому, что у неё особенно не было друзей, затем — поскольку она перестала в них нуждаться. То есть, немного друзей у неё было, с ними можно было посетовать на строгость учителей, со смехом поесть яблоки на ярмарках, пообсуждать кавалеров на балах, но это не те люди, к кому можно заявиться и сказать: «А не изволите-с составить мне компанию в небольшой авантюре? Нужно всего лишь похитить самый мощный магический артефакт, увести его из-под носа у агентов из трех стран и самого опасного чародея на планете!». Конечно, очередь желающих выстроится, как на сватовство.

Благо, до бала было еще несколько дней, и Дарья дала себе обещание подумать над вопросом союзника не позже следующего вечера. А пока — нужно было решить вопрос с Астреей.

Горячая ванна придала Дарье сил. Девушка вышла из воды, взглядом стараясь избегать зеркала, обернулась мягким полотенцем, высушила волосы и вернулась в комнату. Время близилось к восьми часам, между комнатами уже начали раздаваться мягкие