Питер Пэн и Ловцы звёзд - Дэйв Барри

— Вы имеете в виду — за то, что не убили вас? — уточнил вождь Воинственная Креветка.

— Да, — отозвался Леонард. — Это было очень любезно с вашей стороны.

— Да не за что. Какие пустяки, — сказал вождь.

— А у вас — в вашем племени — принято пожимать друг другу руки? — спросил Леонард.

— Нет, — ответил вождь. — Мы целуем друг друга в губы.

— А! — отозвался Леонард. Вид у него стал обеспокоенный.

— Я пошутил, — усмехнулся вождь Воинственная Креветка и протянул руку, которую Леонард и пожал с большим облегчением.

Потом Леонард повернулся к Питеру и остальным мальчикам, стоявшим рядом с Альфом и Молли.

— Пора отплывать, — сказал Леонард. — Через неделю вы вернетесь домой, в Англию, и все это превратится в сон. Ну что, готовы? Тогда забирайтесь в баркас!

И все двинулись к баркасу — все, кроме одного человека. Питер остался стоять на месте.

— Питер! — позвала его Молли. — Ты идешь?

— Да, Питер! — подхватил Джимми. — Идем скорее!

— Давай, малый! — позвал Альф. — Мы плывем домой!

— Я не поеду, — покачал головой Питер.

— Что?! — почти хором переспросили Леонард, Молли, Альф и Джимми.

Вождь Воинственная Креветка подошел поближе к Питеру и стал внимательно слушать.

— Я остаюсь здесь, — заявил Питер.

— Но… но почему?! — спросила Молли.

— Я так решил, — ответил Питер. — Англия мне не дом. Единственное подобие дома, которое я знал, — приют Святого Норберта, а туда я не вернусь.

— Конечно, ты туда не вернешься, — согласился Леонард. — Я же говорил тебе: ты будешь жить у нас в семье. Так мы хотя бы отчасти отблагодарим тебя. Молли рассказала мне, как ты помог Ло… как ты помог нам. Ведь ты рисковал собой. Не говоря уже о том, что ты спас жизнь моей дочери. Да я и сам, своими глазами видел, как храбро и находчиво ты действовал, спасая сундук от пиратов.

— И спасая мою жизнь, — негромко добавил вождь Воинственная Креветка.

— В общем, твой дом теперь у нас, — сказал Леонард. — И твой, и твоих товарищей.

Питер немного помолчал, потом глубоко вздохнул и заговорил:

— Это очень великодушно с вашей стороны, сэр. Уверен, у вас чудесный дом, и в глубине души, — он взглянул на Молли и тут же отвел глаза, — мне очень хочется ответить согласием. Но я не могу.

— Но почему, Питер, почему? — воскликнула Молли. Глаза у нее заблестели.

— Потому что я теперь не такой, каким был прежде, — объяснил Питер. — Я изменился, Молли. Я могу делать то, чего не мог прежде. Если я сделаю что-нибудь такое в Англии, то превращусь в уродца, которого показывают в цирке. Мне придется скрываться и таиться. Здесь же, на острове, я могу быть самим собой.

— Питер, — произнес Леонард, — не стану отрицать, ты говоришь правду. Нам с Молли… да всем нам, — он махнул рукой в сторону сидящих в баркасе Ловцов звезд, — приходится скрывать нашу истинную сущность. Да, твоя ситуация отличается от нашей. Но не так уж сильно. Ты не будешь одинок. Ты станешь одним из нас.

— Да, на какое-то время, — согласился Питер. В голосе его проскользнула нотка горечи. — А потом вы пойдете дальше. А я, если вы правы в своих предположениях насчет меня, — нет. Я так и останусь летающим мальчиком, пока вы будете идти по жизни, как все нормальные люди.

Питер взглянул на Молли, и она увидела, что его глаза тоже блестят.

— Питер, — с горечью произнес Леонард, — я чувствую себя ответственным за это. Если бы не я — не мы, — ничего этого с тобой бы не случилось. Потому еще раз прошу тебя — умоляю — отправиться с нами в Англию и позволить нам защищать тебя и заботиться о тебе.

— Извините, — сказал Питер. — Нет.

Молли спрятала лицо в ладонях и сдавленно всхлипнула.

— Прости… — прошептал Питер.

Воцарилась тишина, и в этой тишине Джимми отошел от баркаса и встал рядом с Питером.

— Если он остается, — сказал Джимми, — то и я остаюсь.

— Не надо, Джимми! — воскликнул Питер. — Ты не понимаешь. Я изменился! Ты можешь вернуться обратно в Англию и…

— …и быть сиротой? — спросил Джимми. — И ходить в другую школу? И никогда-никогда больше не пережить таких приключений, как здесь? И бросить лучшего друга на краю света? Нет, Питер. Я тоже изменился. И если ты остаешься, то и я остаюсь.

— Если они остаются, — сказал Прентис и зашагал по песку, — то и я остаюсь.

— И я! — сказал Том и двинулся следом за Прентисом.

— Еда ведь тут будет, верно? — последним из мальчиков сказал Толстый Тэд.

Теперь они стояли рядом на песчаном берегу — пятеро мальчишек из приюта Святого Норберта.

Питер вопросительно взглянул на Альфа.

— Извини, малый, — покачал головой матрос. — Я уже не молодой человек, и с меня приключений достаточно. Я иду.

Он шагнул к Питеру, раскинув руки. Питер кинулся к нему и утонул в могучих медвежьих объятиях. Так они застыли на мгновение: ноги Питера болтались в воздухе, а лицом он уткнулся в плечо Альфу. Потом матрос поставил мальчика на землю, и они отвернулись друг от друга: у обоих по щекам струились слезы.

— Ну, ладно, — произнес Леонард Астер, вдруг обнаружив, как что-то сдавило ему горло. — Думаю, я не могу заставить вас плыть с нами. То есть я мог бы, но после всего, что Питер сделал для нас, это было бы неправильно. Потому не буду стоять у тебя на пути, Питер. Но как же насчет наших гостеприимных хозяев? Ведь, в конце-то концов, это их остров…

Все взгляды обратились к Воинственной Креветке.

— Этот мальчик спас мне жизнь, — сказал старик. — Он здесь — желанный гость, равно как и его друзья. Моллюсканцы принимают их под свое покровительство и разрешают жить здесь столько, сколько они захотят.

— Спасибо, — поблагодарил Питер.

— И от меня спасибо, — добавил Леонард. — Но, Питер, надеюсь, ты понимаешь, что на этом острове таится серьезная опасность? Пираты убежали, и, если Черный Ус оправится от той раны, которую ты ему нанес, он будет жаждать твоей крови и не остановится ни перед чем, лишь бы пролить ее.

— Понимаю, — ответил Питер и коснулся кинжала, торчащего у него за поясом. — Я буду начеку.

— Кроме того, — продолжал Леонард, — тут бродит этот огромный крокодил, наверняка есть и другие опасные животные. И бог весть еще какие ужасы.

— Я не боюсь, — отозвался Питер.

— Да, понимаю, что ты не боишься, — сказал Леонард. — Ты очень храбрый молодой человек. Возможно, даже немного чересчур. Поэтому, раз нам придется оставить тебя тут — а похоже, так дело и обстоит, — хочу дать тебе кое-кого для твоей защиты.

— Это вы о чем? — удивился Питер.

— Погоди минутку. Сейчас тебе покажу, — сказал Леонард.

Потом он обратился к Воинственной Креветке:

— Не мог бы кто-нибудь из ваших людей принести мне птичку?

— Птичку? — переспросил вождь Воинственная Креветка.

— Да, птичку, — подтвердил Леонард. — Может кто-нибудь из вас поймать мне живую птичку?

— Конечно, — сказал вождь. — Моллюсканцы — отличные охотники.

Он повернулся к своим соплеменникам и проворчал-прощелкал короткую фразу. Тут же полдюжины юношей кинулись в джунгли.

— Они скоро вернутся, — сказал вождь Воинственная Креветка.

— Великолепно, — ответил Леонард. — Итак, Питер, если ты подождешь несколько минут…

Леонард забрался в баркас и негромко посовещался о чем-то с двумя Ловцами звезд. Они быстро облачились в свои золотые защитные костюмы, потом со всяческими предосторожностями открыли крышку деревянного сундука и принялись что-то делать с лежащим в нем золотым ящиком.

Все это заняло минут пять. Потом Ловцы звезд закрыли сундук и вручили Леонарду золотой мешочек и еще что-то маленькое. Леонард положил мешочек в карман камзола, а второй предмет зажал в кулаке.

— Ну что ж, Питер, — сказал он, вернувшись на берег. — Во-первых, я хочу дать тебе вот это.

Он раскрыл ладонь. На ней лежал медальон Ловца звезд: сияющий шарик на золотой цепочке.

— Но зачем? — спросил Питер. — Ведь с тех пор, как я изменился, я и так могу летать…

— Да, летать ты можешь, — согласился Леонард. — Но может настать такой день, когда тебе понадобится звездное вещество, а в особенности — его целительная сила. — Он надел цепочку Питеру на шею. — Всегда держи его при себе и используй разумно.

— Обязательно, — пообещал Питер, прикоснувшись к цепочке.

— А теперь, — произнес Леонард, оглядываясь по сторонам, — нам нужно… А, вот и они.

Молодые охотники-моллюсканцы вернулись из джунглей. Они рысцой бежали вдоль берега, и первый с гордостью держал что-то в поднятой руке. Когда они приблизились, Питер увидел, что это птичка, маленькая, но необыкновенно красивая: тело и крылья у нее были изумительного изумрудного оттенка, а нежная головка — ярко-желтая, словно сердцевина маргаритки.

— Замечательно! — воскликнул Леонард. — Позвольте мне…