Числа против лжи. - Анатолий Фоменко

Таким образом, Апокалипсис написан, скорее всего, в конце XV века новой эры, за несколько лет до ожидаемого всем христианским миром конца света в 7000 году от Адама, то есть в 1492 году н. э. Глубокий страх перед этим событием ярко отразился в Апокалипсисе.

Принятая сегодня точка зрения, что Апокалипсис написан Иоанном Богословом, автором четвертого Евангелия, по-видимому, неверна. Поскольку Евангелия написаны, скорее всего, в XII–XIII веках, то есть раньше XV века. Напротив, утверждение многих старых церковных писателей, что Иоанн Богослов и Иоанн, автор Апокалипсиса, — разные люди, подтверждается нашей независимой астрономической датировкой Апокалипсиса. Таким образом, эпоха написания Апокалипсиса и эпоха написания Евангелий — это существенно разные эпохи.

Мы уже отметили, что эпоха Апокалипсиса, по-видимому, совпадает с эпохой Пятикнижия. Как мы показываем в книге «Библейская Русь», гл. 4–5, это — время османского = атаманского завоевания XV века н. э. То есть «библейского Исхода» под предводительством Моисея и Аарона, то есть Льва. Недаром в Апокалипсисе сказано, что именно «Побеждающему», то есть созвездию Льва, «дана утренняя звезда», то есть Венера. Сближение «Побеждающего» в Апокалипсисе со Львом — Аароном, или с Моисеем, усиливается также следующим стихом: «ПОБЕЖДАЮЩЕМУ дам вкушать сокровенную МАННУ, и дам ему белый КАМЕНЬ, а на камне написанное новое имя» (Ап. 2:17). Напомним, что о МАННЕ говорится в библейской книге Исход, описывающей, как мы показываем в книге «Библейская Русь», гл. 4–5, османское = атаманское завоевание XV века. А в белом камне с начертанным на нем «новым именем» нетрудно узнать каменные скрижали Моисея, на которых был написан новый закон — «Второзаконие», то есть второй или новый закон.

После того как мы астрономически датировали Апокалипсис концом XV века, интересно взглянуть на иллюстрации, которыми снабжали средневековые художники этот знаменитый текст. На рис. 3.43 представлена миниатюра из Апокалипсиса XVI века. Мы видим всадника, стреляющего из мушкета, рис. 3.44. Хорошо виден затвор мушкета. Всадник нажимает на курок. Из ствола вырывается пламя. К стволу привязан рожок с порохом, пороховница. Над головой всадника написано «смерть». Мы видим, что средневековые художники отражали в иллюстрациях к Апокалипсису реалии той эпохи, в которую он написан. Хорошо известно, что в XV веке огнестрельное оружие, мушкеты и пушки, уже широко применялись на полях сражений. Например, в 1453 году при взятии Константинополя, османы использовали тяжелую артиллерию [240].

Рис. 3.43. Средневековая иллюстрация из библейского Апокалипсиса. XVI век. ГБЛ, ф. 98, № 1844, л. 24. Всадник стреляет из мушкета. Из ствола вырывается пламя. Взято из [745], т. 8, с. 442.

Рис. 3.44. Фрагмент иллюстрации из библейского Апокалипсиса. Смерть на коне стреляет из мушкета. Взято из [745], т. 8, с. 442.

Вот другая иллюстрация из Апокалипсиса XVI века [745]. См. рис. 3.45. Изображена картина разрушения, производимого ангелом, «дующим в трубу», из которой вырывается фонтан пламени. Скорее всего, здесь довольно откровенно изображена средневековая пушка, стреляющая ядрами или картечью. Там, куда падает язык огня, художник изобразил пламя большого взрыва. По-видимому, в средние века пушки иногда описывали и изображали как трубы, из которых вырывается огонь. Эта традиция, — изображать огнестрельные пушки на иллюстрациях к Апокалипсису, — дожила до XVIII века. На рис. 3.46 представлена иллюстрация из «Апокалипсиса толкового» 1799 года. Сюжет в целом тот же. Ангел, «дующий в трубу», из которой вырывается огонь выстрела. Вдали, там, куда падает огонь, все сгорает, вздымается пламя взрыва. Еще более откровенно выстрел из пушки изображен на средневековой иллюстрации к Апокалипсису, представленной на рис. 3.47.

Рис. 3.45. Иллюстрация из библейского Апокалипсиса. XVI век. ГБЛ, ф. 98, № 1844, л. 33. Ангел «дует в трубу», из которой вырывается столб огня. Там, куда падает огонь «из трубы», вздымается пламя взрыва. По-видимому, изображен выстрел пушки. Взято из [745], т. 8, с. 451.

Рис. 3.46. Иллюстрация к библейскому «Апокалипсису толковому», 1799 г. РГБ, ф. 247, № 802, л. 61 об. Уже знакомый нам сюжет. Пушка в виде «трубы», из которой вырывается огонь выстрела. Видно пламя взрыва там, куда падает «граната». Взято из [745], т. 9, с. 485.

Рис. 3.47. Иллюстрация к библейскому «Апокалипсису толковому», 1799 г. РГБ, ф. 247, № 802, л. 70 об. Тот же сюжет. Огонь выстрела из пушки, падение и взрыв «гранаты» при ударе о землю. Взято из [745], т. 9, с. 486.

Наверху мы видим «трубу», в которую снова «дует ангел». Из трубы вырывается пламя, а вдали — огненный взрыв пушечного снаряда в момент удара о землю.

Начиная с XV века, пушки наводили ужас на жителей Европы. Так что их появление на иллюстрациях к только что написанному Апокалипсису, как образов устрашения, совершенно естественно. Все это, хотя и косвенно, подтверждает нашу астрономическую датировку Апокалипсиса концом XV века.

На рис. 3.48 приведена иллюстрация к Апокалипсису якобы 1260–1270 годов. Апокалиптический всадник изображен здесь как средневековый рыцарь, в кольчуге и латах. Причем на латах мы видим герб, вероятно, льва.

Подробнее об Апокалипсисе см. «Античность — это средневековье», гл. 2.

Рис. 3.48. Иллюстрация из Апокалипсиса якобы XIII века. Апокалиптический всадник в виде средневекового рыцаря. (Lambeth Apocalypse). Взято из [1075:1], с. 183.

Глава 4

Астрономия в Ветхом Завете

1. Средневековая астрономия в ветхозаветной библейской книге «Иезекииль»

1.1. О названии книги

Профессор теологии Чарльз Бригг писал: «Бóльшая часть ветхозаветных писаний была составлена авторами, имена и связь которых с их сочинениями затерялась в глубокой древности.» Цит. по [543], с. 119–120.

Кстати, о названии книги «Иезекииль». Как указал Н.А. Морозов, еврейское начертание ИЕЗК-АЛ переводится как «Осилит Бог» [543], с. 226. Скалигеровская история считает Иезекииля автором, жившим якобы между 595 и 574 годами до н. э. Однако, слово «Иезекииль» употребляется как имя отдельного лица в пророчестве только один раз (Иез. 24:24), в туманном контексте, приобретающем смысл после перевода слова «Иезекииль» как «Осилит Бог». Среди многих десятков обращений к автору пророчества Бог всегда использует «ты», ни разу не употребляя собственного имени. Возникает естественная мысль, что Иезекииль — просто название книги, точно отвечающее ее содержанию — грядущей победе какого-то непризнаваемого Бога. Такое рациональное объяснение названия не имеет, конечно, никакого значения для анализа ее астрономического содержания, однако показывает — как полезно задумываться о возможности перевода древних имен и слов. Многое становится понятнее.

Анализ Н.А. Морозова в [543] показывает, что через все пророчество проходят, среди прочих, следующие две темы.

1) ЯВНЫЕ ЗАИМСТВОВАНИЯ ИЗ НОВОЗАВЕТНОГО АПОКАЛИПСИСА. Современные комментаторы, конечно, трактуют их в обратном направлении, поскольку считают Ветхий Завет предшественником Нового. Однако это, скорее всего, неверно. Наши исследования показывают, что Ветхий и Новый Заветы либо создавались практически одновременно, либо Новый Завет предшествует Ветхому Завету, см. книгу «Библейская Русь».

2) АСТРОНОМИЧЕСКИЕ «ВИДЕНИЯ» АВТОРА ПРОРОЧЕСТВА. Н.А. Морозов считал, что книга «Иезекииль» содержит планетный гороскоп. Морозов даже попытался датировать его астрономически. Получился вроде бы 453 год н. э. А точнее, 453 год — это лишь первое астрономическое решение, обнаруженное Морозовым при движении по оси времени из глубокой древности к нашему времени. Возможно, есть и другие, более поздние решения, не найденные Морозовым все по той же причине — он остановился слишком рано, считая, что Библия написана не позднее V–VI веков н. э. В этом он глубоко ошибся. Библия, вероятнее всего, создана в эпоху XI–XVII веков н. э. См. книгу «Библейская Русь».

Наше мнение таково. В отличие от Апокалипсиса, гороскоп «Иезекииля» описан очень туманно. Это расплывчатое описание вряд ли пригодно для астрономической датировки. Поэтому мы не будем тратить на него время, отсылая интересующихся к книге Морозова [543].

Но в чем Н.А. Морозов заведомо прав, так это в том, что ветхозаветный «Иезекииль» действительно переполнен астрономической информацией, позволяющей уверенно отнести эту книгу к астрологическим текстам средневековья. Может быть, даже позднего средневековья. Это обстоятельство важно, и мы проиллюстрируем его примерами.