Не пара для волка - Майя Эйлер

Обернулась и все, что смогла сделать, судорожно вздохнуть.

Снег перестал быть белым, окрасившись от крови в алый. Ужасно прекрасное зрелище, от которого захватывало дух и терялся дар речи. Напоминание, что все мы смертны. Туша одного из волков лежала в разрытом сугробе на обочине. Рядом сидела Диана, обнимая мертвого волка и рыдая так, что становилось не по себе. Значит, это был Николай, хотевший так много. Диана не обращала внимания на кровь, прижималась к нему и плакала. Чисто по-человечески мне стало ее жаль, но только на время. Я прекрасно понимала, что если бы не это, то моя жизнь была бы закончена. Николаю незачем было оставлять меня в живых, так что, все к лучшему.

Я вздохнула, понимая, что вот-вот упаду, развернулась, чтобы пройти эти несчастные несколько метров до главной дороги, но не сделала ни шага.

Прямо передо мной стоял большой серый волк. Желтые горящие глаза смотрели на меня, не мигая, словно оценивали, рассчитывали, куда я побегу. За одно лишь мгновение я успела попрощаться с жизнью, а потом…

Волк неожиданно наклонил голову и скупо вильнул хвостом. Как собака. Очень большая и страшная собака. И пошел на меня. Отступить я не могла, просто не хватило бы сил. Ни физических, ни душевных. Я так устала, что даже готова была сейчас умереть, но почему-то в душе вдруг возникло странное тепло, объяснить которое я была не способна. Волк казался добрым, несмотря на то, что на его морде сверкали капельки крови, уже успевшие подмерзнуть.

Он шел прямо на меня, не отрывая взгляда, и мне казалось, что он видит мою душу, знает, какая я на самом деле. Понимает, что мне нужна его помощь, просто необходима, ведь без нее я просто пропаду.

Закрыла глаза и только вздохнула, когда его голова уткнулась мне в бок. Хорошо, что не с той стороны, где жутко саднили ребра, иначе я бы просто не смогла устоять на ногах.

Он был большим и теплым, добрым, милым… Я чувствовала, как волк легко подталкивает меня, вынуждая идти к дороге, двигаться, чтобы жить. Вытащила руку из кармана и коснулась шерсти. Горячая, шелковистая, приятная. Родная. Он вдруг стал самым близким на всем белом свете. Оборотень, который расправился с врагом, не приложив почти никаких усилий. Я должна была бояться, но хотелось улыбнуться, обнять его, прижаться, зарываясь руками в эту мягкую шерстку…

Он не дал мне этого сделать. Волк осторожно прихватил зубами край кофты и потащил к дороге. Я медленно шагала следом, даже не чувствуя, куда наступаю. Но он вел меня, останавливался, когда это было нужно, обводил вокруг особо больших снежных сугробов.

И вывел.

– Спасибо, – прошептала ему, и мне показалось, что в его глазах сверкнуло недовольство.

Он сел, практически обхватив меня лапами, укутывая своим теплом. Я опустила голову и сделала то, чего мне так хотелось, – запустила руки в эту густую шерсть.

Позади нас скрипел снег. Милана не захотела оставаться одна и медленно шла следом. Она боялась его, он вызывал у нее отвращение, и я не могла понять, как Андрей вообще мог связаться с такой? Вот уж кто не пара волку!

Взревел мотор, взвизгнули тормоза, и рядом с нами остановилось стразу три джипа. Из них вывалились серьезные парни, тут же взявшие нас в кольцо. Вот только защищать уже было не от кого.

– Друг, – один из них, с белой повязкой на голове, подошел к нам. – Друг, спокойно. Давай я посажу ее в машину и отвезу, где тепло, а там уже продолжишь ее защищать. Хорошо?

Волк недовольно рыкнул, но отступил от меня.

– Спасибо, – еще раз шепнула я.

– Эй, давай в тепло, – меня осторожно, под пристальным волчьим взглядом сопроводили до машины, усадили на заднее сиденье. – Я Славик, друг Андрея, не беспокойся, теперь все хорошо будет.

– Я знаю.

Дверь с другой стороны распахнулась, и в салон забралась Милана. Она очень громко всхлипывала, всячески старалась привлечь к себе внимание. Слава укутал меня пледом, сказал водителю, чтобы тот врубил печку на полную, и занялся девушкой, которая требовала к себе особого отношения.

В окно я видела, что оборотень дождался, пока меня усадят, и рванул в лес. Вместе с его уходом в сердце образовалась пустота, которую я попыталась заполнить мыслями.

Кожу от тепла уже начало покалывать, скоро все тело начнет саднить, потом вернется боль от ушибов, и жизнь станет не мила. Но все это лишь сильнее убеждало меня в мысли, что оборотни – опасны. Как только выберусь, сделаю все, чтобы оказаться как можно дальше от них.