Безвозвратно (ЛП) - Сноу Тиффани А.

Я выдавила натянутую улыбку, не уверенная, во что себя втягивала. Поднявшись, чтобы уйти, Симона поцеловала меня в обе щеки в европейском стиле, и, попрощавшись с Грейси, удалилась.

Закрыв за нею дверь, Грейси вернулась на кухню с сияющей улыбкой.

— Я так рада! — воскликнула она с энтузиазмом. — Тебе обязательно понравится! Я обещаю. Сегодня мы тебя приведем в порядок!

Она потерла ладони в нетерпении.

— Что значит «приведете в порядок»? — спросила я с нарастающей тревогой.

— Приятные вещи, — беззаботно отмахнулась она. — Красивая прическа, макияж. Я знаю как раз подходящее место, где мы приобретем тебе платье! Ты будешь выглядеть потрясающе!

Грейси кружилась вокруг меня словно неугомонная наседка. Она заставила меня съесть завтрак, несмотря на то, что я едва смогла его проглотить из-за того, что мой желудок всякий раз сжимало спазмом при одной только мысли о Блейне. А вспоминала о нем я гораздо чаще, чем мне хотелось бы. Я знала, что не должна была сближаться с ним, потому что все это в конечно итоге закончится крахом. И я была права. К несчастью, мои чувства к нему только окрепли после прошлой ночи, и от этого его предательство становилось еще более невыносимым.

Приняв душ, я переоделась в ту одежду, которую принесла мне Грейси. Ее брюки капри по длине сели на меня так же, как обычные, а блузка с пуговицами свободно облегала мое тело, не сковывая движения.

Когда я была готова, Грейси отвезла нас в небольшой бутик под названием «Троянская Елена», где поприветствовала сотрудницу салона теплыми объятиями и поцелуем «щека к щеке» в стиле Симоны.

— Хелен, всегда приятно тебя видеть! — улыбнулась Грейси. — Позволь представить тебе Кэтлин. Она будет сегодня на вечеринке Симоны и ей необходимо соответствующее платье.

Хелен была очень миниатюрной женщиной с длинными огненными волосами, которые были заплетены в дреды и падали своевольным каскадом на плечи. Мне показалось, что ей было около пятидесяти и если судить по тому, во что она была одета, я начинала сомневаться в ее адекватном выборе одежды.

Оценивающе оглядев меня с ног до головы, Хелен подвела меня к примерочной.

— Раздевайся! — скомандовала она и, настойчиво подтолкнув меня в кабинку, задернула за мной занавеску.

Грейси осторожно просунула свою голову в примерочную, встретившись с моим удивленным взглядом:

— Я знаю, что Хелен странная, — прошептала она конспиративно, — но эта дама реально знает, что делает. Обещаю. — Ухмыльнувшись мне напоследок, Грейси исчезла.

Сняв с себя одежду, я стояла в одном нижнем белье в ожидании стилистки, которая уже через пару минут осторожно протянула мне первый экземпляр.

— Сними лифчик и примерь вот это, — произнесла она, после чего ловко помогла мне облачиться в непростую модель платья. Когда тугой корсаж был, наконец, застегнут, ее лицо просияло улыбкой. — Ах, идеально.

Она развернула меня к зеркалу, и мой рот открылся.

Платье насыщенного аквамаринового цвета мягко переливалось на свету при каждом движении, словно вода. Корсет с глубоким сердцеобразным вырезом был без бретелек, юбка, подбитая впереди кружевом, заканчивалась намного выше колен и переходила сзади в длинный хвост.

Вся талия платья была расшита жемчужинами и бирюзой. Низкое декольте эффектно подчеркивало мою грудь, а узкий корсет и юбка обхватывали мою фигуру, создавая идеальный образ песочных часов.

— Вау, — выдохнула Грейси, снова заглянув в кабинку. — Вот это я понимаю.

Я не могла оторвать взгляда от зеркала, с трудом веря, что это было мое отражение.

— И кем она будет? — спросила Грейси, обращаясь к Хелен, и я оглянулась на них, нахмурившись.

— Что ты имеешь в виду?

— О, это особенность вечеринок Симоны, — пояснила Грейси. — Они проходят в формате костюмированного бала. Все гости одевают маски, не называют собственных имен и все прочее.

— Она будет сиреной, конечно же, — ответила стилистка, словно это было очевидным.

Немного позже мне подобрали соответствующие туфли, элегантный клатч и красивую маску в лучших традициях «Марди Гра». Мое лицо было полностью закрыто, кроме губ и подбородка. Все это выглядело настолько красиво, что я невольно почувствовала приятное возбуждение по поводу предстоящего вечера.

Следующим пунктом нашей остановки стал салон красоты. Один из тех, где нам предложили что-нибудь выпить, пока мы ожидали своей очереди. Все это, мягко говоря, меня настораживало, и я, склонившись к Грейси, прошептала:

— Я не могу себе позволить такую роскошь, Грейси.

Но она только беззаботно улыбнулась, поведя плечами:

— Все в порядке. У Симоны здесь открыт счет, — произнесла она, пролистывая глянцевый журнал. — Мы все сюда ходим, не волнуйся по этому поводу.

Очень скоро назвали мое имя, и в ближайшие два часа надо мной колдовали, как никогда в жизни: питательные маски, восковая эпиляция, макияж… Со мной делали все, что хотели, не слишком спрашивая моего согласия. Но когда дело дошло до волос и мне предложили сделать стрижку, я наотрез отказалась, не желая ничего слышать. И нет, я сделала это не потому, что Блейн любил мои длинные волосы. По крайней мере, я так говорила сама себе.

— Без проблем, не волнуйтесь так… — успокоил меня стилист Джорж, в котором можно было распознать представителя нетрадиционной ориентации на расстоянии километра. — Мы уложим ваши волосы в красивые волны, и они будут каскадом струиться вдоль спины, ослепляя своим великолепием. Вот и все. — Он совершил какую-то абстрактную конфигурацию руками в воздухе, видимо, для того, чтобы наглядно показать мне, что он имел в виду, после чего что-то делал с моими волосами на протяжении тридцати минут. В конечном итоге, мои волнистые пряди оказались собранными назад двумя элегантными заколками и уложены тяжелой волной вдоль спины.

После того, как прическа была готова, мне сделали маникюр и педикюр, а потом принялись за макияж, который был выполнен в натуральном стиле и идеально подсвечивал голубой оттенок моих глаз, придавая им некоторую поволоку и даже загадочность.

— А кем будешь ты этим вечером? — спросила я, взглянув на Грейси с любопытством, когда мы уходили из салона.

— Тигрицей, — подмигнула мне Грейси, и я рассмеялась, потому что очень легко могла представить ее в этой ипостаси.

Чуть позже, когда она вышла из своей спальной одетая в золотое платье с разрезом до самого бедра, я удивленно открыла рот. Ее глянцевые черные волосы были идеально прямыми, и золотой цвет платья красиво контрастировал с шоколадным оттенком ее кожи. В какой-то момент я почти почувствовала себя неказистой на ее фоне, даже несмотря на свое роскошное голубое платье.

— Пойдем! — улыбнулась Грейси, и мы вышли на улицу, где нас уже ждал лимузин. — Скоро ты будешь представлена нашим гостям.

Я неуверенно улыбнулась ей в ответ, теряясь в догадках, как отреагирует Симона, когда поймет, что я не собиралась выполнять свою часть сделки.

Мы сели на кожаные сидения, и Грейси налила каждой из нас по рюмке янтарного спиртного.

— Для того чтобы успокоить нервы, — произнесла она, протянув мне рюмку. Скотч оказался хорошим, и я с благодарностью его проглотила, чувствуя, как в желудке нервозно запорхали бабочки.

Я начинала опасаться, что не сумею вычислить клиента Шейлы. Ее смерть своим холодным дыханием окрашивала мое настроение в депрессивные тона всякий раз, когда я начинала думать о том, что по сути никто не искал настоящего убийцу Шейлы и Марка. К тому же я совершенно не знала, насколько были во все это втянуты Блейн и фирма. Оставалось надеяться, что этим вечером я смогу найти хотя бы какие-то ответы.

— Как я узнаю, что это он? — спросила я у Грейси, стараясь скрыть нервозность. Она не стала уточнять, кого именно я имела в виду, потому что в этом не было необходимости.

— Я слышала, что в наших кругах его знают под именем Энигма. Я сама никогда с ним не встречалась, поэтому не имею ни малейшего представления, как он выглядит.