Глаз Паука - Олаф Бьорн Локнит

– Похоже, еще не все пожаловали, – сообщила она, окинув пестрое сборище быстрым изучающим взглядом. – Когда гости соберутся, выйдет хозяин, произнесет речь о том, как он счастлив всех видеть… а дальше вечеринка покатится по известному пути – приглашенные будут пить и есть за чужой счет, глазеть на фигляров, сплетничать и волочиться друг за другом.

– Был бы с нами покойный Зуад, он бы точно ответил, не продавался ли он кому из здешних гостей, – вздохнул Ши. – Может, даже самому хозяину, как его… иль'Ваххаби.

– Ваххаби – владелец виллы, но рассылал приглашения и устраивал праздник не он, – огорошила спутников Юнра. – Этот загадочный Теймураз вообще редко показывается на людях. Я же говорю, он лишь купил «Альнеру» и предоставил ее во владение Искателей Истины, но живет ли он здесь или еще где – неизвестно. Так что приветствовать гостей, скорее всего, будет Кари Сегеван.

– Это еще кто? Старший у Алчущих Истины? Кстати, что за «истина» такая, которой они взыскуют с упорством, достойным лучшего применения?

– Не знаю я ни про «истину», ни кто у них за старшего, – дернула плечом Юнра Тавилау. – Просто Кари всегда на виду и трещит больше всех. Кстати, вон идет Нейрза.

Троица немедля высунулась из укрытия, уставившись вслед пухленькой блондинке с высокомерно задранным носиком, закутанной в развевающееся платье голубых и оранжевых тонов.

– Ну и ничего особенного, – высказал общее мнение Ши. – Что в ней Джай мог найти, не понимаю? Может, отловить ее после увеселений, затащить в темный угол и вежливо расспросить – на кой ляд она морочила голову такому хорошему парню, как наш Проныра?

– Понадобится – изловим и затащим, – отрезал Аластор. – Госпожа Юнра, тебе случайно не известно, кто из присутствующих состоит в этом самом Обществе, а кто – просто гость?

Юнра задумалась и разочарованно покачала головой:

– Я точно знаю про Сегевана… Про младшую Сейдан – от вас. Адриеш называл два-три имени, но я пока не вижу здесь этих людей. То ли они еще не приехали, то ли находятся где-то в доме.

– Значит, поступим так, – Альс стряхнул с плеча своего мохнатого любимца, столь неподвижного, что тот и вправду мог сойди за диковинное украшение костюма, и пересадил его на стол.

Диззи тут же встал столбиком и пристально уставился искрящимися бусинками глаз на хозяина. С десяток ударов сердца человек и зверек таращились друг на друга, и у Ши возникла твердая уверенность: Дурной Глаз и его странная животинка о чем-то договариваются. Когда безмолвная «беседа» завершилась, Диззи встряхнулся и коричневой молнией взвился на плечо Ши.

– Ну, спасибо, – возмутился воришка. – На кой мне сдалась твоя тварюшка?

– Диззи будет искать нашу пропажу, – преспокойно заявил Аластор. – А ты пойдешь вместе с ним. Ради чего, думаю, объяснять не надо?

– Да уж соображу как-нибудь, – Ши понимающе хмыкнул и даже погладил острую мордочку хорька. – Не поделишься, где раздобыл такого полезного дружка? Там еще других нету? А то я бы купил парочку. На развод.

– Места надо знать, – буркнул Альс. – Выжди подходящий момент и исчезни. Думаю, на это вряд ли обратят внимание. Только не пропадай слишком надолго, а то у меня начнет глаз дергаться – не угодил ли ты в лапы к злобным колдунам.

– Спасибо за беспокойство, – расшаркался Ши. – Век не забуду.

Однако совет он все-таки решил принять к сведению. Там, где околачиваются чернокнижники, лучше держаться настороже.

Момент для исчезновения выдался довольно скоро – распахнулись высокие резные двери, выпустив процессию слуг с факелами и какого-то долговязого типа, затянутого в черное с лиловым. Гости потянулись ближе, говорливым ручейком обтекая фонтан с двух сторон, Аластор, подхватив под ручку Диери, смешался с проходившей мимо группкой. Ши, напротив, попятился назад, к давно примеченной укромной дверце, скрытой за выступом плоской настенной колонны. Дверца, правда, оказалась запертой изнутри, что на краткое время задержало воришку, пока он расправлялся с хлипкой задвижкой. Наконец Ши спиной вперед провалился в распахнувшийся проем. Диззи, пискнув, спрыгнул на пол, а следом за ними юркнул кто-то незваный.

Чрезвычайно довольная собой Юнра Тавилау.

– А ты-то куда? – растерялся Ши.

– С тобой! – бодро заявила Тавилау-младшая.

– Зачем?

– Интересно, – девица потупилась. – Со мной еще никогда не происходило ничего подобного. У вас такая увлекательная жизнь, а я… у меня… – она запуталась в словах и замолчала.

«Жизнь у нас увлекательная, – едко подумал Ши. – Как же. Вечно озираешься через плечо, вечно в бегах, никогда не знаешь, что ждет завтра – подвалы Алронга или кутеж в „Золотом павлине“. А эта богатая глупышка вообразила себе невесть что…»

– Между прочим, мы собираемся ограбить этот дом, – как можно проникновеннее напомнил он. – Пойдешь со мной, станешь соучастницей. Что скажет твой грозный папаша, если ты попадешься?

– Будет уж-жасно недоволен, что попалась, – пожала острыми плечами Юнра. – Знаешь, мне не нравится то, что делают эти люди, громко называющие себя Искателями Истины. Мне вообще не по душе те, кто полагает, будто им открыто какое-то тайное знание и потому они стоят превыше всех человеческих законов. Так мы идем?

– Пошли, – сдался Ши. Симпатичным девицам вообще с легкостью удавалось добиваться от него желаемого.

Сделав всего несколько десятков шагов по залам и коридорам поместья, незваные гости поразились царящему повсюду запустению. Юнра высказала свое удивление вслух, Ши промолчал, строя догадки. Повсюду мебель, задернутая пыльными чехлами, обвисшие пожухлые шторы на окнах, паутина и характерный запах покинутого людьми жилища. Выходило, что за полтора года новый владелец так и не удосужился нанять прислугу, вышвырнуть или распродать скопившийся хлам и привести свой дом в подобающий вид. Почему? Денег нет или по какой-то иной причине?

О чем искренне сожалел воришка – так об отсутствии времени, чтобы тщательно покопаться в этом хранилище старины. Не может быть, чтобы не отыскалось чего-нибудь небольшого и достаточно ценного.

Диззи семенил впереди, иногда останавливаясь и принюхиваясь. В мелких оконных стеклах мелькали отблески горящих во дворе разноцветных огней, долетала музыка и голоса. Они переходили из комнаты в комнату, поднимаясь и спускаясь по лестницам, в помещениях стало темнее – значит, они удалились от двора и забрели в дальнюю часть дома. Ши уже начало казаться, будто они целое столетие странствуют по безмолвному царству тишины, пыли и паутины, пробираясь к неведомой цели. Юнра помалкивала, хотя ей наверняка было жутковато. Воришка в очередной раз выругал себя за то, что не догадался захватить лампу – сейчас бы не пришлось стукаться о плохо различимые в сумраке углы кресел и высматривать, куда подевался Диззи. Хорек изредка давал о себе знать негромким верещанием, но чаще забывал о том, что люди видят в темноте гораздо хуже, чем он.