В поисках Атлантиды - Энди Макдермотт

— Слишком сложно, — отозвалась Нина, глядя на числа. — Тут нет символа, который указывал бы на необходимость совершения таких действий. Кроме того… — Она нахмурилась, производя расчеты. — Результатом будет дробь, а значит, ответ неправильный.

Чейз подмигнул.

— Мне становится больно даже при мысли о том, чтобы произвести такие вычисления в уме.

— Первое число, сложенное с третьим и поделенное на второе, дает две целых две сотых, — сказала Кари. — Сомневаюсь, что они производили расчеты с точностью до одной пятидесятой. Возможно, округляли результат до двух целых…

— Это по-прежнему слишком сложно! — крикнула Нина. — И еще это слишком условно. Первое плюс второе, поделенные на третье? Это напоминает разгадывание кроссворда без ключевых слов! — Она показала на другие стены: — Ключ должен находиться где-то еще, в других текстах. Просто нужно его найти.

— Тик-так, док, — сказал Чейз, пальнем постучав по часам. — Двадцать девять минут.

Нина опустилась на колени перед одной из стен, рассматривая символы. Через минуту она с досадой выдохнула:

— Тут все только о строительстве города и об истории людей, живших в нем. Я не вижу здесь ничего относящегося к этой головоломке.

— Ничего о том, что было до их приезда сюда из Атлантиды? — спросила Кари.

— Во всяком случае, я этого не вижу. — Нина поспешила к противоположной стене. — Практически то же самое. Это похоже на летопись, история племени год за годом. Сколько детей родилось, сколько было скота… Здесь, видимо, собрана информация за два века. Но нет ничего, что было бы связано с испытанием! — Она со злостью ткнула пальцем в символы над дверью.

— Мне вот что пришло в голову, — сказал Чейз. — Эта штука — испытание ума, так? Ну а что, если это своего рода головоломка на сообразительность?

— Что вы хотите сказать? — спросила Кари.

— Видите — это явно дверь. — Чейз подошел к ней. — А мы даже не подумали о том, чтобы просто открыть ее.

— Так попробуйте! — приказала Нина.

Чейз протянул руку и толкнул дверь. Она не поддалась. Он попробовал с одной стороны, потом с другой. Ничего. Для чистоты эксперимента он также попробовал приподнять ее, потом потянул на себя. По-прежнему — ничего.

— Все напрасно! — воскликнул он, отступив. — А я было подумал, что это сработает.

— Кто-то еще тоже так думал, — сказала Нина, подходя к нему. — Смотрите! Я только сейчас поняла, что дверь не совсем подходит по цвету ко всему остальному в помещении. Ее вырезали из другого камня. И на камнях вокруг нее видны отметины — зарубки от зубила и лома. А на самой двери их нет. Это новая дверь — индейцы заменили ее. Кто-то не хотел разгадывать загадку и попросту выбил дверь.

— Наци? — поинтересовалась Кари.

— Похоже на их методы, — сказал Чейз. — По всей видимости, они уговорили индейцев, чтобы те разрешили им захватить с собой значительно больше, чем один фонарь.

Кари кивнула:

— Вероятно, угрожая оружием.

— Верно. Но у нас лома нет. Значит, придется изрядно потрудиться.

Нина подбежала к боковой стене.

— Думаю, у нас еще есть возможность. Эти числа… с ними что-то странное. Смотрите. — Она стала водить пальцем по строчкам символов. — Видите? Они собраны в группы по восемь единиц. Никогда по девять или десять. Восемь здесь, восемь здесь и здесь…

— Полагаешь, они основывались на восьмеричной системе? — спросила Кари.

— Вполне возможно. И они не единственная древняя цивилизация, которая пользовалась ею.

— Что вы обнаружили? Что это за восьмеричная штука? — спросил Чейз.

— Думаю, мы должны сейчас говорить о людях, строивших этот храм, — сказала Нина, и ее глаза взволнованно блеснули. — Мы сочли, что они пользовались, как и мы, десятеричной системой исчисления. — Она поймала вопросительный взгляд Чейза. — Наша система чисел основана на кратности десяти. Десятки, сотни, тысячи…

— Потому что у нас десять пальцев, все верно. Я проходил математику в средней школе, — сказал он. — Это так, к слову.

— Это очень распространенная система, — продолжала Нина. — Древние греки пользовались ею, римляне, египтяне. Она проста, потому что буквально лежит перед вами. — Она подняла кисти рук. — Но это не единственная система.

Исчисление у шумеров основывалось, например, на числе «шестьдесят».

— Шестьдесят? — прыснул Чейз. — Кому, черт побери, пришло бы в голову его использовать?

Кари улыбнулась:

— Например, вам. Каждый раз, когда вы смотрите на свои часы. Это основа всей нашей системы исчисления времени.

— Ох, и верно. — Чейз с глупым видом закивал головой.

— У древних цивилизаций было много и других систем, — развивала тему Нина. — Майя пользовались кратностью двадцати, европейцы бронзового века имели восьмеричную систему… — Она повернула голову, чтобы снова посмотреть на символы. — Кратность восьми! Вот оно!

— Почему кому-то могло понадобиться использовать восьмерку? — спросил Чейз. В ответ Кари еще раз подняла руки, но с прижатыми к ладоням большими пальцами. — А-а, я понял — они большими пальцами при счете загибали остальные пальцы, а вот сами большие пальцы в расчет не принимали.

— Такова теория, — проговорила Нина, вглядываясь в надписи. — Итак, вместо одного, десяти, ста числа идут в следующей последовательности: один, восемь, шестьдесят четыре… — Она бросилась назад к двери. — Значит, в первой колонке простые числа, во второй — кратные восьми: шестьдесят четыре, пятьсот двенадцать, четыре тысячи девяносто шесть и…

— Тридцать две тысячи семьсот шестьдесят восемь, — закончила Кари.

— Верно. Значит, число будет… давай посмотрим… три отдельных числа плюс пять восьмерок, сорок, плюс шестьдесят четыре раза по семь…

Чейз замычал, как от боли.

— Оставляю все подсчеты вам.

Кари первая получила ответ.

— Пятьдесят тысяч шестьсот шестьдесят семь.

— Молодец! — сказала Нина. — Ты работаешь над вторым числом, а я над третьим. Очередной поток сделанных в уме арифметических вычислений дал ответ: 36, 695 и 14, 452. — Ладно! Значит, первое минус второе минус третье равно…

Обе глубоко задумались. Чейз, внимательно наблюдавший за ними, увидел, как их лица почти одновременно помрачнели.

— Что? Каков ответ?

— Минус четыреста восемьдесят, — уныло ответила ему Нина. — Это не восьмеричная система.

— А девятеричная? — спросила Кари. — Если десятеричная система дает слишком большой результат, а восьмеричная — слишком маленький…

— Ответ все равно составит тысячи! — Нина вопросительно посмотрела на Чейза.