Цвет магии - чёрный. Книга 2 - Мария Николаевна Сакрытина

Мальчишка. Всегда – мальчишка, никогда Элвин. Я молча отошёл к стене, и моё место занял Нил.

Забавно: раньше я боялся и этого мерзкого старика, и его фамильяра… Который тут же забрался мне на плечо и принялся мять лапами голову. Конечно же, выпустив когти.

Я когда-нибудь развоплощу этого наглого духа…

- Элвин, я же вижу, ты сам не свой, - пристал ко мне Нил после демонологии. – Почему ты ничего не рассказываешь? Ты снова мне не веришь?

Действительно, почему?

«Потому что справишься сам», - шепнул в мыслях тихий голос. Та, смелая часть меня, которая не опускала головы перед аристократами и прямо смотрела в глаза даже Шериаде. Пока маленькая, почти незнакомая, она крепла теперь с каждым днём.

Я улыбнулся Нилу.

- Конечно, верю. Просто… всё хорошо. Я справлюсь сам. Понимаешь?

Здесь, в Арлиссе, так близко к Нуклию, сильным и самостоятельным быть жизненно важно. Все это понимают.

Нил выдавил улыбку.

- Конечно. Хорошо. Тогда… Насчёт сегодняшнего задания Байена… Ты не одолжишь мне книгу?

Самостоятельный или нет, но пока собирался к Алии, меня трясло от напряжения. Я раз за разом повторял в уме заклинание – у меня будет лишь один шанс, ошибиться нельзя. Но на занятиях, особенно демонологии, я привык, что шанс всегда только один.

 Если бы не Ори, я бы отправился к Алии в домашнем костюме. Он же всучил мне подарок: «Господин, вы просили, я всё купил, ваша леди останется довольна».

Какая из Алии леди… Прямо как из меня лорд.

Я не собирался сегодня к ней заходить – дух сообщал, что Шен Зеню торчит в ателье, как собака в конуре. Может, оно и к лучшему. Вчера я, не волнуясь о всяких там Виета, напортачил с девушкой так, что на глаза ей показаться стыдно. А уж сегодня…

Но духа требовалось подпитать, а мне – самому убедиться, что всё в порядке. К тому же… Криденс будет меня ждать. Я не должен опаздывать. Какой простолюдин опаздывает на «свидание» к аристократу?

Шен Зеню и впрямь была в ателье, открыла снова, конечно, не узнала под флером. Я представился курьером от некого волшебника, желающего остаться неузнанным (почти не солгал) и передал подарок. Заодно наговорил женщине комплиментов, подпитал духа, укрепил щит и… Каким могущественным колдуном я заделался! Сам удивляюсь.

Портниха смотрела на подарок в кожаной упаковке с жадным любопытством. Скомпрометировать Алию больше, чем мой вчерашний костюм, было, пожалуй, невозможно, так что угрызений совести я не чувствовал. Только нетерпение - и украдкой посматривал на солнце.

Наконец птицы замолчали, запахи сделались ярче, а закат заиграл на небе всеми красками золотого и розового.

Пора.

- Передай мастеру нашу огромную благодарность, - говорила Шен Зеню, смешно пришлёпывая губами на имперский манер. – Такая честь для бедной сироты…

Алия сирота?

Я решил уточнить это в следующий раз – следовало торопиться, чтобы Криденс не придумал что-нибудь… К чему я буду не готов.

Напоследок расцеловав удивлённой портнихе руки, я дождался, пока она закроет дверь, ещё раз проверил заклинания… Вдохнул поглубже и неторопливо отправился к порталу.

Дальнейшее запомнилось как сон. Не вещий, нет – обычный, в котором события-лоскуты друг с другом почти не связаны.

Вот я меняю портал. Один. Потом второй.

Трясутся руки. Я прячу их за спину, снова повторяю в голове заклинание.

Очень страшно.

К третьему порталу я иду как на казнь. Что если магия не сработает? Она только-только начала меня слушаться, но я ещё помню, как было раньше. Что если я ошибся в уравнении? Что если моей силы не хватит?

Таких «что если» было много, и все они толклись в моей несчастной голове, пока я шёл к последнему порталу. Чудом не промахнулся. Но вещие сны же всегда сбываются, на край Междумирья меня сегодня точно бы не занесло.

И вот наконец та самая улица.

У меня трясутся колени и потеют ладони. Кажется, никогда, даже перед первой своей хозяйкой я так не волновался.

Флер я заранее снял и теперь изо всех сил пытаюсь изобразить спокойствие. И не смотреть, не смотреть по сторонам. Идти как ни в чём не бывало. Как в моём сне.

Я вижу Криденса на углу рядом с домом. Ворон вертит в руках тот самый артефакт-усилитель и наблюдает.

Я на чеку.

Однако метнувшегося ко мне слева гвардейца чуть не пропускаю.

Я просто не ожидал, что это будет кто-то… Кто-то из стражей порядка. Как Криденс смог?.. Зачем?..

Он быстр, этот гвардеец. Настолько, что я цепенею, и лишь привычка на тренировках уклоняться от удара заставляет в последний момент отступить.

Гвардеец – полукровка, от него пахнет демоном. Слабенько, но я чувствую.

Наверное, по замыслу Криденса, это должно вселить в меня уверенность. Сейчас я вижу его план как на ладони. Я дам отпор заколдованному полукровке, заклинание срикошетит и…

И утро я встречу в лапах Виеты, когда очнусь. Если очнусь.

Мир второй раз за день становится ярким, чётким и очень холодным.

Гвардеец замахивается мечом. Мне некуда отступать, за спиной – стена.

Я смотрю в его пустые глаза и в последний момент чудом успеваю подправить своё заклинание – не под демона, а под полукровку. Для магии такие нюансы очень важны.

Гвардеец поднимает руку, зеркально повторяя движение Криденса. Тот сжимает усилитель и…

Я успеваю первым.

Золотая вспышка. Резкая боль в груди. И не нить, как при клятве, а настоящая цепь тянется от меня к Криденсу. Боль не от неё, а от резкого всплеска магии – мой невидимый «сосуд» снова почти пуст. Я слишком много сил нечаянно вложил в заклинание, и что-то наверняка пошло не так. А цепь – она не причиняет мне беспокойства, она просто есть. И это очень, очень странно. Какая цепь, я же всего лишь хотел отразить колдовство Криденса.

Мир стремительно теплеет.

В лиловых сумерках очнувшийся гвардеец мгновение изумлённо смотрит на меня. Потом, закатив глаза, опускается на землю, не то в глубоком сне, не то в обмороке.

Цепь становится ярче.

Скребя пальцами по каменной стене дома, Криденс опускается на колени. На меня он больше не смотрит и трясётся как осиновый лист.

Я пячусь обратно к порталу.

Цепь сверкает, а Криденс, задыхаясь, падает на мостовую.

Смелая часть меня замирает в нерешительности. Я не понимаю. Я же…

Я разворачиваюсь и бегу прочь.

Глава 7

Когда я добрался до общежития, сердце заполошно билось, а перед глазами стоял