Фантомный Огонь (СИ) - Корнелий Луций

— Там в углу, — шепнула мне на ухо Гелла.

Вскоре свет фонаря выхватил из темноты дрожащую фигуру низкорослой женщины. Грязные волосы, на лице множество ссадин и даже след от укуса. Одежда местами разорвана. Жертва насилия хазгат? Очень вероятно.

— Все хорошо, — произнес я. — Мы не причиним тебе вреда.

И про себя добавил для Геллы:

«Считай ее мысли. Что здесь произошло?»

Женщина не отвечала. Похоже она была очень перепугана.

— Мы люди, — продолжал спокойным голосом говорить я. — Обычные люди. Райдхор. Охотники за сокровищами.

Женщина задрожала сильнее. Будто бы наконец поняла, что мы говорим с ней и от нас уже не отвертеться. Затем она вдруг заплакала, закричала хриплым голосом:

— Не хочу! Не хочу к ним! Не хочу!

— Я все увидела, — шепнула Гелла. — Часть подземелья была огорожена магическим барьером, который, наверное, исчез после смерти шамана. И то, что было заперто там — вырвалось на свободу. Именно оно убивает хазгат, но не берет сокровища.

— И что это?

— Больной бессмертием. Мясной зверь.

Глава 24

— Не хочу! Не хочу! — подвывая, истерила женщина.

Да уж. Не везет нам сегодня на адекватных пленных. А что до мясного зверя — то нет абсолютно никакого желания с ним встречаться. Поэтому нам бы сейчас аккуратно забрать самое ценное да свалить куда-подальше.

Так-с, что делать?

Вызываем Первого, чтобы спросить совета, параллельно пакуя сокровища, а потом выметаемся.

— Для перевертышей мясные звери не опасны, — считала Гелла мой мысленный вопрос. — Просто нужно изменить облик под что-то несъедобное и не вызывающее у них интереса. В отличие от извергов плоти, у мясных зверей редко сохраняются даже проблески разума.

«Отлично. Гелла, следи за проходом», — мысленно приказал я.

Надеюсь, что гонять по лесам за нами мясная тварь не будет. Я достал припасенный мешок, начав сгребать драгоценности. Золотые монеты валялись в сундуках без всякого уважения к их стоимости. Как я понимаю, основной валютой этого мира были серебро и медь. Орден чеканил свою монету, так же поступали некоторые города и маги. А вот к золоту тут был более индивидуальный подход. Часть монет из этого металла представляла собой ручную работу.

К примеру, на глаза мне попался крупный кругляшок с гравировкой: «От Кунца из Верхнего Лога уважаемому Молоту из Дымоводья в счет уплаты займа».

Похоже, что уплата не дошла до адресата.

Или ещё: «От семьи для Нишки. Приданое». И примитивная гравировка лица девушки.

Возможно, Нишка закончила свою жизнь в одной из здешних камер, удовлетворяя жестокую натуру хазгат, а затем ее обгрызенные кости стали элементом декора.

Кроме новодела, попадались и древние монеты. Наверное, времен Первого Цикла. Это были массивные денежные знаки, украшенные сложным узором, символами забытого языка и гравировкой в виде сказочных существ. Хотя здесь эти твари вполне реальны, стараниями сгинувших колдунов. Такие монеты несли на себе отпечаток многих столетий. Вмятины, царапины, попытки чуток обрезать золотишка.

Но времени подробнее окунаться в местную нумизматику у меня не имелось. Надо скорее грести все и бежать.

«Ого. Ну, поздравляю», — раздался в голове голос Первого.

«Да. Золотишко».

«Да бес с ним со златом! Тут по сундукам лежат три невозобновляемых носителя и даже один возобновляемый!»

«Так. И что это значит? Подробнее, пожалуйста. Делай скидку на то, что я в отличие от тебя сейчас работаю руками. Могу тупить».

«Магия, друг мой! В общем, из носителей можно извлекать обесцвеченные заряды и трансформировать в свои обычные. Многие чародеи именно так пополняют истраченные заклинания».

«Ага. Понял. А возобновляемый — это в смысле сам со временем восстанавливает заряды?»

«Именно! Таки тяжелый труд, массовые убийства и участие в организованной преступной группировке не повредили вашему уму, Павел Викторович по кличке Крайт».

«Уму нет. Только психике», — ответил я, доставая со дна сундука один из невозобновляемых носителей.

Небольшая полупрозрачная сфера с синим отливом. Закрыл глаза. В сфере есть точка заряда, но какая-то тусклая.

«Штука очень дорогая», — произнес Первый. — «Обычно Маги стараются пользоваться возобновляемыми, приберегая такие вот одноразки для экстренных ситуаций. Поэтому я пока не стану впитывать ее энергию. Собери все носители. Вот из возобновляемого есть смысл вытянуть заряд».

«А мы могли бы пополнить заряды клонирования?»

«Фиг знает. Скорее всего, нет. В здешней системе магии исключений из правил больше чем их подтверждений. Есть самые распространенные заклинания типа огня, лечения, телекинеза, света. Добыть для них заряды можно практически из любого доступного источника. Для более редких спелов начинается галиматья. Одни носители их пополняют, а другие почему-то отказываются. И ведь в чат поддержки уже не напишешь. Одну звезду на Авито не поставишь. Думаю, для магов до апокалипсиса все эти устройства носили сугубо вспомогательный характер. Они силу получали напрямую. А мы вынуждены теперь копаться в их мусоре и безделушках».

Я достал из соседнего сундука восполняемый носитель. Это оказалась черно-красная монетка или скорее фишка. На обеих сторонах была выгравирована рожица чертика с высунутым языком. Глаза, узоры и символы тускло мерцали красным. Чем эта штука была в прошлом? Сувениром? Жетоном для какой-либо игры? А теперь это ценнейший источник смертельных чар.

«Начинаю поглощение».

Вытягивание магии заняло всего пару секунд. Я закрыл глаза и обнаружил, что одна из огненных точек вернулась. Красные узоры на фишке потухли.

«Клонирование восстановить не удалось. Это было предсказуемо. В носителе магия не пропала совсем. Надо засечь, как быстро она восстановится. Чем быстрее, тем более ценная штука нам попалась».

Я сунул фишку в сумку на поясе, а затем отыскал еще два одноразовых носителя. Каждый выглядел по-своему. У меня в сумках оказалось черное кольцо, меняющее свой диаметр при прикосновениях, и прозрачный шарик, внутри которого несколько десятков крошечных светящихся бабочек порхало вокруг миниатюрного цветка с лиловыми лепестками. Красота посреди загаженного подземелья.

Мой мешок уже отяжелел от золота и украшений. В соседнем сундуке еще нашлись две бутылки древнего колдовского пойла, но нам бы снаряжение из арсенала прихватить. Там уже хозяйничали Искра. Она сняла со стойки серебристую кольчугу, взвесила ее на ладони и тут же принялась снимать бронекуртку. Хочет заменить? Но ведь кольчуга не будет сдерживать запреградный урон. Ладно. Пусть поступает как знает. У нее опыта всяко больше моего.

«Что скажешь о мясных зверях?» — обратился я к Первому. — «У нас есть неиллюзорный шанс повстречаться с такой тварью».

«Это хреново, уважаемый друг. Мясные звери предсказуемы только в одном — их очень сложно убить. А без специальных методов или крайне разрушительной магии это практически нереально. Мой совет — валите побыстрее и подальше».

«Тут в лаборатории жреца было зелье против бессмертия. Оно не поможет?»

«Ну, сделает твари неприятно, но если эта хрень уже разрослась, то лекарства будет недостаточно. Оно его только разозлит».

Мдэ. Надо паковаться быстрее.

Искра напялила кольчугу, а теперь снова надевала бронекуртку. Ага. Ну так-то надежнее. Арайт складывал в мешок доспехи из древнего металла, а нагрудник напялил на себя, в чем ему помогла Гелла. Я же выискивал зачарованное оружие. Их оказалось два: булава-скипетр, тяжелая, как моя жизнь, и полуторный меч со сложным узором по всему клинку. Жаль, нет копья.