Лачуга должника - В. Шефнер

- С меня хватит! - прервал я Валика.

- Много ты смыслишь в киноспецифике! - окрысился Валентин.- Сам Жора Лабазеев говорит, что тут находка на находке!.. Ты просто завидуешь моей творческой активности. У тебя-то со стишатами дело глохнет.- И он сказал еще несколько ядовитых слов по тому же поводу.

От сочувствия рыдая, Отказавшись от конфет, Челюстей не покладая, Кушал друга людоед.

Он меня саданул прямо в поддыхало. Действительно, в этом году со стихами у меня не ладилось.

Нацепили на быка Золотой венок,Только все же молока Выдать он не мог.

Я начинал стихотворение за стихотворением и бросал, не закончив. Это миллионерство сказывалось - так я понял позже. Ведь каждый человек всегда учитывает свой финиш, пусть и очень дальний. А у меня финиш отодвинулся в бесконечность. Я начинал чувствовать себя маленьким, слабым. Я начал подозревать, что время не сделает меня гением, наоборот, оно может отнять у меня талант. Гении не растекались по вечности - они были сосудами, вместившими в себя Вечность.

Позже я делал попытки воскресить свой талант разными хитрыми приемчиками. Одно время на стишки для детей переключился - про кошечек там, про уважение к родителям, про природу.

Прилетели различные птички, Стали чаще ходить электрички - Это, детки, весна настает, И поэт вам об этом поет!

Потом пробовал на сельскую тему работать.

Улетели различные птички, Стали реже ходить электрички,Ты припас ли, родимый совхоз, Для буренушек сочный силос?

Но талант мой шел и шел на убыль.

XXIV

В десять утра мы были в Филаретове. Хлюпик издали встретил нас лаем, но к калитке не выбежал. На нем теперь был ошейник, и от ошейника шел темно-зеленый бархатный витой канатик. Драгоценная собака-миллионер была пришвартована к столбику у крыльца.

- Чтобы от греха подальше,- пояснила нам тетя Лира.- Нервный он, ангельчик, чуткий. Двух дачниц покусал. А не смейтесь над животным!

- Авторитетный кобелек! Именно такие и нужны человечеству! - отчетливо произнес Валик.

Бываевы выглядели совсем неплохо. Только вот какая-то суховатая суетливость проявилась в их характерах. Впрочем, нас-то они встретили душевно.

- Прямо в дом топайте, ребята! - пригласила из окна тетя Лира.- Мы сюда перебрались из времянки. Дачники-то уехали… Несладко дачников иметь. Лето не в лето.

- Зато тети-мети идут! - сказал дядя Филя, потирая ладони.- Еще десяток-другой лет - и каменный дом отгрохаем. А пока что решил я участок от всяких там осин да берез освободить - ни к чему они нам теперь. Нам дубы нужны! Они вековечнее. А потом, может, и баобабы посадим. Я слыхал, они две тысячи лет растут.

- Дубы и баобабы - это наши зеленые друзья,- согласился Валик.- Хорошо пить ликер в тени баобаба!

- Ликеры - баловство, дамское дело. Но посмотрите-ка, ребята, на эту клумбу,- загадочно произнес дядя Филя.

- Клумба как клумба,- сказал я.- Цветы какие-то увядшие.

- Так все думают: клумба как клумба. И пусть думают! Но вам, компаньонам-миллионерам, выдам один секрет. Под этой клумбой я двадцать бутылок портвейна по два сорок зарыл. Укутал я их старым одеялом и соломой, не промерзнут. Чуете, в чем тут коммерция?! Через сто лет цены этому портвейну не будет, на вес золота пойдет. Столетняя выдержка - это не шутка!

- Через сто лет люди спиртного пить не будут. Одумаются,- строго сказала тетя Лира из кухонного окна.

- Гиблый бизнес ты, дедуля, затеял,- соболезнующе вставил Валентин.

- Ну, люди всегда пить будут,- уверенно возразил дядя Филя.- Водку, может, потреблять перестанут, а уж без вина-то не обойтись.

- И с вином, дедуля, дело неясное… Вынесут коллективное решение - и каюк. Войн уже не будет, а старые танки для войны с алкоголизмом используют. Пустят их на виноградники, да еще с огнеметами - и прощайте, милые портвейны и мадеры!

- Ужасы какие ты говоришь. Валик! - удрученно покачал головой дядя Филя.Танки в винограднике!.. Да во сне такое приснись - и то от разрыва сердца помереть можно!

- Валик! Павлик! К столу идите! Проголодались с дороги-то! - позвала тетя Лира.

- А меня почему не кличешь? - игриво спросил дядя Филя, и по его тону я вдруг догадался, что он уже чуть-чуть под градусом.

- Ты ел недавно,- отрубила тетя Лира.- Вот после работы поедим все вместе и выпьем даже. Причина-то есть.

- С первой пенсионной получки грех не выпить,- подхватил дядя Филя.- Я ведь теперь пенсёр, восемьдесят пять в месяц… Знали бы они там в собесе, кому пенсию выделили,- призадумались бы. Долго платить придется, пока деньги не отменят.

Подкрепившись, мы взяли приготовленные дядей Филей топоры и пилу и вышли на участок. Дядя Филя работал уверенно и сноровисто, мы с Валиком помогали ему неумело, но старательно. Свалили три осинки, два клена и распилили их стволы на дрова. Потом срубили бузину, куст сирени.

Начался дождь. Поднялся ветер и все усиливался. Тетя Лира вышла на крыльцо, отвязала Хлюпика, и тот вбежал в дом.

- Эк как все оголили,- сказала тетя Лира.- Грусть берет.

- Зато когда дубы-баобабы здесь зашелестят, сердце возрадуется. Спасибо скажешь мужу своему! - И дядя Филя с размаху вогнал топор в одну из берез - в ту, что поменьше.

- Хоть вторую-то пожалей,- попросила тетя Лира.- Пусть живет. И учти, будут нам неприятности от лесонадзора за самовольные порубки!

Ответом было молчание, и она вернулась в дом, обиженно хлопнув дверью. А березу дядя Филя свалил. Но вторая - та, что постарше,- еще стояла.

- Не надо рубить ее, дедуля,- сказал Валик.- Жалко.

- Чего жалеть-то! - рассердился дядя Филя.- Я уже с Толиком-трактористом договорился, он завтра пни выкорчует. А оставим эту - трактору не развернуться будет… Ребята, сейчас и пилой поработать придется, дерево-то толстое.

- Не хочу пилить под дождем! - буркнул Валик и направился к крыльцу. Я пошагал за ним. Мне вообще разонравилась эта затея.

- Забастовка миллионеров! - пропел Валентин, входя в дом.- Бабуля, миллионеры кушать хочут!

- Все готово, ребятки!-откликнулась тетя Лира. Действительно, стол уже был накрыт; середину его украшала нераспечатанная поллитровка "Столичной" и две бутылки вермута по рубль шестьдесят.

Мы принялись за еду. С участка, сквозь нарастающий шум ветра, доносились удары топора. Потом их не стало слышно. В комнату вошел дядя Филя.

- Ловкачи! - закричал он.- Я работай, мокни, а они тут пир затеяли… Я тоже хочу побороться с алкоголизмом, работа подождет. Я уже полдерева надрубил. Налей-ка мне, Валик, чего покрепче!