Идущий в темноте (СИ) - Кузьмин Марк Геннадьевич "Морроу Винд"

Снова уворачиваюсь и добираюсь до щита. Ременная петля, в которую обычно продевается предплечье, порвана и болтается бесполезной веревочкой, но щит достаточно легкий, чтобы обращаться с ним, держась только за рукоять.

Укрепление! Нерушимость! Блок!

Выдерживаю еще одно попадание. Благодаря модификациям, что снизили стоимость Укрепления, и новой способности, у меня еще сохраняются силы от столь частого использования способностей, но даже так долго я не продержусь.

- На колени, ничтожество, - повторил вампир. – Моли о пощаде и тогда… Ауч! – резко вскрикнул он и подскочил, когда короткий клинок в руке Алина рассек ступню уроду.

Избитый териец с переломанной правой рукой сумел дотянуться до обломка моего оружия и ударил по ноге не обращавшему на него кровососу слегка поцарапав тело.

- А-а-а-а! – неожиданно вскрикнул Бенедикт. – ТЫ ПРИКОСНУЛСЯ КО МНЕ, ЖИВОТНОЕ!

УДАР!

Воздушная атака сносит терийца и отшвыривает того в стену.

Слышится мерзкий хруст и несчастный сползает в грязь поломанной кучкой мяса.

- Алин! – к нему бросилась Герда, но была отброшена в сторону магией и отключилась.

- Урод! – бесился я, но ничего не мог сделать.

Сам вампир просто пышил злостью. Его взбесила не рана на ноге, а само прикосновение к его телу. Все его напускное спокойствие сдулось, оставив взбешенное животное.

- Бездна! Я должен был доставить обоих живыми! – зарычал кровосос и повернулся ко мне. – Это все ты виноват! Сдохни!

Волна обрушивается на меня, но в этот раз она раза в два сильнее.

Успеваю применить способности, но меня сносит назад.

Еще одна атака! Еще! И еще! Еще!

В кисти руки что-то хрустит, моя хватка слабеет, и щит снова вырывает из нее. Поток воздуха разворачивает меня и кидает оземь.

Поднимаюсь на ноги и тут же подлетаю в воздух от ветра, а затем обрушиваюсь на землю, влетая в грязь. Следом меня снова подхватывает магия, и швыряет в стену, переламывая несколько костей.

- Ха-а-а-а… Вот мерзкое насекомое, - произнес вампир уже более спокойным голосом. Пока я с трудом поднимался, он пригладил свои волосы и взял себя в руки. – Я уничтожу тебя…

- Тогда… - с трудом произнес я, оставшимися зубами поправив перчатку на правой руке, так как левой кисти у меня уже нет, - подходи… ублюдок…

На это вампир лишь прищурился и, закрутив в руке воздух, двинулся в мою сторону, а у меня остался только один шанс…

***

Бенедикт был зол, очень зол, давно его так никто не бесил. С тех пор как он переродился и начал свою прекрасную новую жизнь, он еще не испытывал такого раздражения. Да, бывали насмешки от старших собратьев, раздражающие обязанности, вроде этой, что выпадают на его долю слишком часто, сир, что никогда им не доволен и постоянно гонит на тренировки, но это ни в какое сравнение с текущим рядом не стояло.

Какой-то жалкий, ничтожный скелет посмел пойти против него Бенедикта из клана Темной Розы. Из-за него одежда юного вампира теперь не подлежит восстановлению, а ведь это был его любимый комплект. Конечно, слуги могут и подшить прорехи, но Бенни скорее удавится, чем наденет такие обноски, как какой-то крестьянин.

«Сир будет недоволен», - мрачно подумал он, посмотрев на переломанного зверолюда.

Тот вроде еще дышал и если быстро доставить его в Башню, то может его еще и можно спасти. Ну, или, по крайней мере, он умрет не по вине юного вампира и все можно будет сбросить на бестолковых слуг. Рабы-игрушки нужны всем живыми и целыми, иначе они будут плохо убегать во время охоты и никакого веселья просто не будет.

Однако поделать Бенедикт ничего с собой не мог. Он с детства еще будучи слабым и больным человеком ненавидел прикосновения, а тут ему дважды пришлось контактировать с этими мерзкими полуразумными животными. Он искренне презирал терийцев и прочих зверолюдов, считая их просто дикими тварями, которые недостойны существовать, но игрушки из них получаются неплохими.

«Хотел бы я себе такую личную игрушку, - мечтал он. – Я видел в Башне одну такую, но мне этого не светит».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Бенни был молодым вампиром и еще не мог обращать других смертных в себе подобных или низших, но как появится возможность, он обещал обзавестись игрушкой-зверолюдкой. Их женщины достаточно хороши и как рабы отлично подходят, коими им быть и положено. Идеальные домашние животные.

Но сейчас нужно заставить этого ничтожного скелета заплатить за свое нахальство.

Конечно, прикасаться к его мертвым грязным костям он не собирался. От одной мысли, что подобное будет близко, его выворачивало, но вот магией вполне можно и уничтожить с близкого расстояния.

«Но не целиком. Он должен прочувствовать свою ничтожность и пожалеть о том, что поспел перейти мне дорогу. Я всем покажу, что нельзя насмехаться надо мной и дерзить. Я будущий Рыцарь Драконьей Крови, а потому должен защищать свою честь!»

Он быстро сблизился с едва стоящим скелетом и направил на него свой руку.

Разрушающий поток!

Мощный порыв ветра ударил во врага, уничтожая все на своем пути, сдувая камень и обращая все в пыль.

Тот успевает отклониться вправо и ему разорвало лишь левую часть по плечо, а сам он как-то быстро приблизился к Бенедикту…

Удар!

То, что должно было просто быть слабенькой тычкой и принести вампиру мерзкое чувство прикосновения обернулось дикой жгучей болью, что полоснуло по его губам.

- Уагх! – вскрикнул он и упал в грязную лужу. – Больно! – закричал Бенедикт, схватившись за кровоточащую рану на лице. – Больно! Больно! Больно! – не в силах он сдерживать себя, ощущая дикую агонию.

Когда он стал вампиром, то надеялся, что боль навсегда покинула его жизнь, но сейчас она вернулась и сильно обжигала.

- А-а-а-а-А! – кричал молодой кровосос, а рана, что была не больше той, которая была на ноге, никак не хотела заживать и жгла его огнем. – Что за бездна?!

Он подскочил, весь грязный, пылающий бешенством и дикой обидой, посмотрел на этого мерзкого скелета, что согнулся на подломленной ноге и не мог встать, а на его правой перчатке была приделана серебряная пряжка.

- Ты…. – зарычал вампир. – СДОХНЕШЬ!

Уже окончательно потеряв над собой контроль, вампир вдарил магией со всей силы.

Ураганный порыв!

Ветер сносит скелета в окно здания, и его верхняя часть улетает внутрь, оставляя ноги снаружи.

- Уничтожу! Уничтожу! Уничтожу! – повторял он и двигался к потрескавшемуся от его силы дому собираясь закончить начатое.

Он никому не позволит жить после того как тот нанес ему такое позорное ранение. Да его засмеют остальные вампиры, если узнают, как именно он такое получил.

- Ты…

- ГРА-А-А-А-А! – неожиданно послышался мощный звериный рев на всю округу.

Бенни вздрогнул и стал озираться в поисках врага.

Судя по звуку, это кричал тролль. Их вопли он слышал, когда бывал на Рынке.

Затем он припомнил, что слышал о каком-то одичавшем и потерявшем разум тролле, который бродит по улицам Пригорода.

Встречаться с таким врагом юный вампир не горел желанием. Не то чтобы он не мог такого победить, но у него было иное задание, да и порез на губах сильно жег. От него слезы сами наворачивались, и приходилось прилагать усилия, чтобы сдерживаться.

Он посмотрел на валяющиеся кости и решил, что доставать оттуда это ничтожество отнимет слишком много времени, а нужно еще рабов доставить обратно.

- Тебя тролль добьет…

Он плюнул на скелета, подскочил к девчонке и переломанному зверолюду, поднял их магией, а затем взмыл в воздух и улетел прочь…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Глава 35. Упрямец.

Выплыв из стены Гвен еще некоторое время смотрела в спину улетающему вампиру при этом, не снимая с себя морок. Влезать в разборки с кровососом и так опасное дело, а если её причастность станет известна, то спасения от мести ей не видать.