Вавилон. Сокрытая история - Ребекка Куанг

по вестибюлю, приглядывая за припозднившимися студентами и отсчитывая секунды, пока не настанет время уходить. В пять минут двенадцатого его сообщники поспешно спустились по лестнице. Один из них нес набор гравировальных инструментов, а другой – ящичек с серебряными пластинами.

– Отличная работа, – прошептал один. – Пошли.

Робин кивнул и открыл дверь, чтобы их выпустить. И в тот миг, когда они шагнули через порог, грохнула безумная какофония звуков – крики, завывания, скрежет металлических деталей невидимого механизма. Это была угроза и предупреждение, смесь древнего ужаса и современных возможностей пустить кровь. За их спинами дверные панели сместились, обнажив темную полость.

Грабители из «Гермеса» устремились на лужайку, не проронив ни слова.

Робин помедлил, раздумывая, стоит ли бежать вместе с ними. Он мог бы успеть: ловушка была громогласной, но явно действовала медленно. Он оглянулся и увидел, что обе его ноги стоят на университетском гербе. А вдруг охранная система заработает, когда он сойдет с этого места?

Был лишь один способ это выяснить. Робин сделал глубокий вдох и бросился вниз по лестнице. Он услышал грохот, а затем почувствовал дикую боль в левой руке. Он точно не понял, куда именно ранен. По всей руке разлилась страшная боль, как будто рана была не одна. Рука горела, взрывалась, словно вот-вот отвалится. Он бежал, не останавливаясь. Позади в воздухе свистели пули. Робин пригибался и вилял наугад; он где-то прочел, как уклоняться от выстрелов, но понятия не имел, верно ли это. Он услышал еще несколько хлопков, но новые очаги боли не появились. Ему удалось добраться до лужайки и свернуть налево, на Брод-стрит, откуда башню уже не было видно.

Но боль и страх никуда не делись. Колени тряслись. Робин сделал еще два шага и привалился к стене, борясь с рвотными позывами. Голова плыла. Он не сможет убежать от полиции, если она прибудет. Только не в таком состоянии, когда по руке течет кровь, а зрение затуманено. «Сосредоточься». Он нашарил в кармане пластину. Левая рука была скользкой и темной от крови, от одного ее вида Робина снова затошнило.

– Усин, – лихорадочно шептал он, пытаясь сосредоточиться, представить себе это слово на китайском. Пустота. Бесформенность. – Невидимый.

Ничего не получилось. И не могло получиться: Робин не мог перейти на китайский, когда все мысли были только о чудовищной боли.

– Эй, вы! Стойте!

Это был профессор Плейфер. Робин вздрогнул, приготовившись к худшему, но на лице профессора появилась теплая и добрая улыбка.

– О, здравствуйте, Свифт. Не знал, что это вы. Все хорошо? В здании какая-то суматоха.

– Профессор, я… – Робин понятия не имел, что сказать, но решил промямлить хоть что-нибудь. – Я не… я был поблизости, но не знал…

– Вы никого не видели? – спросил профессор Плейфер. – Охранная система должна застрелить вора, как вы знаете, но с предыдущего раза механизм, похоже, заело. Хотя, возможно, преступник все же ранен. Вы не видели, чтобы кто-нибудь хромал и кривился от боли?

– Нет, не видел. Я был почти уже на лужайке, когда сработала система, но не успел повернуть за угол. – Неужели профессор Плейфер понимающе кивает? Робин не мог поверить в собственное везение. – А что, в здании вор?

– Может, и нет. Не волнуйтесь. – Профессор Плейфер похлопал его по плечу. От этого по всему телу разлилась новая волна боли, и Робин стиснул зубы, чтобы не закричать. – Иногда охранную систему заедает. Наверное, пора ее заменить. Жаль, мне нравился этот вариант. Вы хорошо себя чувствуете?

Робин кивнул и поморгал, изо всех сил пытаясь говорить ровным тоном.

– Думаю, просто напуган… После того, что мы видели на прошлой неделе…

– А, ну да. Ужасно, правда? Но все же приятно узнать, что моя идея сработала. Мне ведь даже не позволили проверить ее на собаках. Хорошо, что она по ошибке не включилась, когда там были вы. – Профессор Плейфер резко засмеялся. – А то начинила бы свинцом.

– Точно, – слабым голосом произнес Робин. – Я так… рад.

– Все будет в порядке. Выпейте виски с горячей водой, это поможет.

– Да, наверное… Хорошая мысль.

Робин собрался уходить.

– Разве вы шли не в башню? – окликнул его профессор Плейфер.

Робин выдал заготовленную ложь:

– Я был немного взбудоражен, вот и решил начать работать над рефератом для профессора Ловелла. Но меня что-то трясет, поэтому вряд ли у меня сейчас получится что-то путное, лучше просто лечь спать.

– Ну разумеется. – Профессор Плейфер снова похлопал его по плечу, на этот раз сильнее, и у Робина чуть глаза не выскочили из орбит. – Ричард назвал бы вас лентяем, но я вас понимаю. Вы только на втором курсе и можете позволить себе лениться. Ступайте домой и поспите.

Напоследок профессор Плейфер еще раз дружелюбно кивнул и зашагал к башне, в которой по-прежнему завывала сирена. Робин глубоко вздохнул и заковылял прочь, изо всех сил стараясь не рухнуть на мостовую.

Каким-то образом ему удалось добраться до Мэгпай-лейн. Кровотечение так и не остановилось, но, вытерев руку влажным полотенцем, Робин увидел, что пуля не вошла в руку. Она лишь срезала кусок кожи с мясом, чуть выше локтя. Рана выглядела обнадеживающе маленькой. Робин не знал, как правильно ее перевязать – видимо, для этого понадобятся иголка и нитка, – но было бы глупо в такой час разыскивать университетского врача.

Он стиснул зубы от боли, пытаясь вспомнить, какие полезные советы почерпнул из приключенческих романов. Нужно продезинфицировать рану спиртом. Робин порылся на полках, пока не обнаружил полупустую бутылку бренди: рождественский подарок Виктуар. Он капнул его на руку, зашипев от боли, а затем сделал несколько глотков. Потом нашел чистую рубашку и разорвал ее на бинты. Робин плотно обмотал руку, придерживая ткань зубами, – он читал, что давящая повязка помогает остановить кровотечение. И больше он не знал, что предпринять. Может, просто подождать, пока рана затянется сама?

Голова плыла и кружилась от кровопотери, а может, и от бренди.

«Нужно найти Рами, – подумал он. – Найди Рами, он поможет».

Нет. Тогда он втянет Рами в это дело. Робин скорее предпочел бы умереть, чем подвергнуть Рами опасности.

Он сел, привалившись к стене и задрав голову к потолку, и несколько раз глубоко вдохнул. Он просто обязан пережить эту ночь. Для перевязки потребовалось несколько рубашек – значит, придется идти к портному, придумывать какую-то историю о катастрофе с бельем, – но в конце концов кровотечение удалось остановить. Вконец обессилев, он упал на пол и заснул.

На следующий день, промучившись три часа на занятиях, Робин отправился в медицинскую библиотеку и порылся на полках, пока не нашел справочник