Дороги Богов - Александр Соловьёв

Оставшись довольным своим изобретением, Вадим приказал тропинке свернуть и, надавив на педали, выехал в колодец.

«Приветствую вас, Мастер Справедливости! – воскликнул персолип, лишь только Вадим завершил сотворение пустотного пузыря. – Ну, вы и шуму подняли в Мегафаре! Разговоры до сих пор не утихают. Однако я слышал, что вам удалось сбежать. Что Иное Подобие предоставил вам убежище. Это правда?»

– Мастер Справедливости? А что, пожалуй мне нравится это имечко. Скажи-ка, Странное Создание, ты по-прежнему мечтаешь пожить среди хомунов?

Персолип задумался.

«Если вы хотите отправить меня куда-нибудь в оболочку вселенной, то думаю, это не очень хорошая идея».

Вадим усмехнулся.

– А если ты сам при этом будешь в человеческой шкуре?

«Ах!»

Вадиму показалось, что гриб шевельнулся. Но нет. Такого не может быть. Персолип – форма статичная.

Странное Создание на чем-то усиленно сосредоточивалось: Вадим это чувствовал.

«Вы очень изменились, – наконец сказал персолип. – Что стало с вашими мыслями?»

– С мыслями всё в порядке, – ответил Вадим. – Но теперь они недоступны для других. Такая уж выработалась привычка. Ты на вопрос не ответил.

«Готов быть вашим вечным слугой и личным советником за обещанную человеческую шкуру!» – торопливо отчеканил персолип.

– Советником, говоришь… Что ж, это кстати. В таком случае, прежде чем приступить к экспериментам, давай поговорим. Вопрос первый. Что ты знаешь о Харте?

«Так у вас и впрямь есть лишняя человеческая шкура?»

– Возможно, даже не одна. Но твоё нетерпение мне не нравится. Ты просидел в пещере много веков. Попробуй подождать ещё немного. Итак, я спросил тебя о Харте.

«О, – спохватился гриб. – Безусловно! Харт – Иное Понимание. Он же – Иное Подобие».

– Почему так говорят?

«Харт состоит из величины, которой нет ни во времени, ни в пространстве, ни в сознании. Он – антипространство и антивремя. И даже антисознание».

– Что же это за величина, которая отсутствует в абсолютных вастах?

Персолип выдержал паузу и объявил:

«Это – точка».

– Точка?

«Математическая».

Вадим хмыкнул.

– Точка есть и в пространстве, и во времени, и… в сознании тоже. Точка есть везде.

«Вовсе нет. Три чистые васты изначально точки лишены. Вы скоро это поймёте. Один лишь Харт – истинная точка в математическом смысле».

– Как так?

«Попытаюсь объяснить близкими вам понятиями. Итак, точка. Она бесконечно мала. Математики всех двенадцати фаров единодушно заявляют, что это неоспоримый факт. Вдумайтесь в смысл слова «бесконечно». Бесконечно мала – это значит, мала до полного исчезновения. Понимаете? Точка – небытиё. Другими словами, точка физически вообще не может существовать».

– Ты хорошо объясняешь, – сказал Вадим. – Точка условна.

«Именно так, – сказал персолип. – Однако те же математики убеждены, что из этих самых точек-небытий состоит прямая».

– Выходит, абсурд? Прямая не может существовать из небытий.

«Нет. Парадокс. Но парадокс для нас, вторичных сущностей.

– Почему только для нас?

«Сами поглядите. Мы пришли к заключению, что точки нет. Верно?»

– Ага.

«Но мы свободно можем рассуждать о точке и даже обозначать её в пространстве и времени».

– Допустим.

«А вот дааны, хариты и персоназы этим похвастаться, увы, не могут. Точка для нас и чистых рас – не одно и то же».

– Почему?

«Дело в том, что время, пространство и сознание не имеют в своей основе бесконечно малых величин (то есть, небытий). Они не могут допустить даже их существование. Их структура основана на лучах, прямых, плоскостях, объёмах, гиперобъемах и так далее».

– Но луч, прямая – всё это совокупности точек!

«Вот это уже абсурд, мой господин. Бесконечное количество отрицательных бесконечностей даст ноль».

– Тогда конечное количество отрицательных бесконечностей даст… отрицательный отрезок!

«Браво, Мастер! Но об этом чуть позже».

– Выходит, Харт – бесконечно малая точка?

«Выходит, так, мой господин».

– Мы друзья, не называй меня господином.

«Как скажете».

– Но Харта нет, поскольку бесконечно малое – это небытие.

«Верно. Харт – небытие. О Харте говорил хомун по имени Лао-Цзы. Он назвал Харта безусловным совершенством. Как-то раз Лао-Цзы забрел в Пустыню, внутренний уровень оболочки, и встретил там Харта. С тех пор он и заговорил о Небытии, как о высшем совершенстве».

– А я думаю так. Харт, несомненно, силен. Но до совершенства ему далеко.

«Поймите, Мастер, реальность, нормальная логика, три чистых расы не имеют в себе изначально никаких бесконечно малых точек. Время, пространство, сознание – три абсолюта. Все они – бесконечно большие субъекты. Все они – бытия. Но для того чтобы создать вселенную-Мегафар, им понадобилась такая величина, как точка. Только Харт – истинная точка-небытиё. И только он может дать мирам бесконечное количество точек».

У Вадима в голове зашумело.

– Выходит, когда чистые расы заключали свое соглашение…

«Именно так! – обрадовался персолип. – Харт – основа, на которой создан Мегафар. Вы поняли?!»

– Не совсем, но близок к пониманию.

Персолип помолчал, а затем недоверчиво спросил:

«А на той человеческой шкуре, о которой вы говорили, есть глаза?»

– Ты сможешь не только видеть, но и ощупывать, и даже обнюхивать самого себя, – Вадим пристально всмотрелся в объектив персолипа. – Что ты там говорил об отрицательных отрезках?

«Вы сами это сказали: конечное количество отрицательных бесконечностей даст отрицательный отрезок. Так и есть. И этот отрезок – вы».

– Вот те на! – Осмотревшись, Вадим присел на камень. – Подытожим. Три чистые расы – это три положительные бесконечности, три бытия. Харт – отрицательная бесконечность. То есть точка, небытие. Все мы, порождения вселенной, – полукровки, отрицательные отрезки. Так?

«Всё верно, Мастер».

– Что ж. Трудно понять, но придётся. – Вадим на минуту задумался. – Ну ладно. А теперь объясни: в чём различие между временем, пространством и сознанием?

«Ни в чем – в плане структуры, и во многом – в плане характеров, – ответил персолип. – Возьмите, к примеру, трёх хомунов или трёх таких, как я, персолипов. Они окажутся одинаковыми и вместе с тем абсолютно разными. Поставьте их рядом, и вы убедитесь, что все они имеют общую структуру, но столкните их в споре, и тут начнутся противоречия. Даже в случае, если они сойдутся на том, что чёрное – это чёрное, а белое – это белое, на самом деле каждый будет подразумевать разные вещи. Всё призрачно. Даже, если вы абсолютны».

– С ума сойти, – сказал Вадим.

«Вы стали другим, – заметил персолип, – но способность удивляться по-прежнему остаётся одним из качеств вашего ума».