Время новых дорог - Александр Федорович Косенков

зуммер мобильника. Веселенькая мелодия вызова была так неожиданна и нелепа, что несколько секунд Наташа и Виктор с испугом и растерянностью смотрели друг на друга. Потом, отбросив доску, Виктор судорожными движениями стал расстегивать куртку, полез во внутренний карман, достал мобильник, переключил на прием и закричал:

— Да! Слушаю! Кто это? Мы здесь! Это Виктор! Отвечайте! Я слушаю! Алло! Говорите!

— Виктор! — раздался голос Павла Сергеевича. — Это я. Набрал на всякий случай твой номер. Саша со мной, скоро придем. У вас все в порядке?

— В порядке. Дождь только. Значит, мы можем подать сигнал? Вы уже сообщили, где мы?

Ответ раздался не сразу.

— Пытался. Бесполезно. Связь только здесь, между нами, в зоне ущелья. Ждите, сейчас придем.

Виктор немного подождал, осмысливая услышанное, и стал торопливо набирать знакомые номера. Ни один из них не отвечал. Когда он в отчаянии отключил мобильник, эхо неожиданно вернуло его последнюю фразу:

— Вы уже сообщили, где мы?

Постепенно затухая, она прозвучала еще несколько раз:

— Вы уже сообщили? Вы уже сообщили?..

Если посмотреть на ущелье, пленниками которого оказались наши герои, постепенно поднимаясь над ним, пока его не скроют низкие облака, можно успеть разглядеть нагромождение скал, отвесные стены северной стороны хребта, темную зелень кедров и лиственниц, всползающую до уступа небольшого плато, скобой опоясывающего его юго-восточную часть. За плато, густо поросшим непроходимым стлаником, начинались каменные осыпи гольцов, вершины которых были полускрыты облаками. Над облаками — несколько заснеженных вершин, и снова облака. И только если подняться очень высоко, лишь тогда разглядишь, ощутишь масштаб огромной горной страны, сливающейся на востоке с другой горной страной — Саянами, а на юге уходящей в неведомую таинственную даль других стран, других нагорий, через которые веками и тысячелетиями то приходили, то уходили известные и неизвестные народы, оставляя в этом бесконечном движении запутанные следы своего бытия, которые иногда исчезали бесследно, а иногда прорисовывались вдруг с неожиданной отчетливостью и силой, очередной раз напоминая о том, как мало мы еще знаем о своем прошлом, об окружающем мире и даже о самих себе. Не потому ли так пугает многих из нас возможность оказаться в одиночестве и незащищенности посреди огромного неведомого мира, который живет своей, независимой от тебя жизнью?

Саша и Павел Сергеевич появились неожиданно. У Саши в руках каска с водой, а Павел Сергеевич высыпал на траву несколько прошлогодних кедровых шишек.

— Почему погас костер? — спросил он с усталым безразличием.

— Дождь, — буркнул Виктор.

— Тем более.

— Что?

— Тем более надо было поддерживать огонь. Твоя теплая одежда к вечеру превратится в пропитанную водой губку. Спичек у нас нет. Осталась только красная ракета.

— Вы что, думаете — мы тут будем сидеть до вечера?

Павел Сергеевич не ответил.

Саша протянул наполненную чистой родниковой водой каску Наташе.

— Что у тебя с рукой? — спросила она, разглядев разорванный рукав и кровавую ссадину.

— Заживет до свадьбы, — попытался улыбнуться Саша, и сразу стало видно, что он смертельно устал.

— Садись, — слегка потянула его за рукав Наташа. — Это я виновата. Не надо было никуда ходить.

— Зато воды у нас теперь залейся, — сорвался Виктор. — Вы не ответили — считаете, нас не будут искать?

— Будут, — не сразу ответил Павел Сергеевич. — Вопрос — где?

— Что — «где»?

— Где будут искать? Дело в том, что мы оказались совсем не там, где должны были.

— Это мы давно поняли. Но, по-моему, именно поэтому нас и должны искать. Или я чего-то не понимаю?

— Я тоже не понимаю. Вот всего этого, — он провел рукой полукруг, — просто не существует.

— Может, и мы уже не существуем?

— Мы пока существуем, а вот это все — нет! Или мы оказались в каком-то другом мире.

— О чем вы, Павел Сергеевич? — спросила Наташа.

— Карту я помню наизусть. На ней нет этого места. Нет и все.

— Бред, — сказал Виктор. — Вы что, думаете…

— Ничего я не думаю, — оборвал его Павел Сергеевич. — Если начать думать, до такого додумаешься…

— До какого?

— Ночью я видел свет, — вдруг сказал Саша. — Совсем близко. Только какой-то странный. Я уже говорил Павлу Сергеевичу — он считает, что мне показалось.

— Смотря обо что ты ударился, — язвительно проворчал Виктор. — И не такое могло показаться.

— Я его видел до того, как упал. Луч, уходящий в небо.

— Может быть, геологи? — предположила Наташа.

— Нет тут геологов! И быть не может! — раздраженно ответил Павел Сергеевич.

— Почему? — спросил Саша…

— Потому что ни одного следа, ни одной тропинки, ни одного пня, ни одной сломанной ветки! А самое главное — еще раз повторяю для тех, кто не понял, — этого ущелья нет на карте. Значит, искать нас здесь не будут. Мы должны выходить сами. Наверх, на снежник. Там может появиться связь, там нас могут заметить. А здесь мы просто не существуем. Нас нет. Нет и все.

Повисло тяжелое молчание.

— Я попробую, — неуверенно сказала Наташа. — Нога вроде уже не так болит…

— Нет, — оборвал ее тренер. — С тобой мы будем подниматься весь день. Полетный день — световой. Вечером нас уже никто искать не будет. А еще одна ночь в таких условиях — без костра, под дождем… В общем, сами понимаете.

— У меня предложение… — вдруг сказал Саша.

— Подожди, — недовольно поморщился Павел Сергеевич. — Делаем так… Я — в порядке. Виктор — отдохнул. Мы с ним идем наверх, попробуем связаться. Не исключено, что будет вертолет — у нас ракета. Это единственный шанс. Вы с Сашей ждете нас здесь.

— Только не рассказывай про свой луч. В стрессовой ситуации не такое покажется.

— Мне не показалось. Я не про это…

— По-моему, классное предложение, — вмешался Виктор. — Выберемся из этой ямы, потом вас. Все будет о’кей.

— Я согласен, — сказал Саша. — Только нам лучше вас ждать не здесь, а в пещере. Там мы хоть от дождя укроемся.

— Какой пещере? — насторожился Павел Сергеевич. — Ты мне ничего не говорил.

— Тут недалеко. Вверх. Я сначала думал — показалось. А когда рассвело — разглядел. Только забраться туда сил уже не было. Если вы поможете…

— Тише! — вдруг прошептала Наташа. — Слышите?

Снова странный вибрирующий звук, только намного слабее ночного, всколыхнул окрестное пространство и тихо погас в отдалении. Отозвавшись чуть заметной дрожью земли, сдвинулась с места в расщелине обрывистого северного склона чуткая каменная осыпь. Сначала осторожно, потом все быстрее и быстрее потекли вниз камни, щебень… Гулкое перекатывающееся эхо камнепада долго блуждало среди окрестных скал.

Обед с китайскими коммерсантами в одном из лучших ресторанов города подходил к концу. Переводчик постучал вилкой по бокалу, разговоры стихли, поднялся