Призрак войны - Майкл Стэкпол

О рейде рассказывали любопытные истории. Нападавшие были сразу определены как ССБ и это определение удалось проследить до некоего чиновника правительства. Я не думаю, что он был связан с Бернардом, просто догадливый бюрократ, пустивший слух в прессу и ожидавший, что УОБ его подтвердит. Журналисты в провинциальных регионах не получили более поздних заявлений из Контрессы, так что в деревенской глуши утро потратили на разговоры о полном разгроме ССБ.

Управление Общественной Безопасности Контрессы подтвердило результаты боя. Оба меха подбиты, пилоты погибли. Четверка «Симитаров» была уничтожена, а их экипажи сгорели, так же дело обстояло с двумя бронеховерами «Фокс» и обоими танками «Демон». Большая часть пехотинцев погибла, кроме трех, госпитализированных в критическом состоянии. Ещё трех солдат схватили и допрашивали, но похоже было, что они держали рот на замке. Я знал, что у Альбы хватит мозгов не ставить их в известность о личности их нанимателя, поэтому, в любом случае, они немного могли рассказать. Если они смогут продержаться двадцать четыре часа, этого будет достаточно, чтобы Альба и её люди подчистили все свои следы в Манвиле.

Все это работало в пользу плана смены ролей и замещения ССБ на СОН. Утверждения, сделанные от имени правительства, вкупе с последующим молчанием, можно было выставить в виде позорного заговора, служащего цели прикрыть очередной провал. Это взбесит Бернарда ещё сильнее, означая, что он накинется на Эмблина с удвоенной яростью.

Чтение полностью заняло моё время на обратной дороге. Квом сделал потрясающий обзор по ресторану в восточной части города, так что я сделал для себя пометку туда сходить. На станции в Манвиле я взял ховертакси до «Гранд Джермейн», поднялся в номер, принял душ и переоделся. Как раз когда я собирался уходить, в дверь постучали.

Я открыл и увидел двух офицеров УОБа, из столичного округа.

– Да?

– Мистер Донелли, вы пойдете с нами.

– Полковник Нимейер слишком занят, чтобы взяться за меня лично?

– Вам нужно пройти с нами, сэр. – Оба носили зеркальные солнцезащитные очки. Их лица и голоса оставались совершенно бесстрастными. Они были молодыми и очень мускулистыми и дали мне понять, что возможность отказа не обсуждается.

Я пошел с ними. Они провели меня до лифта, затем вниз, в гараж, и направили к темному, непримечательному ховеру.

– Вы сядете сзади. Таковы правила.

Я кивнул, наклонил голову и полез внутрь.

Вот тогда один из них и засадил мне кулаком по левой почке. Моё тело пронзила боль и я потерял способность дышать. Мои ноги стали просто резиновыми, а он врезал мне ещё раз.

Удар пришелся по правой почке, и я понял, что буду мочиться кровью несколько дней. Если столько проживу.

Они схватили меня за руки, вывернули их за спину и надели наручники. Прижав мои ноги к моей груди, они сложили меня вдвое и засунули в щель между задним и передними сиденьями и захлопнули дверь. Секундой позже они расселись, двигатель заурчал и мы поехали.

Я бы попробовал подсчитать, сколько времени проходило между поворотами, чтобы найти дорогу снова, но сложно задерживать дыхание, пытаясь почувствовать жжение в легких, если ты не можешь дышать. Несмотря на боль, я изогнул спину и вдохнул немного свежего воздуха.

С хрустом подаваясь вперед я выдыхал, изгибаясь – вдыхал. Некрасиво, неудобно, но единственно возможно на тот момент.

Странно, но, несмотря на то, что я мог опознать моих похитителей, я не боялся за свою жизнь. Если бы УОБ хотел меня убить, этим бы занялся лично Нимейер, а я не сделал ничего, побуждающего полковника пожелать моей смерти. Я предполагал у него наличие желания накостылять мне так, чтобы я от страха убрался, но убивать, если не было пролито крови невинных людей? Это было на него непохоже.

Наконец машина остановилась и меня протащили через дверь из помещения для погрузки грузовиков в маленькую контору склада. Разбросанный повсюду мусор и резкий запах мочи свидетельствовали о его заброшенности. В этот момент дела стали выглядеть плохо, потому что было очень легко представить себя брошенного здесь с простреленной головой и найденного только после того, как соседи почувствовали странный запах и заметили тучи летающих мух.

Они заволокли меня в комнату, усадили в кресло и я ощутил подзатыльник. Мне почудилось, что я снова на Хелен и я оглянулся, ожидая увидеть командующего Рейса. Не повезло.

Там стоял Бернард и он был, э, очень зол.

– Ты – лживый мешок дерьма, Донелли. – Он двинул мне левой, но получилось неудачно и он только ободрал костяшки о мой череп. – Ты ещё более вероломная скотина, чем эти куритянские шавки. Ты нас продал! Ты рассказал им где мы будем и когда.

– Как я мог это сделать, если я этого не знал?

– Ну, ты нас подставил. Ты заставил меня подумать о «Дворце» и сделал так, что я подумал о головидении. – Он глянул на мой эскорт, посасывая ободранные костяшки. – Преподайте ему урок.

– Сэр?

– Врежь ему, черт тебя побери. Сделай ему больно.

Один из них выдернул меня из кресла, просунул руки под мои и сцепил пальцы в замок на задней стороне моей шеи. Другой натянул кожаные перчатки, на тыльной стороне которых были вшиты свинцовые вставки. Это добавляло веса ударам.

Конечно, вы думаете, что вот я сейчас, весь из себя рыцарь-призрак, всем покажу. Что меня научили всяким вещам, способным выручить в разных ситуациях. Что мои воинские таланты делают меня смертоносным и безо всякого оружия. Да выбраться из подобной ситуации будет плевое дело.

И так бы и было, если бы мои руки не были скованы, если бы в меня медвежьей хваткой не вцепился бы тип, способный побороть на татами мех, а мои почки не горели бы как раскаленные угли. Все это ставило меня в очень невыгодное положение, которое становилось всё невыгодней, по мере того, как амбал из УОБа пытался навечно впечатать мой пупок в мой же позвоночник.

Тут я мало что мог сделать. Ну, во-первых, меня на него вырвало. Во-вторых, я расслабил мочевой пузырь и позволил ему опорожниться досуха. Парням из управления все эти штуки из отправлений организма очень не понравились. Бернарду же то, что я обмочился, показалось очень забавным. Он изо всех сил изгалялся, демонстрируя мне этот факт, глумясь надо мной, почему и позволил им снова меня усадить.

– Надеюсь, тебе нравится сидеть вот так, Донелли, потому что именно так ты сдохнешь.

– Ладно. Хорошо. Я сдохну. Но тебя это не спасет.

Он схватил меня за волосы и запрокинул мою голову.

– Что ты имеешь в виду?

– Подумай. Спроси Альбу. Я ей отправил сообщение. Я ей сказал все отменить.

– Она ничего не получала.

– Оно было в закладной почте. В банке. – Я повернул голову и плюнул в него, промахнувшись. – Я сделал отметку. Я сказал тебе все прекратить.

– Врешь!

– Ладно. Я не виноват, что какой-то псих, помешанный на чистоте природы подобрал банку.

– Я сам смог поднять голову. – Ты уверен, что она его не получала?

– Она ничего не говорила… – Его глаза сузились. – Что ты несешь?

– Может быть она ничего не получала. Но она – наёмник. Её можно купить. Может она собственность Эмблина. Она ведь знает детали, так? Кто ещё?

– Я, Тейт, она.

– И её босс. Или босс твоего кузена.

За это я получил очередную оплеуху.

– Тейт не предатель.

– Ладно. Одним подозреваемым меньше. – Кровавая слюна стекала в лужицу у меня между ногами. – Она скажет, что получила сообщение слишком поздно. Вот так, просто слишком поздно.

– Она тоже не предатель.

– Нет, милорд. У вас завелся предатель. И вам нужно его выкурить. – Я фыркнул. – Если ты этого не сделаешь, Эмблин тебя достанет.

– Как мне найти этого предателя?

Я выпрямился, взглянул на стражей.

– Насколько ты им доверяешь?

Бернард посмотрел вверх, потом отослал их движением руки.

– Как?

– Скажи Альбе, что ты собираешься провести операцию политического значения. Расскажи ей план. Расскажи каждому из её подчиненных разный план. Если это политическая операция, Эмблин использует меня, чтобы противостоять ей. Я узнаю детали, сообщу тебе. Ты будешь знать, кто тебя сдал.

Он подумал немного и кивнул.

– Это может сработать.

– Хорошо. Продолжай давить на Эмблина. Больше действия.

– Больше провалов. Нас снова сдадут.

– Нет, ты должен продолжать делать то же, что делает он. Он не может прикрыть все. Ты пытался откусить большой кусок и повредил челюсть. Теперь кусай понемногу. Должно быть много быстрых ударов по случайно выбранным целям, осуществленными отдельными группами без общего руководства. Он не сможет защитить все цели. Сотня мелких укусов выпустят из него столько же крови, что и один большой. – Я усмехнулся. – И когда его силы смешаются в попытке защитить мелкие цели…