Одинокая волчица - Светлана Бестужева

Елена покачала головой.

- Нет, я ему ничего не рассказала о Сане... Они и так не слишком ладили, к сожалению. Максим ему не простит, что он меня обманывал.

- Ну, что ж, поехали. Дорога неблизкая, да всякие там формальности. Поедешь со мной? Или тебе спокойнее будет с Наташей?

- Мне все равно, - безучастно сказала Елена.

- Тогда со мной, - решительно сказал Павел. - Заодно расскажешь мне о Максиме. Надеюсь, мы с ним скоро встретимся.

......................................................................

В здание морга меня Андрей с Павлом не пустили. Сказали, что мне там делать совершенно нечего, что и Елена-то там пробудет от силы несколько минут, а потом выйдет ко мне, а всеми формальностями они займутся сами. Так и произошло: пять минут спустя Елена появилась на крыльце и тихонько пошла к машине, где я сидела и курила от нечего делать.

- И мне дай, - попросила она. - Жаль, выпить нечего. Никогда не было желания напиться, а сегодня... Знаешь, она не убита, она погибла, ударившись виском обо что-то в машине. Так эксперт считает. Но ведь значит её из машины выбросили, оттащили подальше от дороге, засыпали листьями и уехали... Чудо, что её вообще обнаружили, в этих местах почти никого не бывает. Ведь не убили же! Почему не привезли хотя бы сюда? Бросили, как собаку, которую переехали...

- Она очень... пострадала? - осторожно спросила я.

Елена покачала головой.

- Нет. Говорят, смерть наступила мгновенно и ранка совсем небольшая. Но... Знаешь, Наташа, она, оказывается была наркоманкой. Причем эксперт впервые столкнулся с таким наркотиком, даже не знает, что это такое. Он, кстати, не исключает, что смерть наступила от передозировки, а ударилась она уже потом, в бессознательном состоянии. Крови почти нет.

- Надеюсь, ты не будешь рассказывать это Максиму? - спросила я.

Елена передернулась, как от удара:

- Конечно, нет! Достаточно того, что она каким-то образом была связана с Са... с Александром Николаевичем.

- С чего ты взяла?

- На ней серьги... Из маминых... Понимаешь, он дарил своим женщинам украденные у моей мамы вещи. Причем украденные тогда, когда мамы уже не было в живых, и он об этом знал. Я кое-что замечала, но считала, что просто дурью маюсь: ревную мужа к жене собственного сына.

- Когда хоронить будете?

- Павел сейчас договаривается, чтобы завтра тело привезли в Москву, прямо в крематорий. А там он все устроит. Он тоже не хочет, чтобы Максим страдал. Господи, что бы я без Павлуши делала! Бог мне его послал в это время. И я так рада, что он нашел себе достойную женщину. Сейчас ведь это редкость...

- Ну уж! - фыркнула я. - Даже мы с тобой можем назвать целых четверых. Ну, ладно, троих, Милочку ты уже посчитала.

- Это кого же? - недоуменно посмотрела на меня Елена.

- Догадайся с трех раз. Не можешь? Господи, да Галка, ты и я.

- Наташа, ты когда-нибудь бываешь серьезной? - слабо улыбнулась Елена. - По-моему, я такого не видела.

- И не дай тебе бог, - совершенно искренне ответила я. - Это зрелище не для слабонервных, его только Павел может выдержать, поэтому я при нем себе и позволяю быть... не слишком веселой. А вот и наши мужчины. Ну что, мальчики?

- Поехали в Москву, - буркнул Павел. - Не нравится мне это дело категорически. Что-то не сходится, а я терпеть не могу, когда концы зависают... Извини, Алена, профессия...

- Да что ты, Павлуша, - начала было Елена, но тут запищал мобильный телефон Павла.

- Нам письмо, - тут же прокомментировала я это событие.

Андрей посмотрел на меня, как на неполноценного ребенка: со снисходительной жалостью. Мол, не обессудьте, люди добрые, дите у нас неплохое, только на головку слабое, так уж вышло. Я пожала плечами и оставила его взгляд без комментариев.

Павел захлопнул крышечку телефона и резко сказал:

- По коням. Там сразу два ЧП.

Андрей недоуменно посмотрел на него:

- Господи, что ещё могло случиться?

Павел молча поманил его в сторону, но Елена каким-то сверхъестественным чутьем догадалась, что это касается её. И даже догадалась, как касается.

- Саша? - одними губами спросила она.

Павел досадливо поморщился, подошел к ней и обнял за плечи:

- Мне очень жаль, Аленушка... Но, понимаешь... Он... В общем, его два часа назад вынули из петли. Он умер, Алена.

- Повесился? Саша? - чужим голосом переспросила Елена. - Не верю. Он слишком любил...

Она не договорила, побелела и стала оседать на землю. Павел подхватил её, не дал упасть, а Андрей помчался в здание морга за помощью. Хотя искать помощь в таком месте было по меньшей мере экстравагантно, но...

Пузырек с нашатырем оказал свое действие, а врач-патологоанатом, пощупав пульс и послушав сердце, сказал, что все это - только нервы, ничего страшного, к счастью, не произошло. Нужно везти женщину в Москву, уложить в постель и обеспечить полный покой. Лучше всего, дать снотворное и пусть она поспит часов двенадцать. Естественно, кто-то при этом должен при ней находиться.

- Хочешь, я позвоню Милочке и попрошу её побыть с тобой? - ласково спросил Павел. - Она будет только рада, ты ведь ей так помогла...

Елена пожала ему руку в знак благодарности и прикрыла глаза. Павел осторожно уложил её на заднее сидение своей машины, укрыл невесть откуда взявшимся пледом и вернулся к нам.

- Сейчас поедем. Как тебе это... самоубийство?

- Убрали, хоть к гадалке не ходи, - тут же отозвался Андрей.

- Правильно. Кстати, о гадалке. Второе ЧП вот какое: сегодня утром пацаны на Царицынском пруду нашли женщину - без сознания, с разбитой головой. Они, что нехарактерно, вызвали "Скорую" и милицию. Судя по всему, эта женщина в рубашке родилась: она пришла в себя и с ней уже побеседовали. Она - гадалка, довольно известная в некоторых московских кругах. Кому же она не угодила?

- Не все сразу, - жестко сказал Павел. - Хватит болтать, нужно везти Алену в Москву. Сейчас я предупрежу Милочку, пусть через какое-то время подъедет к ней домой. А мы потом - к этой самой гадалке. Похоже, нашелся последний кусочек головоломки...

......................................................................

Разумеется, я увязалась за Павлом и Андреем в палату, где находилась раненая. Поручив Елену заботам Милочки, они вообще-то хотели от меня отделаться: отправить домой, причем своим ходом. Но этот номер у них не прошел, я вцепилась в них, как бульдожка, и в результате одержала полную победу. Что и требовалось доказать.

В отдельной палате широко известного Института Склифасовского лежала не то женщина, не то мумия - так плотно была забинтована голова с удивительно правильными чертами лица. Когда она взглянула на меня, я почувствовала нечто вроде легкого озноба. Не знаю, как там с гаданием, но некоторыми гипнотическими способностями дама явно обладала.

- Здравствуйте, - вежливо сказал Павел, - присаживаясь на табурет возле кровати. - Так вы утверждаете, что вас пытались убить...

- Кто вы? - голос женщины звучал удивительно полно, низкий, завораживающий голос, от которого я бы лично не отказалась.

- Скажем так: я муж той дамы, которую пытались ограбить. И бывший муж той дамы, у которой убили мать и погибла невестка. К следственным органам имею кое-какое отношение. И вот пытаюсь разобраться...

- Его арестовали? - очень спокойно спросила женщина.

- Кого именно? - уточнил Павел.

- Того, кто пытался меня убить. Александра Николаевича Таранского.

- Арестовали, - кивнул Павел. - Но только не за это. То есть вчера мы ещё не знали, что он это сделал. Вчера мы ещё многого не знали.

- Его будут судить?

- Нет. Не будут.

- Не понимаю, - прошептала женщина, у которой даже губы побелели от волнения.

- Он покончил с собой несколько часов назад. Повесился в камере.

- Неправда!

- К сожалению, правда.

- Вы не поняли. Он не мог повеситься. Он слишком любит... слишком любил жизнь. И себя. Его убили.

- Вы знаете, кто? - быстро спросил Андрей.

Женщина покачала головой.

- Это неважно. Знаю или не знаю - все равно не скажу. Зато могу сказать, кто убил ту женщину на даче. И где украденные вещи.

- А почему погибла Марианна тоже знаете?

- И этого не скажу. Но она была обречена. Александру на роду было написано погубить трех женщин и... Ну, споткнуться что ли, на четвертой. Первой была его теща. Он не убивал, он нанял какого-то алкоголика, чтобы тот напугал старуху. Просто хотел напакостить, отомстить за то, что она его терпеть не могла и вечно мешала "красиво жить". А алкоголик перестарался...

- Откуда вы это знаете? - настороженно спросил Павел. - Вы при этом были?

- Нет, просто Александр мне очень доверял. Он был тогда сильно напуган тем, что произошло. А потом - успокоился. И сделал вторую глупость: связался с дамой, у которой украл какую-то ценную рукопись. Хотел у меня спрятать, я отказалась...

- А дама, между прочим, только чудом осталась жива, - со скрытой злостью сказал Павел.

- Ну, и слава Богу, что обошлось. Рукопись, как я поняла, спрятана в багажнике его машины.

- Мы её уже нашли. А третья дама - это, значит, Марианна?