Крестовый поход - Дэвид Вебер

Хинам с озабоченным видом привстал в кресле:

– Разумеется! Двух мнений быть не может! У язычников мало кораблей, и они меньше наших. Им не поможет даже их проклятое оружие, разработанное по наущению Хана-Сатаны…

Яханак притворился, что внимательно слушает капеллана, а сам погрузился в размышления.

«Язычники наверняка рассчитывают на истребители и сверхмощные боеголовки! Но сколько же у них может быть истребителей?» – думал он.

Отчеты из научно-исследовательского центра в Фивах, где пытались разработать собственные истребители, позволяли Яханаку понять, сколько машин может поместиться на авианосце того или иного размера. Среди приближающихся кораблей язычников были только «легкие авианосцы» величиной с крейсер, какие фиванцы уже видели в Редвинге. Причем больше их не стало. Неужели у противника возникли неожиданные проблемы с истребителями или пилотами?

В захваченных у язычников данных такой информации не содержалось, но на появившихся авианосцах явно не могло быть достаточно истребителей, чтобы сравнять шансы обоих флотов, особенно здесь, где невозможно построить никакой ловушки, и истребителям язычников придется атаковать фиванские корабли в лоб под градом зенитных ракет. Конечно, боеголовки с антивеществом – грозное оружие, но противник не может знать, что его линкоры типа «Пророк» и модернизированные линейные крейсера типа «Ронин», своевременно отведенные от узла пространства, уже вооружены копиями тяжелых дальнобойных ракет язычников, которые к тому же установлены теперь на внешней подвеске всех остальных фиванских кораблей! Яханак позволит язычникам приблизиться к своим кораблям на дальность действия этих ракет, подождет, когда они подойдут еще ближе, чтобы не промахнуться, и нанесет первый страшный удар. А уж когда они окажутся на расстоянии огня фиванских лазеров!..

Конечно, адмирал язычников, сражавшийся в Редвинге, не дурак! И все-таки излишняя уверенность в собственных силах порой подводит даже самых умных…

В этот момент Хинам на мгновение замолчал, чтобы перевести дух, и Юрах смог вставить слово:

– Меня беспокоит исчезновение нескольких легких крейсеров язычников, которые вышли из узла пространства в самом начале.

– Первые доклады были путаными и противоречивыми, – не терпящим возражения тоном заявил Хинам, и Яханак не мог с ним не согласиться. – А сейчас язычники, возможно, включили маскировочные устройства, работающие в дезинформационном режиме. – Капеллан с пылающим взором повернулся к Яханаку: – Пришел твой час, адмирал! Не упусти возможность, которую дарует тебе Святая Мать-Земля! – Хинам хитро прищурил сверкающие глаза и добавил: – Синод вряд ли будет упрекать героя уничтожившего главные силы флота язычников, в том, что раньше он уклонялся от точного исполнения его приказов!

Яханак отвернулся, чтобы скрыть недовольную гримасу. Хотя Хинам и не нравился адмиралу, слова капеллана попали в самую точку. Крупная победа обнаружит правильность его стратегии. Конечно, прямо об этом никто не скажет, но все поймут, что он был прав, а Синод ошибался.

Яханак повернулся к Хинаму и вежливо сказал:

– Святой Отец, я, как всегда, полагаюсь на вашу мудрость… Капитан Юрах, тяжелые корабли и корабли их поддержки будут вести бой по плану «дельта – два».

– Слушаюсь, господин адмирал второго ранга!

У Юраха блестели глаза, и Яханак с усмешкой вспомнил, как недоброжелательно капитан косился на него при первой встрече. Теперь у капитана его флагмана совсем другое, по-настоящему боевое настроение. Это вселяет надежду!

Адмирал второго ранга откинулся в кресле и стал наблюдать на дисплее за тем, как его флот двинулся вперед. Впрочем, слишком далеко он не пойдет! У Яханака было время хорошенько подумать и учесть все ситуации, которые могут возникнуть в беззвездной системе QR-107. Теперь Разящий Меч Святой Матери-Земли играючи нанесет язычникам сокрушительный удар!

Одиннадцать сверхдредноутов, четырнадцать линейных кораблей и тридцать линейных крейсеров вышли на свои позиции. Спереди и с флангов их прикрывали эскадры крейсеров и дивизионы эсминцев.

«Даже если язычники не потеряли ни одного истребителя возле узла пространства, – мрачно подумал Яханак, не сомневаясь, что потери у противника обязательно были, – их все равно не хватит, чтобы справиться с моими кораблями. Особенно сейчас, когда их экипажи уже видели истребители и знают, как с ними бороться!»

И все-таки осторожность прежде всего! Вот почему Яхакак выбрал план «дельта – два», по которому его тяжелые корабли не слишком далеко отходили от узла пространства, ведущего в Парсифаль. Если язычники до такой степени глупы, что прилетят к нему сюда через всю систему, он, так и быть, уничтожит их, но его корабли слишком ценная часть Разящего Меча Святой Матери-Земли, чтобы рисковать ими.

Оба флота постепенно приближались друг к другу, а авианосцы-призраки облетели вокруг многочисленных фиванских кораблей и зашли к ним в тыл, отрезав от узла пространства, ведущего в Парсифаль. Пока тяжелые корабли сближались на дистанцию ракетного залпа, у авианосцев, было предостаточно времени, чтобы выйти на предназначенную им позицию. Как только корабли обоих флотов открыли огонь, двести сорок пилотов, одним из которых был Ктаар’Зартан, как снег на голову свалились на фиванские корабли, зайдя им прямо в мертвые зоны.

Ктаар давно не чувствовал себя так замечательно, как в тот момент, когда его звено ударило по одному из фиванских сверхдредноутов со стороны кормы. Этот гигант, предупрежденный отчаянными сигналами с эскортных кораблей, сразу стал разворачиваться, но было уже поздно. По сравнению с космическими истребителями он казался неуклюжим бегемотом. Истребитель Ктаара задрожал и вошел в смущенное пространство за кормой сверхдредноута. Ктаар, раньше никогда не приближавшийся так близко к вражескому кораблю, впился глазами в прицел и вместе со всем 509-м звеном дал залп ракетами для ближнего боя, устремившимися к противнику сквозь почти нереальное неустойчивое пространство у него за кормой.

Ни Ктаар, ни остальные отважные пилоты 509-го звена не могли промахнуться на таком небольшом расстоянии. Электромагнитные щиты и энергетическое поле распались среди ослепительных вспышек ядерных взрывов. Корма гигантского сверхдредноута распухла, по ней поползли изрыгающие языки пламени трещины, и она лопнула, когда одна из ракет, которую Ктаар считал своей собственной, ударила прямо по металлу, неспособному выдержать взрыв такой силы. Ликующий орионец издал пронзительный вопль, чуть не оглушивший всех, кто услышал его в наушниках.