Ворона для Царя (СИ) - Попова Елена

И каждый раз я просыпаюсь в холодном поту.

* * *

Мама, борясь со своей депрессией, пыталась вытащить меня из моей. Она ушла в отпуск, таскала меня по магазинам, прикладывала ко мне платья, которые я отказывалась примерять. Она охала от восторга и говорила, что все они мне очень идут. Она надеялась, что я все же пойду на выпускной.

 - Ты обязательно должна пойти. Тебе нужно развеяться!

- Если только пеплом по ветру…

 - Люська, ну перестань! Жизнь на этом не заканчивается. Знаешь, сколько раз я страдала из-за мужчин? Вспомни, что со мной творилось, кода твой отец ушел из семьи. Да я жить не хотела без него! Но потом шажочек за шажочком вернулась к прежней жизни. Давай начнем с выпускного. Все-таки такое событие случается один раз в жизни, а потом мы съездим к бабушке. Отдохнешь на природе. Поверь мне, ты вернешься другим человеком.

Мама говорила мне это каждый день и накануне выпускного я поддалась на ее уговоры. Возможно, она права. Если еще пару дней проведу в четырех стенах, то следующим моим пристанищем будет психбольница.

Мы съездили на рынок, и почему-то в этот раз я сразу нашла платье, которое смотрелось на мне идеально: коралловое, длинной почти до колен, плечи перечеркивали тоненькие бретельки, которые скрещивались на спине. Оно было сшито точно по моей фигуре.

* * *

Большой зал переливается, играет разноцветными огоньками. Они повсюду. На стенах, на высоких колоннах, на мраморном полу, на потолке, на белых скатертях, на лицах моих одноклассников. Все улыбаются, кружатся в танце. Девчонки в красивых платьях, мальчишки причесанные, в рубашках и брючках. Родители умиленно смотрят на них, смахивают слезы. Наша классная тоже. Мама вытащила меня на танцпол и вторую песню подряд пытается растормошить. Но я не реагирую. Как будто этот праздник меня не касается. Я пожалела, что пришла сюда. И, наверное, не переживу следующий медляк. Как только звучит медленная песня, мне сразу хочется убежать куда-нибудь подальше, забиться в угол и заткнуть уши. А еще лучше оказаться в своей комнате, где такой родной потолок, на котором нет никаких огоньков, и в сотый раз пересчитать ромбики. Я знала, что у Максима сегодня тоже выпускной. Пошел он на него или нет?..  Может, он вообще не в городе. А если пошел, то веселится сейчас? Думает обо мне? Или танцует с какой-то девочкой?

Заиграла песня, от которой застыла в жилах кровь. Каждое слово проникало в глубину души. Парочки закружились в танце. Маму пригласил чей-то папа, наша классная танцует с Ильей из нашего класса, Юлька за колонной целуется со своим одноклассником. А в моих глазах застыли слезы.

«Ты подойди поближе, и будь сама собою,

Я не могу тебя так долго ждать.

Как быстро ночь промчалась, а нам ещё с тобою,

Ещё о многом нужно помечтать...»

Звучало из динамиков.

- Пойдем, потанцуем? – предложил рыжий парень из одиннадцатого «А» и протянул мне руку.

- Извини. В другой раз, - попыталась улыбнуться я.

- Жалко прощаться со школой? – увидев мои слезы, спросил он.

Я кивнула. Пусть все так и думают.

- Мне тоже. Ну, ничего, в институте тоже будет интересно. – А ты куда поступать планируешь?

- Еще не планирую.

- У-у, а надо бы. Может, все-таки потанцуем? Заодно и поболтаем.

 Неожиданно кто-то коснулся моего плеча. Я вздрогнула и резко обернулась.  Это была Валя, моя одноклассница.

- Люд, попросили тебе передать, - и она протянула мне… бумажную розу. Точную копию той, что была с могильными крестами.

Затаив дыхание взяла ее так осторожно, словно Валя передала мне взрывчатку. Пока распечатывала цветок, в голове поселились страшные мысли, что там снова написано что-то плохое.

«Опиши меня тремя словами

«Красивый, умный, зануда

Смотри, как надо. Я опишу тебя тремя словами.

Ты. Мое. Море».

Это был тот же листок на котором мы с ним писали, но с продолжением.

Я побежала к Вале.

- Где тот, кто передал ее тебе? – я потрясла перед ее лицом бумажкой. – Розу! Кто дал тебе розу?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Парень какой-то светленький. Вроде не из нашей школы. Он стоял на улице.

Я выбежала на крыльцо и растеряно обвела глазами всех, кто стоял в ресторанном дворике. Но его нигде не было. Разве он мог просто передать записку и уйти? Ведь… ведь в этих словах всё! Это больше чем признание. Я помню, как он сравнивал любовь с морем, как хотел окунуться в нее с головой. Он назвал меня своим морем, значит, он любит меня. Значит, случилось какое-то чудо и он понял, что я его не предавала. Тогда почему он сейчас ушел?.. Почему он снова оставил меня одну?

- Какая красивая девушка, - послышалось за спиной. – Можно с вами познакомиться? – я обернулась, и по щекам снова хлынули слезы.

 Он был очень красив: белая рубашка с черной бабочкой, которая идеально сидела на нем, черные брюки, волосы как всегда взъерошены.

  Макс протянул мне руку.

- Максим Царев, - улыбнулся он.

- Люда Мухина, - шмыгнула носом я и взяла его за руку.

- Приятно познакомиться, - едва слышно сказал он и прислонился губами к моему уху. – Не хочешь сбежать отсюда?

- Желаю этого больше всего на свете, - сквозь слезы, засмеялась я.

И в книге с моим именем началась новая глава.

«В этот день они решат начать свою историю заново. С чистого листа. Но перед тем как закрыть дверь в прошлое, Максим извинится перед Людой и расскажет ей о том, что его нашел Шаман и объяснил, как всё было на самом деле».

Эпилог

Маму пришлось придерживать, когда мы выходили из зала суда. Макс держался достойно. Он не показывал вида, но я точно знала, что он очень сильно расстроен из-за отца. Жоре дали пять лет. Он оставил Максу все деньги за проданное наследство. Мы долго решали, как ими распорядиться: сразу уехать жить к морю, или же сначала отучиться. Мама настаивала на втором варианте.

- Я понимаю как вам хочется стать самостоятельными. Но это только кажется, что все так легко. Вам обоим придется учиться и работать, чтобы прожить. Подумайте, насколько вас хватит? Получите образование и езжайте! - говорила она.

В конце концов, мы тоже пришли к тому, что еще на ближайшие пять лет задержимся в нашей дыре. Как бы нам обоим не хотелось поскорее свалить отсюда.

Мы жили у нас. Мама уже давно не получала писем с зоны и не собирала Жоре передачки. В последнем письме Жора поблагодарил ее за все, попросил забыть о нем и начать строить личную жизнь. Мама поначалу сопротивлялась. Говорила, что все равно будет ждать его. Но прошло время и вот она уже встречается с новым мужчиной. Хирургом, который полгода назад перевелся работать в их больницу. Мама, через три месяца знакомства, перебралась к нему на пмж.

Макс поступил в институт на юридический, я – в швейное училище. После одиннадцатого класса мне нужно было отучиться там всего три года. А пока Макс доучивался третий и четвертый курс, я работала на швейной фабрике.

Юра учился в московском колледже. И после его окончания остался жить в столице. Эти новости я узнавала от мамы.

Однажды мы встретились с ним в универмаге. Знаете, это такое странное чувство, смотреть на человека, с которым было очень тесно связано все мое детство, и в то же время делать вид, что ты его не знаешь. Словно тебе навстречу идет незнакомец. Юрка повзрослел, возмужал. Он был одет в длинное пальто, точь-в-точь, как у Сани Белого, волосы зачесаны назад. Когда мы поравнялись, он остановился, а я пошла дальше. Нет, это не гордость, не обида какая-то, это прошлое, которое я не хочу ворошить.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

А вот Шамана я больше ни разу не встречала. Слышала от знакомых, что он ударился в изучение разных религий и теперь много путешествует.

Машка с Чижом расстались на третьем курсе колледжа. Сейчас у каждого своя личная жизнь. Машка работает в кафе официанткой, а Чиж, кажется, собрался жениться.