Небесный суд - Стивен Хант

— Мы не сможем защитить сразу двух мягкотелых, после того как они покинут Механсию, — ответил мистик. — Они остаются в безопасности до тех пор, пока пребывают в столице. После того, как они уйдут, мы не сможем отвечать за их безопасность. Спасение зависит не от нас, а от способностей юного мягкотелого.

От этих слов Оливеру сделалось не по себе. Значит, никакой помощи от старейшего союзника Шакалии ждать не стоит?

— И все-таки я чувствую, — отозвался Король-Пар, — что за твоими словами кроется нечто большее.

— Один из нас может предложить свою помощь этим двум мягкотелым. Но только один.

— Назови его имя! — потребовал король.

— Как скажете, ваше величество. Его имя Стимсвайп.

Возглас недоверия вырвался из голосовых аппаратов паровиков, собравшихся в тронном зале. Из шеренги рыцарей-кентавров, вперед шагнул Мастер Резак.

— Этого не может быть! Совет Равных, видимо, ошибся!

— Никакой ошибки нет, — возразил механический мистик. — Можешь, как и мы, попытаться получить другой ответ, но шестеренки все равно назовут это имя.

— Он деактивирован, он опозорен! — не унимался Мастер Резак. — Если защищать мягкотелых разрешено лишь одному из нас, то будет лучше, если с ними пойду я или кто-нибудь из моих рыцарей!

— Это будет Стимсвайп и никто другой! — оборвал его мистик. — Так сказали брошенные шестеренки! Такова воля Гиэр-Джи-Цу.

Король сделал знак, и Мастер Резак послушно вернулся на место.

— Вряд ли мой личный выбор пал бы на него, — произнес один из клонов Короля-Пара. Оливер испуганно вздрогнул. Способность короля вселяться в разные тела и одновременно вести разговор все еще сбивала его с толку. — В лучшем случае он попал бы в самый конец списка.

Оливер нахмурился.

— Но этот паровик сказал, что Стимсвайп деактивирован. Каким образом мертвец сможет защищать нас?

— Для представителей металлической расы слово «деактивирован» имеет самые разные оттенки значения. Платы с душой Стимсвайпа еще не возвращены предкам. Он спит, и его высшие ментальные функции сейчас временно приостановлены. Таково наказание за совершенные им преступления.

Оливер невольно нахмурился. Что за дефективное создание пытается впарить им король?

— Это преступление бесчестия, — пояснил клон Короля-Пара, от которого не ускользнуло недовольство юноши. — Он нарушил кодекс пара, который соблюдают наши рыцари. Проявил трусость. Стимсвайп был одним из семи рыцарей, которых мы отправили в джунгли Лионгели с важным для нашего народа заданием. У него сдали нервы, и он бросил своих братьев, оставив их умирать в далеком краю. Он предпочел сохранить свою смазку ценой рыцарского долга, заплатив за собственное благополучие жизнями соплеменников.

— Как раз такого паровика я и хотел иметь у себя за спиной в трудную минуту, — сыронизировал Оливер.

— Лоа идут по жизни своим собственным путем, — отозвался Король-Пар. — Но все они прекрасно знают, что поставлено на карту и что их ждет, их и всех нас.

Оливер пожал плечами. Почему бы нет. В конце концов, сколько народу желает надеть ему на шею веревку — и полицейские, и военные, и чародеи-уорлдсингеры, не говоря уже о Небесном Суде, выслеживающим Гарри Стейва. Да и загадочный враг Хозяйки Огней тоже жаждет его смерти. Почему бы не добавить к этой славной когорте ненадежного, трусливого паровика, готового дать стрекача при первой же опасности? Вряд ли это усугубит и без того паршивые обстоятельства, в которых он, Оливер, оказался.

Где-то высоко над головой, в потолке, открылся люк, и на мраморный пол тронного зала опустилось бесчувственное металлическое тело. Среди придворных пробежал недовольный ропот. Возле бездействующего воина собралась группа архитекторов, которые тотчас принялись настраивать его системы и возвращать к жизни. Глаза Стимсвайпа засветились. Сначала тускло, потом все ярче и ярче. Затем прозрачная мембрана опустилась со лба ему на глаза, защищая зрение. Четыре руки неожиданно завибрировали — к ним вернулись чувства. А потом они пришли в движение — две скелетообразные руки-манипуляторы и две боевых руки, одна из них была вооружена жуткого вида молотом с двумя головками.

Голова паровика наклонилась вперед, и в следующее мгновение он увидел короля и придворных.

— Сколько времени я бездействовал?

— Немногим более двухсот лет, — ответил Король-Пар.

— Не так уж много для того, чтобы искупить вину, — произнес Стимсвайп.

— Ветры могут измельчить горы Механсии в пыль, но этого времени все равно недостаточно для того, чтобы тебя простили, — сообщил ему король. — Однако шестеренки упали так, что нам пришлось разбудить тебя. Что ты на это скажешь?

— Есть ли меч, готовый принять меня? — спросил разбуженный паровик.

— Это мы сейчас увидим, — ответил Король-Пар. — Ты лучше скажи, ты ответишь на зов Паро-Лоа? Станешь носить цвета Свободного Государства? Будешь следовать кодексу? Сохранилась ли в тебе хотя бы капля чести?

— Если Лоа позовут меня, я откликнусь на их зов, — пообещал Стимсвайп.

— Твои слова можно считать достойным ответом, — ответил Король-Пар. — Мы перейдем в зал мечей и посмотрим, какое оружие подчинится воле Паро-Лоа.

С этими словами властитель паровиков вместе со свитой, Стимсвайпом и — похоже — половиной придворных, чинно покинул тронный зал, и колонна зашагала по коридорам горного замка. Увиденное привело юношу в смятение: огромные залы, где, устремив в пространство бесстрастный взгляд, за столами с какими-то машинами восседали неподвижные, как статуи, паровики. Целые леса стеклянных шаров, в которых сверкали разряды укрощенной энергии. Бездонные пропасти, в которых медленно, словно старческий язык, смакующий конфету, со скрипом вращались часовые механизмы.

Затем король привел свою свиту в круглую комнату довольно скромных размеров, которая никак но могла вместить всех желающих. Придворным пришлось остаться в коридоре, где они вынуждены были заглядывать друг другу через плечо, чтобы лучше видеть происходящее. Здесь имелся вход в соседнюю комнату, такую же круглую — таким образом получалось помещение в форме восьмерки.

— За мной, рыцари! — скомандовал Король-Пар. Прямо на глазах Оливера провинившийся рыцарь шагнул на середину следующей комнаты, громко цокая металлическими ногами по каменному полу.

— Но здесь ничего нет, — прошептал Оливер.

— Сейчас ты все увидишь, юный мягкотелый, — сообщил ему один из клонов короля. — Оружие само выберет рыцаря, так же как время выбирает подходящего паровика.

В белых стенах следующей комнаты открылись люки, а сами стены начали медленно вращаться. Из образовавшихся отверстий появились мечи, винтовки, булавы и прочие разновидности оружия, названия которых Оливер не знал. Ружейные стволы и острые стальные лезвия то высовывались наружу, то прятались обратно в стену в странном причудливом танце.

Оливер обратил внимание на то, что Мастер Резак, стоявший рядом с беспутным Гарри Стейвом, что-то бормочет и покачивает головой, по всей видимости, не одобряя выбор духов, павший на труса.

— Священное оружие! — сообщил Оливеру клон Короля-Пара. — Смотри, Оливер мягкотелый, перед тобой дубинка по прозвищу Трефовый Туз, которой размахивал Триндер Полугусеничный в годы войны с Киккосико почти семь столетий назад. А вон там, Гриндбайтер — длинноствольное ружье, способное разорвать в клочья мундир квотершифтского маршала с расстояния в целую милю.

Оливер от напряжения прикусил губу. Стимсвайп нервно расхаживал по центру комнаты. Ни один вид оружия пока что не остановился перед ним. А если ритуал не состоится, то разрешат ли рыцарю сопровождать их с Гарри? Или главнокомандующий прикажет вновь погрузить провинившегося паровика в тысячелетний сон? Стимсвайп вытянул один из манипуляторов в сторону меча с искривленным лезвием, но оружие тут же исчезло в темном отверстии движущейся стены.

— Стокслайсер! — простонал незадачливый паровик. — О борода Зака, Владыки Цилиндров, неужели не найдется оружия, которое позволит мне восстановить рыцарскую честь?!

— Твой голосовой аппарат порочит этот зал презренными звуками, — съязвил Мастер Резак. — Даже то оружие, которым ты когда-то владел, скорее откажется оживать, чем захочет почувствовать прикосновение твоей руки!

В следующее мгновение, как будто в ответ на мольбу Стимсвайпа, стена прекратила вращение. Открытым остался только один люк. В нем, на вертикальном металлическом стержне лежал, подрагивая, черный сверток.

— Мастер оружейник, ты узнаешь оружие, которое предлагает себя? — спросил Король-Пар.

— Узнаю, — ответил оружейник. — Это Лорд Уайрберн, Хранитель Вечного Огня.

Услышав его слова, присутствующие разразились недоуменными возгласами. Оружейник повернулся к придворным.