Работа над ошибками - Юрий Симоненко

— Неужели нападение?

— Скорее проникновение.

— Хм…

— Возможно, — уточнил первоархипатрит, — проникновение с попыткой диверсии…

Он снова взглянул в свой терминал.

— Начальник космодрома сообщает об исчезновении троих солдат-охранников и убийстве одного из сержантов.

— «Исчезновении»? — Абримелех приподнял одну бровь.

— Скорее всего, это похищение…

— Дело рук «проклятых», надо полагать?

— Пока рано говорить точно. Но, кто еще стал бы соваться за периметр? — пожал плечами серый первосвященник.

— Сейчас в Шагар-Кхарад находится группа специалистов ССКБ… — Абримелех участливо посмотрел на Шедарегана и, на всякий случай добавил: — …те два наших флайера, что отправились сразу на космодром вместе с двумя флайерами вашей охраны… В них летели члены следственной группы…

— Да-да, конечно, Абримелех, понимаю — вы предлагаете помощь ваших агентов.

— Возможно удастся раскрыть дело по горячим следам…

— Сообщите вашим людям, что они могут приступать к работе. Я отдам необходимые распоряжения… — Шедареган вызвал в терминале голографическую клавиатуру и быстро набрал текст сообщения.

Генерал-архипатрит последовал примеру собеседника и тоже набрал сообщение, не став вызывать своих адъютантов по голосовой или видеосвязи.

Прибывшая в Шагар-Кхарад за полтора часа до убийства следственная группа Секретной службы Красного Братства на месте убийства оказалась спустя почти час.

Старший следователь группы, архидрак и майор Кхаромах, получив от генерал-архипатрита распоряжение: оказать помощь в расследовании происшествия, был вынужден следовать внутреннему протоколу космодрома и на место убийства сержанта-священника и предполагаемого похищения еще двоих рядовых и одного капрала охраны его группа смогла попасть только после получения пропуска от дежурного офицера Внутренней службы безопасности. Дежурный офицер-священник Хумбудук не стал строить препятствий, но и нарушать установленных правил тоже не стал: находясь до того на месте происшествия, он вернулся в штаб Службы безопасности чтобы лично заверить пропуска для Кхаромаха и семи его подчиненных отпечатками первого, четвертого и седьмого пальцев своей правой руки — необходимое условие для получения допуска.

Когда оба флайера ССКБ и флайер дежурного офицера ВСБК сели на дороге неподалеку от капонира, возле сооружения уже стояли флайеры архипатрита Агримабара, начальника космодрома, и группы оперативного реагирования Службы охраны. Также там были четыре автомобиля-внедорожника (на одном из которых приехали убитый и его подчиненные) и один броневик. Там Кхаромах представился архипатриту, — высокому беловолосому аристократу в серой шинели, — и, обменявшись со старшим по сану и званию предписываемыми церковным этикетом приветствиями, приступил к работе.

Агенты ССКБ были ознакомлены со всеми имевшимися на тот момент материалами следствия и после были допущены охраной внутрь капонира.

То, что убитый сержант-священник и был тем самым «кротом», попытки связаться с которым ССКБ не оставляла вот уже полгода, было установлено в точности и не оставляло никаких сомнений. Это несколько меняло намеченные ранее планы действий для группы Кхаромаха, но нельзя сказать, что подобное развитие событий спецслужбой не рассматривалось. На случай «несчастного случая» у Кхаромаха даже имелась точная копия импланта, каким была оборудована голова «крота», только без ее главной составляющей…

Оказавшись внутри, подчиненные Кхаромаха и он лично осмотрели обезглавленный труп и место убийства с применением всех доступных Секретной службе средств и методов: были взяты множество проб и образцов всего, что только можно, от частиц пыли и нанесенного в помещение на обуви входивших грунта, до оброненных солдатами волос и мельчайших кусочков эпителия; были найдены и тщательно собраны все, какие только было возможно собрать, осколки черепа убитого и все поражающие элементы, которыми его череп был поражен, — точнее сказать: был разорван на множество мелких кусков и разбросан по яйцеобразному помещению и стоявшему посреди помещения штабелю светло-серых ящиков. Главного, — металлической пластины-импланта, установленной в месте искусственно имитированной медиками ССКБ травмы правой стороны черепа агента, — как того и следовало ожидать, недоставало.

Именно эта пластина, — а точнее: информация, содержавшаяся в виртуальной памяти замаскированного под имплант носителя данных, — и была главным предметом поисков для группы Кхаромаха.

Проведя в капонире почти четыре часа, Кхаромах оставил там свою группу, а сам отправился наружу, в один из флайеров. Устроившись в удобном кресле машины, он ознакомился с предоставленными ВСБК видеозаписями допросов троих рядовых, в сопровождении которых сержант-священник, на правах второго помощника дежурного офицера, объезжал посты Малого периметра.

Двое рядовых, — похожие друг на друга как родные братья, амбалы Бараг и Аргип, — как следовало из их собственных показаний, были последними, кто видел сержанта живым…

Очень странной казалась вся эта история Кхаромаху.

Со слов солдат выходило, что, не став дожидаться подкрепления, оставив одного водителя, пусть и с турелью, охранять вход в капонир снаружи, Керуб и эти двое отправились внутрь. «Пусть и глупость», — подумал Кхаромах, — «но вполне допустимая: наш «крот», видимо, не упускал случая отличиться на службе…» Куратор характеризовал Керуба как честолюбивого и склонного к героизму молодого человека. «Похоже, что у тебя, парень было полно амбиций: внедрившись к Серым, ты не собирался долго сидеть у них в сержантах…» — Майор достал из кармана запечатанную в пластик пластину-имплант и повертел ее в руке. — «Похоже, что ты облажался, сержант». Далее втроем они принялись осматривать помещения: проверили сначала второй выход, потом — когда вышли к «линии огня» — третий и четвертый. Все выходы были заперты и опечатаны. Убедившись, что в капонире никого нет, Керуб отправляет рядовых наружу… «осмотреться». Когда оба допрашиваемых подходили к этому моменту, тяжелая тень сомнения ложилась на мысли майора: будучи одним из лучших сержантов, не говоря уже о том, что он один из лучших выпускников спецсеминарии ССКБ, Керуб остается один, без прикрытия, в бетонной норе, из которой перед тем неизвестно куда исчезли трое обязанных там быть солдат! Более того, он посылает подчиненных «осмотреться»! Рядовые выполняют приказ. Сам Керуб при этом, опять-таки, со слов допрашиваемых, направился в сержантскую комнату, чтобы просмотреть там записи внутренних и внешних камер наблюдения и ознакомиться с журналом, который вел командир дежурного отделения. Убитый сообщил об этом рядовым. «Или эти двое — действительно идиоты», — думал Кхаромах, — «или хотят и сойти за таковых…» Рядовые «осматриваются» снаружи, и вдруг слышат подозрительный хлопок из открытой двери капонира… Обеспокоенные идиоты-солдаты бросаются внутрь и обнаруживают там обезглавленный труп начальника. При этом дверь четвертого выхода, перед тем закрытая и опечатанная, оказывается открытой…

Кхаромаху казалось странным, что внешние выходы вообще можно открыть снаружи, с внешней стороны периметра. Справившись на этот счет у одного из офицеров ВСБК, он получил ответ, что это необходимая мера на случай захвата укрепления противником. На вопрос о том, как так могло выйти, чтобы противник открыл эту дверь без электронного ключа, взломать который якобы невозможно, офицер лишь пожал плечами: его тоже занимал этот вопрос.

Майор понимал, что устранение «крота», как и устранение перед тем Арбигоста, было делом рук самих серых, что «крот» был раскрыт, и раскрыт давно, едва ли не с момента его внедрения к серым. Исчезновение импланта было ясным тому подтверждением. В ССКБ всерьез полагали, что у СБСБ — Службы безопасности Серого Братства — есть подразделения, либо искусно маскирующиеся под «черные отряды», либо состоящие в связи с «проклятыми». Но это надо было еще доказать…

Когда группа следователя Кхаромаха закончила работать на месте убийства, он, сославшись на «недостаточные для проведения должного обследования» условия местного госпиталя, рекомендовал взявшему дело под личный контроль начальнику ВСБК отправить тело убитого столицу, где с ним будут работать лучшие специалисты ССКБ. Начальник охотно выполнил рекомендацию Кхаромаха, заверив соответствующее распоряжение. Тело Керуба было передано следственной группе Красных братьев и одним из флайеров ССКБ отправлено в Азргон.

Позже, вечером, Кхаромах вкратце упомянул о деле убитого сержанта-священника в докладе по видеосвязи генерал-архипатриту Абримелеху, чем нисколько того не удивил.