Война индюка - Вадим Проскурин

— Погодите, — сказал Джозеф. — Если он бомбил Совет Нации… он заранее знал, что заседание не состоится?

— Он этого не знал, — покачал головой Рейнблад. — Первоначально он собирался уничтожить не только Трисама, но и меня. Потом передумал. Очень надеюсь, что он действительно передумал.

— Гм, — сказал Джозеф. — Прошу меня простить, ваша божественность. Я-то думал, мне сейчас тяжелее всех…

— Все так думают, — вздохнул кардинал. — Тот истребитель уже нашли?

— Нашли, — кивнул Джозеф. — Джон нашел через спутник. Гм…

— Где этот истребитель сейчас? — спросил Рейнблад. — Его кто-нибудь видел?

— Кто-нибудь видел, — подтвердил Джозеф. — Он приземлился в Кугуар Эбби, это к северу от столицы, километрах в десяти от последних домов. Там рядом монастырь… был…

— Так вот где она балахон раздобыла! — воскликнул Рейнблад. — Надо озадачить Зака или Германа, чтобы провели зачистку. Нехорошо получится, если монахи будут болтать лишнее.

— Болтать лишнее они не будут, — сказал Джозеф. — Насколько я понял, свидетелей не осталось, а если кто и остался, они ничего толком не видели. Дисколет приземлился, монахи собрались поглазеть, открылся люк, вылезла эльфийка и всех перестреляла. Никакого компромата там не должно остаться.

— Все равно, — сказал Рейнблад. — Надо убедиться, что компромата точно нет. Скажи Заку… хотя нет, лучше я сам скажу. Хорошо, что у истребителей на бортах номера не рисуют, как в первую эпоху. А кстати! Бластер, который у нее был — твой?

— Мой, — мрачно кивнул Джозеф. — Я уже подправил запись в базе, поменял местами два номера.

— Молодец, — похвалил его Рейнблад. — Подумай, что надо еще подправить. Ты сейчас должен быть чист и непорочен, как девственница на алтаре, нельзя допустить, чтобы возникли подозрения. Хотя бы в ближайшие дней тридцать. Потом, когда пучеглазых зачистим, будет уже все равно, такое ликование поднимется, ты таким героем будешь… как Джулиус Каэссар, ха-ха-ха!

— Не смешно, — сказал Джозеф.

— Сам знаю, — вздохнул кардинал. — Это нервное. Ладно, давай, действуй. И да помогут тебя боги. Благословляю.

— А тута тоже рубить али нет? — спросил Белый Червь. И поспешно добавил, заметив, как Алиса нахмурилась: — Госпожа, простить прошу, ежели чего это самое…

Алиса глубоко вдохнула, задержала дыхание, медленно выдохнула. Очень хотелось наорать на бестолковую тварь, чтобы у этого дебила инфаркт случился, но она уже поняла, что орать на чистокровных бесполезно. И по морде хлестать тоже бесполезно. В лучшем случае будет стоять и зенки таращить, как жаба бестолковая, а в худшем случае действительно инфаркт случится. Вон, накричала вчера на Теплую Улитку, что суп пересолен, та слушала, слушала, а потом упала и померла, неудобно получилось.

— Повторяю последний раз, — сказала Алиса. — Смотри, слушай и запоминай. Эта арка — несущая. Понял?

— Никак нет, — ответил Белый Червь.

Он одно время служил в отряде рабской самоохраны, пока не выгнали за слабоумие, и с тех пор пристрастился вставлять военные словечки в свою косноязычную речь. Настоящих человеческих бойцов это забавляло.

— Смотри сюда, дебил, — сказала Алиса. — Следи за моим пальцем. Вот ствол. Видишь?

— Так точно, — отозвался Белый Червь.

— Вот он поднимается, поднимается, и вот от него отходят ветки, влево и вправо, влево и вправо, понял? А там, наверху, в них вплетаются ветки другого дерева, соседнего, вот этого, понял?

— Никак нет, — помотал головой Белый Червь. — Арка-то где, не могу знать, госпожа?

Сзади кто-то саркастически хмыкнул. Алиса обернулась, занося плеть для удара. Ох, кто-то сейчас огребет…

— Здравствуйте, леди Алиса, — поприветствовал ее полковник Мунлайт.

— Здравствуй, Седрик, — буркнула Алиса и спрятала плеть за спину. — Зря ты ко мне сзади подкрадываешься, зашибу ненароком.

Седрик улыбнулся и сказал:

— Разрешите вам помочь, леди. Я гляжу, руководящая работа нелегко вам дается.

— Да с этими уродами… — пробормотала Алиса и махнула плетью в сторону Белого Червя, тот поежился. — Я уже не знаю, как ему объяснять, чтобы понял. Вот, гляди, Седрик, сюда.

Она продемонстрировала полковнику артефакт, именуемый древним словом «планшетник».

— Ух ты! — воскликнул Седрик. — Это из новых?

— Из новых, — подтвердила Алиса. — Только вчера из ванны. Вот, смотри, серым цветом здесь показано то, что есть сейчас, а другими цветами — то, что должно быть. Надо оставить несущие колонны и вырубить всю остальную зелень, ну, то есть, черноту эту поганую. Вот отсюда и досюда.

— Сэр Джон дворец строит? — догадался Седрик.

— Да разве ж это дворец… — вздохнула Алиса.

— А красным и синим что отмечено? — спросил Седрик. — Водопровод и канализация?

— Наверное, — пожала плечами Алиса. — Я до этого места еще не дочитала. Сначала надо площадку под строительство расчистить, я уже битый час этому уроду втолковываю…

— Разрешите мне, — мягко прервал ее Седрик. — Жаба, равняйсь! Смирно! Вольно. Смотреть, слушать, запоминать. Тута рубить. Тута не рубить. Тута рубить. Тута не рубить. Понял?

— Так точно! — воскликнул Белый Червь.

Его широкомордая харя расплылась в довольной улыбке. Алиса отвернулась и сплюнула. Откуда ни возьмись, появилась хромоногая рабыня по кличке Золотой Ключик, затерла плевок тряпочкой и снова скрылась то ли в нише, то ли в узком боковом проходе, в этом полумраке толком не разберешь… И зачем только Алиса решила приучать орков к чистоте…

— Слушай, Седрик, когда электричество протянут? — спросила Алиса. — Темнота эта уже осточертела.

— Послезавтра, — ответил Седрик. — Раньше не получится, провода из Рокки Маунтс только сегодня должны привезти. Джон велел под нанотрубочные паутинки ванны не занимать, говорит, мощностей едва-едва хватает под первоочередные задачи, а под освещение обычная железная проволока вроде тоже годится. Эй, жаба, команды отворачиваться не было! Слушать дальше. Тута рубить. Тута не рубить. Понял?

— Так точно, — кивнул Белый Червь.

— А теперь, дебил, приготовься напрягать свой мозгозачаток, — заявил Седрик. — Смотреть сюда, слушать вопрос, отвечать. Тута рубить?

— Не могу знать, — ответил Белый Червь.

Седрик размахнулся и ударил орка кулаком в скулу, тот отлетел на два шага и врезался спиной в стену черных стеблей, оттуда посыпались какие-то жучки. Выбежала Золотой Ключик, стала сметать их в совок.

— Брысь! — прогнал ее Седрик. — А ты встать! Повторяю вводную. Тута рубить, тута не рубить, тута рубить, тута не рубить. А теперь вопрос. Тута рубить?

— Э-э-э… — протянул Белый Червь, машинально прикоснулся к заплывающему глазу и задрожал.

Седрик сложил пальцы в кулак и стал заносить руку для повторного удара.

— Рубить! — закричал Белый Червь.

Седрик разжал пальцы и опустил руку.

— Ответ правильный, — констатировал он. — Хорошая скотинка. А здесь?

— Не рубить? — предположил Белый Червь. — Рубить, не рубить, рубить, не рубить. Через раз рубить, не рубить, через раз, я понял, добрый сэр!

Седрик повернулся к Алисе и ласково улыбнулся.

— Вот так и надо им объяснять, — сказал он.

Алиса вздохнула.

— А без кулаков никак нельзя? — спросила она. — Я плеткой пробовала, результата никакого, а кулаки, боюсь, собью, я ведь девушка нежная.

— Дело не в кулаках и не в плетке, — сказал Седрик. — Можно наказывать кулаком, можно плеткой, это кому как больше нравится. Главное — ставить задачу простыми и ясными словами. Чистокровным оркам трудно усваивать новые понятия. Молодые еще туда-сюда, а взрослые вообще необучаемые. Проще собаке объяснить, что такое арка, чем этому мордовороту. Задание надо формулировать просто. Здесь рубить, здесь не рубить. Они же не совсем глупые, они все понимают, просто не с первого раза.

— А если перепутают и несущий ствол перерубят? — спросила Алиса.

— Надо контролировать, — объяснил Седрик. — Думаешь, почему погонщиков всегда не хватает? Толковый погонщик не столько рабов погоняет, сколько по рукам бьет, если что не так начинают делать. А то они наработают… А что, Джон тебе погонщика не выделил?

Алиса ничего не ответила, только пожала плечами. Она не стала говорить Седрику, что сама прогнала погонщика, потому что ей показалось, что он обращается с рабами слишком жестоко. Но это она тогда так думала, а теперь… Вон как у Белого Червя морда распухла… Тот мужлан оркоподобный по морде рабов не бил, только за волосы таскал и уши выкручивал.

— Алиса, ты на меня больше не обижаешься? — неожиданно спросил Седрик. — Ты меня извини, я тогда не знал, что ты настоящий человек…

Алиса вспомнила, как Седрик Мунлайт, в то время еще капитан, избил Невилла, и как после этого она чуть было не зарезала Седрика его собственным мечом. Алиса улыбнулась и сказала: